Сухопутный линкор Кайзера. Альтернативный «Bison», который затмил бы советский Т-35
Этот танк пришёл из мира, где Кайзеровская Германия выиграла Первую мировую войну. Как именно ей удалось это сделать — в данном случае не столь важно. Возможных точек развилки можно придумать немало: отсутствие неограниченной подводной войны и, соответственно, более позднее вступление США; иной исход весеннего наступления 1918 года; более ранний выход России из войны; наконец, сочетание сразу нескольких благоприятных для Берлина обстоятельств.
Для нас гораздо интереснее другое. Что произошло бы с германским танкостроением, если бы в ноябре 1918 года оно не оказалось фактически обрублено поражением, революцией и последующими ограничениями Версальского договора?
Предпосылки для появления весьма необычных машин существовали. К концу войны немцы уже экспериментировали с тяжёлыми танками. Помимо серийного по меркам Германии A7V, разрабатывался колоссальный 150-тонный K-Wagen, вооружение которого размещалось преимущественно в бортовых спонсонах. Одновременно появился гораздо более современный проект Oberschlesien массой около 19 тонн с 180-сильным авиационным двигателем и полноценной вращающейся башней. То есть германские инженеры уже искали разные варианты компоновки будущего танка. (
В реальной истории эта линия оборвалась, а затем была фактически начата заново. Уже Веймарская республика в середине 1920-х тайно приступила к созданию Großtraktor. Машины фирм Rheinmetall, Krupp и Daimler-Benz имели несколько огневых точек и стали непосредственными предшественниками знаменитого многобашенного Neubaufahrzeug.
А теперь представим, что никакого разрыва не произошло. Кайзеррейх победил, германская армия сохранила свои танковые части, а инженеры получили ещё десять лет непрерывного развития боевых машин.
И тогда на рубеже 1920–1930-х годов вполне мог родиться настоящий монстр — Schwerer Infanterie-Durchbruchs- und Unterstützungswagen «Bison» Ausf. A (Sd.Kfz. 195/M), или, если переводить название буквально, «тяжёлая машина прорыва и поддержки пехоты “Бизон”». Сам автор исходного проекта прямо называет источником вдохновения реальный немецкий Neubaufahrzeug.
Зачем победившему Кайзеррейху понадобился «Бизон»
Главная особенность подобной альтернативной истории состоит в том, что Германия не должна была бы начинать развитие танковых войск почти с нуля. Она получила бы возможность непосредственно изучать опыт 1917–1918 годов и совершенствовать уже существующие конструкции.
Но опыт Первой мировой мог привести конструкторов и к ошибочному выводу.
Танк начала 1920-х годов виделся прежде всего средством взлома укреплённой обороны. Ему предстояло двигаться вместе с пехотой, уничтожать пулемётные гнёзда, подавлять артиллерию, разрушать полевые укрепления и одновременно отбиваться от вражеских танков. И здесь возникала вполне логичная для того времени мысль: зачем ограничиваться одним орудием?
Большой корпус позволял установить несколько башен, каждая из которых могла решать собственную задачу. В результате танк превращался в своеобразный сухопутный броненосец.
Подобная идея была далеко не исключительно немецкой. В Великобритании появился пятибашенный A1E1 Independent, в СССР — Т-28 и огромный пятибашенный Т-35. Даже реальная Германия некоторое время экспериментировала с многобашенной схемой. Созданный в 1930-е Neubaufahrzeug получил основную башню с 75-мм и 37-мм пушками и две небольшие пулемётные башенки.
В нашей альтернативной реальности победивший Кайзеррейх мог зайти значительно дальше.
Сухопутный линкор
Даже внешне «Bison» выглядит как доведённая до крайности идея межвоенного многобашенного танка. Это не просто немецкий Т-35, хотя такое сравнение напрашивается само собой. Скорее перед нами воображаемый промежуточный этап между философией сухопутных линкоров Первой мировой и более рациональными тяжёлыми танками 1930-х.
Главное оружие машины — сразу две крупнокалиберные артиллерийские системы: 75-мм и 105-мм пушки. Дополняют их две 20-мм автоматические пушки и несколько пулемётов. Для обслуживания всего этого арсенала требуется экипаж из десяти человек. Именно такие характеристики указал автор оригинального проекта. (Reddit)
В рамках нашей альтернативной истории подобный набор вооружения можно объяснить специализацией отдельных огневых точек.
105-мм орудие становится главным средством поддержки пехоты. От него требуется не столько пробивать броню, сколько отправлять тяжёлый фугасный снаряд в пулемётные позиции, противотанковые орудия, здания и полевые укрепления. По сути, «Bison» получает собственную мобильную тяжёлую артиллерию.
75-мм пушка могла бы выполнять более универсальные задачи и использоваться в том числе против бронетехники. А две 20-мм автоматические пушки прекрасно вписываются в представления конца 1920-х — начала 1930-х годов о борьбе с лёгкими танками, бронеавтомобилями, расчётами противотанковых пушек и пехотой.
Получается машина, способная одновременно обстреливать несколько целей.
На бумаге это выглядит чрезвычайно убедительно.
Броня, которой позавидовали бы танки следующего поколения
Ещё удивительнее защита машины.
Автор концепта указывает примерно 80–100 мм брони в лобовой проекции и 50–70 мм на остальных участках корпуса. При этом масса составляет всего около 37 тонн.
Для танка рубежа 1920–1930-х годов это практически фантастические показатели. Если воспринимать проект именно как альтернативно-историческую машину, столь мощное бронирование можно объяснить тем, что победившая Германия значительно раньше пришла к идее противоснарядной защиты тяжёлых танков.
Такой «Bison» оказался бы практически неуязвим для значительной части лёгких противотанковых средств своего времени в лобовой проекции. Противнику пришлось бы подтягивать полевую артиллерию либо искать возможность поражать машину в уязвимые зоны.
Правда, здесь возникает вопрос массы. Совместить огромный многобашенный корпус, десять членов экипажа, четыре артиллерийские системы и указанную толщину брони всего в 37 тоннах было бы крайне трудно. Поэтому эту цифру разумнее воспринимать именно как характеристику авторского альтернативного проекта, а не как результат реального инженерного расчёта.
Но даже в таком виде замысел понятен: «Bison» должен был не просто поддерживать пехоту, а идти непосредственно через наиболее опасный участок обороны.
ТТХ Durchbruchs- und Unterstützungswagen «Bison» Ausf. A
- Обозначение: Sd.Kfz. 195/M
- Тип: тяжёлый танк прорыва и поддержки пехоты
- Боевая масса: около 37 т
- Экипаж: 10 человек
- Основное вооружение: 105-мм пушка
- Дополнительное артиллерийское вооружение: 75-мм пушка
- Автоматическое вооружение: 2 × 20-мм пушки
- Дополнительное вооружение: несколько пулемётов
- Лобовое бронирование: около 80–100 мм
- Бронирование остальных проекций: около 50–70 мм
- Максимальная скорость: около 30 км/ч
Десять человек внутри одного танка
Но именно здесь начинаются проблемы.
Десять членов экипажа — это практически маленькое подразделение, запертое внутри одной броневой коробки. Командиру необходимо не просто искать цели и следить за обстановкой. Ему приходится координировать работу нескольких огневых точек, выбирать приоритетные цели и поддерживать связь с соседними танками и пехотой.
Именно управление стало одной из фундаментальных проблем многобашенной схемы.
В реальном Neubaufahrzeug немцы столкнулись с теми же принципиальными вопросами. Концепция постепенно была признана чрезмерно сложной, а дальнейшее развитие немецких средних танков пошло в сторону одной полноценной башни. Опыт этих работ оказался полезным при формировании требований к будущему Panzer IV. (Википедия)
У альтернативного «Bison» эта проблема была бы ещё серьёзнее.
Теоретически десять человек обеспечивают высокую эффективность каждого отдельного орудия. Практически командир превращается в руководителя маленькой артиллерийской батареи, которая к тому же несётся по пересечённой местности.
Место для иллюстрации №3. Один из ракурсов «Bison» из оригинальной галереи, демонстрирующий размеры корпуса и взаимное расположение башен.
30 км/ч — пока танк едет прямо
Максимальная скорость машины заявлена на уровне 30 км/ч. Для тяжёлого танка конца 1920-х годов это вполне достойный результат.
Но максимальная скорость по дороге — далеко не главное.
Сам автор проекта в комментариях признаёт, что разгон и особенно повороты этого гиганта получились настоящим кошмаром. И это очень правдоподобная проблема для подобной машины.
Большая длина опорной поверхности гусениц, значительная масса и сложная трансмиссия неизбежно ухудшили бы управляемость. На мягком грунте ситуация стала бы ещё хуже. Добавим сюда нагрузку на двигатель, трансмиссию и ходовую часть — и впечатляющий сухопутный линкор начинает превращаться в головную боль ремонтных подразделений.
В Первую мировую это ещё можно было принять. Танк медленно движется к линии траншей, а его главная задача — вообще добраться до противника.
Но следующая война потребовала совершенно другого темпа.
Каким мог быть его первый бой
Представим Европу начала 1930-х.
Кайзеровская Германия демонстрирует новый тяжёлый танк на манёврах. По дороге идут огромные «Бизоны». Из основной башни торчит массивная 105-мм пушка, рядом располагается 75-мм орудие, дополнительные башни ощетинились автоматическими пушками и пулемётами.
Для военных атташе других стран зрелище должно быть впечатляющим.
А в настоящем бою несколько таких машин могли действительно стать чрезвычайно опасными противниками. Если «Bison» используется именно как танк прорыва, действует на заранее выбранном участке и поддерживается сапёрами, артиллерией и пехотой, его недостатки некоторое время можно компенсировать.
105-мм орудие разбивает укрепления. 75-мм пушка поражает бронетехнику. 20-мм автоматы и пулемёты подавляют пехоту. Толстая лобовая броня позволяет приближаться к позициям противника.
Именно в такой ситуации многобашенная схема демонстрирует своё главное преимущество — огромную огневую производительность одной машины.
Но затем противник отступает.
И «Bison» должен начать его преследовать.
Вот здесь сухопутный линкор проигрывает войну будущего.
Почему «Бизон» оказался бы тупиком
Проблема многобашенных танков заключалась не в том, что инженеры 1920-х годов внезапно придумали что-то бессмысленное. Наоборот, концепция была вполне рациональным ответом на опыт Первой мировой.
Просто характер войны менялся быстрее, чем успевали созревать подобные проекты.
Совершенствовались танковые пушки. Одно орудие во вращающейся башне постепенно получало возможность решать почти все основные задачи. Появлялись более эффективные фугасные и бронебойные боеприпасы. Развивались средства связи и механизированные соединения.
Теперь ценность танка определялась уже не количеством стволов, которые удалось установить на корпус.
Важнее становились подвижность, надёжность, обзор, связь, удобство работы экипажа и способность больших подразделений быстро совершать марши и концентрироваться на нужном направлении.
И тут «Bison» неизбежно проигрывал бы более компактной однобашенной машине.
Причём это хорошо показывает реальная история немецкого танкостроения. Großtraktor стал экспериментальной ступенью, затем появился многобашенный Neubaufahrzeug, но дальше Германия перешла к значительно более рациональной компоновке. Всего было построено пять Neubaufahrzeug — два прототипа из мягкой стали и три бронированные машины. Серийным танком он так и не стал.
В нашей альтернативной истории «Bison» мог бы стать гораздо более масштабным экспериментом. Победивший Кайзеррейх имел бы для этого и деньги, и промышленность, и главное — непрерывную школу танкостроения.
Но законы развития бронетехники от этого не изменились бы.
Немецкий Т-35
Именно поэтому сравнение с советским Т-35 здесь особенно уместно.
Обе машины воплощают одну философию: тяжёлый танк должен нести множество независимых огневых точек и буквально заливать окружающее пространство огнём. Чем больше башен и пушек — тем выше его способность самостоятельно бороться с разными целями.
На параде такие машины выглядели воплощением технической мощи государства.
На поле боя выяснялось, что за дополнительные башни приходится платить массой, размерами, сложностью трансмиссии, численностью экипажа, стоимостью и трудностью управления огнём.
Автор исходного «Bison» фактически создал германского родственника Т-35, пропустив его через стилистику немецкой школы танкостроения. Причём сам создатель указывает, что вдохновлялся Neubaufahrzeug, а один из участников обсуждения очень точно описал результат как нечто среднее между советским Т-35 и немецкой танковой техникой. (Reddit)
Последний сухопутный линкор Кайзера
Если представить существование «Bison» в альтернативной истории всерьёз, его судьба, скорее всего, оказалась бы довольно короткой.
В конце 1920-х годов он мог казаться танком будущего. В начале 1930-х — грозной тяжёлой машиной прорыва. Возможно, небольшая серия поступила бы в отдельные тяжёлые батальоны Кайзеровской армии.
Но уже к концу десятилетия стало бы понятно, что будущее принадлежит совсем другим машинам.
К началу Второй мировой войны концепция многобашенного танка фактически изжила себя. Боевые машины становились быстрее, противотанковая артиллерия — мощнее, а требования к взаимодействию танков внутри крупных механизированных соединений — значительно выше. Вместо нескольких башен оказалось гораздо эффективнее иметь одну хорошо организованную башню с мощной универсальной пушкой, качественными приборами наблюдения и чётким распределением обязанностей экипажа.
Поэтому альтернативный Durchbruchs- und Unterstützungswagen «Bison» Ausf. A мог стать одним из символов победившего Кайзеррейха — гигантским бронированным памятником эпохе, когда танк ещё пытались строить по принципам линкора.
Возможно, несколько «Бизонов» даже встретили бы начало новой мировой войны в строевых частях.
Но в 1939–1940 годах они выглядели бы уже не машинами будущего, а великолепными и чрезвычайно дорогими динозаврами уходящей эпохи.
Ирония заключается в том, что именно победившая в Первой мировой Германия могла позволить себе построить такого монстра. Но даже её победа не смогла бы спасти саму идею многобашенного танка.
