Этот альтернативно-исторический материал я делал ко дню ВМФ, но по ряду независящих причин не успел. Доделал только сейчас)

Содержание:

Во второй половине 1950-ых, со вступлением в строй легких авианосцев «Чкалов», «ОСОАВИАХИМ» и «Крылья Пролетариата», советский флот всерьез задумался об адекватном противовоздушном охранении для них. Существующие надводные корабли — эсминцы проекта 56 с универсальной 130-мм артиллерией и легкие крейсера проекта 68-бис с 100-мм зенитками — явно не соответствовали требованиям времени в плане противовоздушной обороны; они максимум могли защитить сами себя, но не сопровождаемый авианосец.

Советские адмиралы прекрасно понимали, что их авианосцы в случае военных действий станут приоритетными мишенями для авиации НАТО — как палубной, так и береговой. Оборона исключительно силами палубных истребителей Як-140 представлялась слишком рискованной, особенно против превосходящих сил неприятеля. Требовались корабли с мощной ПВО, способные сформировать последний рубеж обороны советских авианосцев. Какое-то время обсуждалась возможность постройки специализированных крейсеров ПВО, вооруженных большим количеством 130-мм артиллерии. Рассматривалась также возможность создания универсальной 152-мм пушки — либо закупки таковых в Швеции — и перевооружения на них части крейсеров проекта 68-бис. В итоге, однако, был сделан вывод что с непрерывным увеличением скорости самолетов, оптимальным решением будет корабельное зенитное ракетное вооружение.

В 1957-1958 годах, легкий крейсер «Дзержинский» был перестроен в экспериментальный ракетный крейсер по проекту 70-Э. На него установили единственный зенитный ракетный комплекс, имевшийся в наличии: М-2 «Волхов-М», морскую версию наземного С-75М «Волхов». Ракетный комплекс занял место кормовой возвышенной башни главного калибра «Х», боекомплект состоял из десяти ракет (две на установке и по четыре на двух барабанах в бывших погребах башни).

Результаты, однако, моряков не особенно устроили. Разработанные для наземного применения зенитные ракеты В-755 работали на жидком топливе ТГ-02 с концентрированной азотной кислотой АК-20Ф в качестве окислителя. Эта топливная пара была пожароопасной, токсичной и коррозийной. Для боевого корабля эта комбинация была едва ли не худшей из возможных; топливная смесь активно пыталась «сбежать» из баков и трубопроводов, любая утечка заполняла отсек токсичными парами, а в случае попадания в бою на борту запросто мог вспыхнуть катастрофический пожар.

Выход из положения нашли в смене используемой ракеты. Начиная с 1957 года, ОКБ-2 под руководством П. Д. Грушина работало над проектом ракеты В-757, оснащенной прямоточным двигателем на твердом топливе. Эта ракета предполагалась полностью совместимой со стандартным С-75 «Волхов» — а также с его морской версией — и гораздо лучше соответствовала запросам моряков.

Опасаясь, что работы над В-757 могут опасно затянуться, советский флот сделал ход конем; он заказал ОКБ-670 (под руководством М. М. Бондарюка) разработку версии ракеты с жидкостным прямоточным двигателем, работающим на керосине. Хотя такая ракета и была более пожароопасной, чем твердотопливная, керосин был для флота хорошо знакомой субстанцией, не-токсичной и не-коррозийной. Моряки были убеждены, что смогут обеспечить приемлемо безопасную эксплуатацию керосиновых ракет, используя хорошо освоенные на авианосцах методы пожаротушения.

Существовал и еще один убедительный аргумент в пользу прямоточных ракет на жидком топливе: они были существенно проще в разработке. Если твердотопливный прямоточный двигатель в конце 1950-ых был энигмой, то по жидкостным прямоточным двигателям в СССР был накоплен огромный практический опыт.

Все эти факторы привели к тому, что первый образец «керосиновой» ракеты (под индексом В-780) был представлен на испытания уже в 1960 году. Для ускорения работ, инженеры использовали наработки ОКБ-2 по ракете В-757, опираясь на ту же форму корпуса и просчитанную аэродинамику. После серии успешных испытаний, ракета В-780 была принята в опытную эксплуатацию в конце 1961 года, и официально поставлена на вооружение в начале 1963.

Проект 70-M1 (обозначение НАТО — «Kama-class CLG»)

Первым на модернизацию встал ракетный крейсер «Кронштадт», стоявший недостроенным у стенки Балтийского завода. Из всех недостроенных крейсеров проекта 68-бис, «Кронштадт» имел наивысшую степень готовности (84,2%) что с одной стороны — позволяло достроить его довольно быстро, а с другой — серьезно ограничивало масштаб экономически осмысленной модернизации.

Носовая часть корабля в значительной степени сохранила обычный для крейсеров проекта 68-бис вид, с двумя 152-мм башнями главного калибра МК-5бис. В центральной части, наиболее бросающимися в глаза отличиями была замена старых зенитных автоматов на шесть современных 45-мм счетверенных автоматов ЗИФ-68 (версия СМ-20-ЗИФ под постоянный ток) с наведением от РЛС «Фут-Б-68бис» и отсутствие бортовых оптических директоров для зенитных орудий.

А вот кормовая часть корабля была перестроена радикально. Вместо артиллерийских башен, на корме возвели длинную прямоугольную надстройку, служившую основанием для двух пусковых установок СМ-64А. Каждая установка перезаряжалась от двух расположенных под палубой барабанов, с шестью ракетами В-780 на каждом. Общий боезапас, таким образом, составлял по 12 ракет на установку — 24 ракеты на корабль. Поскольку такой боезапас представлялся явно недостаточным для крупного корабля, с торцов каждой установки разместили дополнительные отделения; в них на специальных выдвижных направляющих хранились (в разряженном состоянии со слитыми баками) еще по четыре ракеты на каждую установку. Таким образом, общий боекомплект удалось довести до 32 единиц.

Необходимость в двух пусковых установках была связана с относительно медленным циклом перезарядки: оперение ракет В-780 раскладывалось пассивно (внешними механизмами) в процессе подачи ракеты на пусковую, и цикл перезарядки составлял более минуты. Для темпов воздушно-морского сражения 1960-ых, это было слишком медленно; наличие же двух независимых пусковых установок позволяло сократить темпы перезарядки до вполне приемлемых 30 секунд.

Позади кормовой трубы, на месте отсутствующего КДП кормовых башен, смонтировали башнеподобную надстройку, увенчанную антенным постом «Корвет». Представлявший собой глубокую переработку наземного поста С-75М «Волхов», антенный пост «Корвет» осуществлял поиск, сопровождение целей и наведение двух ракет на выбранную цель. Электронная аппаратура и вычислительные комплексы располагались в надстройке под антенным постом.

Вторым кораблем, модернизированным по программе 71-М1 стал черноморский крейсер «Адмирал Нахимов». Использовавшийся для экспериментов с противокорабельными ракетами, крейсер был еще в 1957 году выбран для перестройки по проекту 71, с заменой кормовых башен на ракетные пусковые установки. В связи с проблематичностью ракет комплекса «Волхов-М» модернизацию приостановили, но в 1959 перезапустили уже под новые ракеты В-780.

Ракетизированные «Кронштадт» и «Адмирал Нахимов» вошли в состав флота в 1961 и 1962 году соответственно. Их появление стало важной вехой для советского флота; он наконец-то обзавелся кораблями с зональной ПВО. Если раньше вся тяжесть противовоздушной обороны соединений лежала на плечах пилотов-палубников советских авианосцев, то теперь за ними стоял мощный второй эшелон обороны.

Проект 70-M2 (обозначение НАТО — «Kola-class CLG»)

Для дальнейших работ в 1960 году выбрали четыре недостроенных крейсера проекта 68-ЗИФ — «Щербаков» и «Таллин» в Ленинграде, «Адмирал Корнилов» на Черном Море и «Архангельск» в Северодвинске. Их корпуса находились в значительно меньшей степени готовности (только «Щербаков» имел 80% готовность, остальные три крейсера не превышали 68-70%) и, соответственно, допускали более масштабную модернизацию.

На крейсерах проекта 70-М2 полностью отказались от прежнего артиллерийского вооружения — как основного, так и вспомогательного.

На каждой оконечности крейсеров размещался зенитный ракетный комплекс М-2 «Волхов-М», однако конструкцию его существенно переработали. Инженеры отказались от раскрытия крыльев и стабилизаторов ракет непосредственно при подаче на пусковую установку, и вместо этого ввели специальное отделение предпусковой подготовки; ракеты подавались в отделение подготовки с барабанов, там их крылья и стабилизаторы раскрывались, и затем ракеты подавались вверх на балки пусковой установки. Таким образом, когда пусковая установка отстреливалась по цели и разворачивалась для перезарядки, в отделении подготовки ее уже ждали две готовые ракеты.

Использование отделения предпусковой подготовки позволило также удвоить число барабанов на установку. Теперь каждая пусковая установка (тип СМ-65Б) располагалась в центре квадрата из четырех барабанов, каждый под восемь ракет В-780. Отделения подготовки размещались между передней и задней парой барабанов, точно под балками пусковой установки. Общий боекомплект удалось довести до 32 ракет на установку — 64 на корабль — и отказаться от дополнительного хранения ракет.

Отличительной чертой системы на крейсерах 70-М2 было внедрение дополнительного радара-дальномера РД-80 «Сарматка» (морской версии дальномера «Амазонка»). Он предназначался для «специальных» ракет В-781, несших атомную боевую часть и не имевших радиовзрывателя; их подрыв осуществлялся только командой с корабля.

Хотя первоначально крейсера проекта 70-М2 виделись «чистыми» кораблями ПВО, их большое водоизмещение и значительное не-используемое пространство на палубе побудило адмиралов поднять вопрос об оснащении крейсеров ударным ракетным вооружением. После определенных дискуссий «в верхах», это решение было одобрено, и проект 70-М2 доработали с целью установки комплекса сверхзвуковых противокорабельных ракет П-35 «Шершень».

Две четырехтрубные пусковые установки СМ-70 были смонтированы на носу и корме корабля, впереди и позади от соответствующего (носового и кормового) ЗРК «Волхов-М». Боекомплект состоял из двенадцати ракет на установку; четыре хранились в трубах, и еще восемь в двухъярусных погребах, расположенных по сторонам от барабанов боекомплекта зенитных ракет. На мачтах крейсера смонтировали антенные посты «Бином», позволявшие осуществлять наведение ракет в режиме контроля оператором.

Полностью заменили и вспомогательное артиллерийское вооружение — комбинация 100-мм зениток и 45-мм автоматов была сочтена неэффективной в современных условиях. Вместо нее, крейсера проекта 70-М2 получили по четыре спаренные 76-мм автоматические установки АК-726, каждая с наведением от собственной РЛС МР-105 «Турель».

Общий масштаб работ был настолько велик, что первый крейсер — «Щербаков» — вошел в строй только в 1963 году, остальные три лишь в 1964-1965.

Дальнейшая судьба

Со вступлением в строй в начале 1965 года крейсера «Архангельск» (номер 018) в Северодвинске, программа строительства крейсеров проектов 70-М завершилась. Запас недостроенных корпусов крейсеров 68-ЗИФ закончился, а перестраивать уже находившиеся в составе флота корабли, советским адмиралам не хотелось. Да и сам комплекс М-2 «Волхов-М» уже выглядел далеко не оптимальным решением. Несмотря на положительные стороны ракеты В-780, она была очень тяжелой, крупногабаритной, и хотя керосин был куда более «приятным» в общении топливом, нежели ТГ-02/АК-20, он все же предъявлял повышенные требования к пожароопасности. Поэтому по мере продвижения по перспективному ЗРК средней дальности М-11 «Шторм», дальнейшее развертывание кораблей с М-2 «Волхов-М» было решено прекратить.

Шесть построенных крейсеров проектов 70-М1 и 70-М2 (а также экспериментальный «Дзержинский») составляли основу зональной ПВО советского флота в середине и второй половине 1960-ых. Их основной задачей было сопровождение советских авианосцев, сначала легких единиц типа «Чкалов», затем более крупных типа «Победа» (проект ПБИА). Первоначально, крейсера составляли непосредственное прикрытие авианосцев; затем их стали выделять в отдельную «группу противовоздушной обороны», располагаемую на векторе угрозы.

В 1962 году, крейсер «Кронштадт» составлял часть охранения авианосца «Победа», развернутого в Атлантике в рамках операции «Анадырь». В период напряженного противостояния, когда советская авианосная группа (во главе с «Победой») и американская (во главе с «Индепенденс») интенсивно маневрировали друг против друга, крейсер неоднократно брал на сопровождение американские палубные самолеты, и даже несколько раз осуществлял «электронные пуски» — без реального запуска ракеты, но с полной имитацией сопровождения и наведения — по опасно приблизившимся штурмовикам.

В конце 1960-ых, комплексы «Волхов-М» на крейсерах модернизировали: установили аппаратуру «Биссектриса», добавлявшую дополнительный «полуканал» цели. Она позволяла выделить из принимаемого азимутальной и угломестной антеннами сигнала и стробировать положение еще одной цели — и подавать данные о ней на один из каналов наведения ракетами. Таким образом, комплекс «Волхов-М» с аппаратурой «Биссектриса» мог одновременно обстреливать две разные (близко расположенные) цели, при условии что те находились в пределах 20-градусного поля обзора антенн. Такой метод работал только в режиме «широкого луча» и только в режиме наведения «трехточка», но позволял кораблю де-факто удвоить возможности в плане самообороны.

Боевой счет крейсеров открыл «Архангельск» во время «войны на истощение» между Израилем и Египтом. 22 октября 1969 года, крейсер обнаружил и сбил беспилотный аппарат, запущенный с территории Израиля в направлении советских транспортных кораблей, двигавшихся к побережью Египта. Советская сторона объявила сбитый беспилотник крылатой ракетой типа RGM-34 «Firebird»; израильская сторона, в свою очередь, заявила что это был безоружный беспилотный разведчик AQM-34 «Firebee». Реальное значение инцидента так и осталось невыясненным.

В начале 1970-ых, командование советского ВМФ приняло решение вывести в резерв крейсера «Кронштадт», «Адмирал Нахимов» и «Дзержинский», как морально устаревшие и не соответствующие требованиям времени. Идея об их новой модернизации с установкой ЗРК М-11 «Шторм» была отвергнута как неэкономичная, как и предложение переоборудовать их в крейсера-вертолетоносцы с полным демонтажем кормовой группы вооружения. Крейсер «Кронштадт» предлагали на экспорт в социалистические страны, но в итоге продажа корабля не состоялась ввиду высокой стоимости и специфичного используемого боеприпаса (ракеты В-780 наземными ЗРК не использовались).

Четыре крейсера проекта 70-М2 продолжали службу до конца 1980-ых, после чего были также выведены в резерв.

источник: https://fonzeppelin.livejournal.com/432229.html