Диаметр реактивного снаряда — 600 миллиметров. Длина — около 8,6 метра. Дальность, продемонстрированная во время испытаний, достигает 380 километров, а заявленная — 400–420 километров. Боеприпас летит по баллистической траектории, управляется аэродинамическими рулями и может нести обычную или, по заявлениям Пхеньяна, ядерную боевую часть.
В любой другой стране такое оружие назвали бы баллистической ракетой малой дальности. Северная Корея продолжает именовать его «сверхкрупной реактивной системой залпового огня».
Комплекс, получивший на Западе обозначение KN-25, действительно находится где-то между двумя классами. От РСЗО ему достались многозарядная пусковая установка, залповая стрельба и артиллерийская организация подразделений. От баллистической ракеты — дальность, размеры, управляемый полёт и способность поражать цели далеко за пределами обычной фронтовой зоны.
К 2026 году KN-25 перестал быть экспериментальной диковинкой. Северная Корея развернула массовое производство пусковых установок, представила новую пятизарядную версию и регулярно демонстрирует одновременные залпы целых подразделений.
Шестьсот миллиметров — это уже не просто калибр
KN-25 впервые испытали в 2019 году. Во время одного из первых пусков две ракеты преодолели около 380 километров и поднялись почти на 100 километров. Именно после этого американские военные отнесли систему к баллистическим ракетам малой дальности, несмотря на северокорейское название.
Для сравнения, советский «Смерч» и его современные производные используют 300-мм реактивные снаряды. Диаметр KN-25 вдвое больше, а площадь поперечного сечения — примерно в четыре раза. Это позволяет разместить значительно больше топлива, систему управления и более тяжёлую боевую часть.
Ракета KN-25 оснащена твёрдотопливным двигателем. Ей не требуется продолжительная заправка перед стартом: пусковая установка может прибыть на позицию, подготовиться к стрельбе и покинуть район после залпа. На корпусе заметны неподвижные кормовые стабилизаторы и подвижные поверхности управления в передней части, позволяющие корректировать траекторию в полёте.
Масса ракеты и боевой части официально не раскрывается. Вероятнее всего, основной вариант оснащается осколочно-фугасным зарядом. Пхеньян также заявляет, что KN-25 может использовать тактическую ядерную боевую часть Hwasan-31, однако независимого подтверждения её совместимости с ракетой нет.
Заявленная максимальная дальность также требует уточнения. KN-25 неоднократно летал на 350–380 километров, что подтверждено внешними наблюдениями. Показатель 400 или 420 километров пока остаётся северокорейским заявлением, хотя с технической точки зрения выглядит правдоподобно.
Почему это всё ещё называют РСЗО
Обычная баллистическая ракета запускается с одиночной или двухзарядной установки и предназначена для удара по заранее выбранной важной цели. РСЗО работает иначе: несколько машин одновременно выпускают большое количество боеприпасов, накрывая район или перегружая средства противодействия.
KN-25 объединяет обе логики. Каждый её боеприпас по размерам и возможностям близок к отдельной баллистической ракете, но пусковые установки сведены в артиллерийские подразделения и способны производить массовые залпы.
В мае 2024 года северокорейские войска одновременно выпустили 18 таких ракет. По сообщениям Пхеньяна, они поразили островную цель примерно в 365 километрах от места старта. Точность этого заявления невозможно проверить, но сам залп показал главное: KN-25 рассматривается не как единичное высокоточное оружие, а как средство сосредоточенного огня.
Если одна батарея выпускает десятки управляемых ракет почти одновременно, противнику приходится отражать не одиночный удар, а полноценный ракетный залп. Даже перехват большей части боеприпасов не гарантирует, что оставшиеся не достигнут цели.
Именно количество отличает KN-25 от многих традиционных баллистических комплексов. Северная Корея пытается получить дальность и точность ракеты, сохранив плотность огня реактивной артиллерии.
От четырёх труб к пяти
Первоначально KN-25 показывали на четырёхосной колёсной пусковой установке с четырьмя трубами. Затем появилась тяжёлая гусеничная машина с шестью контейнерами. В конце 2022 года северокорейская промышленность передала армии 30 таких комплексов.
Гусеничное шасси позволяло нести большой боекомплект и действовать вне хороших дорог, но машина получилась тяжёлой и сравнительно медленной. В дальнейшем КНДР вернулась к колёсной платформе, увеличив количество труб с четырёх до пяти: три контейнера разместили в нижнем ряду и два — в верхнем.
Эта конфигурация стала компромиссом между мобильностью и размером залпа. В феврале 2026 года Пхеньян продемонстрировал передачу войскам 50 новых пятизарядных установок. Их совокупный боекомплект на стартовых машинах составляет 250 ракет — больше, чем может потребоваться исключительно для ядерной роли. Это указывает на то, что KN-25 должен широко применяться и с обычными боевыми частями.
В марте 2026 года двенадцать новых установок участвовали в крупной тренировке, выпустив ракеты по цели на дистанции около 364 километров. А 29 октября обновлённый комплекс, получивший название «Снайпер», вновь показали во время демонстрации, объединявшей баллистические ракеты, крылатые ракеты и различные беспилотники. Южнокорейские военные зафиксировали около десяти пусков из района Вонсана; ракеты пролетели приблизительно 250 километров.
Так KN-25 прошёл путь от необычного прототипа до одного из наиболее массово демонстрируемых дальнобойных комплексов Северной Кореи.
Насколько он точен
Внешне KN-25 явно является управляемой ракетой. Передние аэродинамические поверхности позволяют изменять направление полёта, а многочисленные испытания должны были помочь отработать систему наведения.
Первые версии, вероятно, использовали инерциальную навигацию с возможной спутниковой коррекцией. Однако КНДР не имеет собственной полноценной глобальной навигационной группировки и вынуждена полагаться на доступные иностранные сигналы либо на автономную систему.
В 2026 году Пхеньян заявил, что модернизированный KN-25 получил «самоуправляемую высокоточную систему», не зависящую от внешнего вмешательства. Также упоминались искусственный интеллект и комбинированное наведение. Эти формулировки могут означать улучшенную инерциальную систему, способную работать без спутниковой коррекции, но никаких подробностей и проверяемых результатов опубликовано не было.
Северокорейские сообщения регулярно говорят о стопроцентном поражении целей. Воспринимать такие заявления буквально нельзя: фотографии показывают факт пуска и приблизительный район падения, но не позволяют определить круговое вероятное отклонение.
Без высокой точности KN-25 остаётся средством поражения больших площадных целей — аэродромов, складских районов или крупных позиций. С точностью в десятки метров он превращается в оружие против отдельных сооружений и элементов инфраструктуры. Именно реальные возможности наведения остаются главным неизвестным параметром комплекса.
Не артиллерия и не совсем баллистическая ракета
Спор о классификации KN-25 во многом искусственный. Название не меняет того, что происходит после пуска.
От обычной РСЗО комплекс отличается огромной дальностью, сложной системой управления и высокой стоимостью каждого боеприпаса. Он не предназначен для постоянного обстрела ближайшей линии соприкосновения. Перезарядка пяти гигантских контейнеров требует транспортно-заряжающей машины и значительного времени.
От классической баллистической ракеты KN-25 отличается многозарядной установкой и акцентом на одновременный групповой пуск. Это не «одна ракета — одна особо важная цель», а попытка обрушить на удалённый район сразу десятки управляемых боеприпасов.
Поэтому наиболее точное определение KN-25 — дальнобойная управляемая ракетная артиллерия. Подобные системы стирают прежнюю границу между РСЗО и оперативно-тактическими комплексами. Современный реактивный снаряд получает навигацию и дальность баллистической ракеты, а ракета начинает запускаться залпами, как артиллерийский боеприпас.
Сильная сторона — не отдельная ракета, а батарея
Одна KN-25 не представляет собой принципиально нового оружия. Её можно обнаружить, а при подходящих условиях — перехватить. Пусковая установка крупна, после стрельбы нуждается в перезарядке и остаётся зависимой от разведки, связи и правильно переданных координат.
Опасность создаёт масштаб. Пять ракет на каждой машине, десятки пусковых установок и единая система управления позволяют быстро формировать крупный залп. К нему можно добавить ракеты других типов, крылатые боеприпасы и беспилотники, заставляя средства обнаружения и противодействия одновременно работать с целями, летящими на разных высотах и по разным траекториям.
Именно такую смешанную модель Северная Корея продемонстрировала в октябре 2026 года. KN-25 выступал не изолированно, а как часть общей системы, куда вошли разведывательные и ударные беспилотники, авиационные боеприпасы и крылатые ракеты.
В этом контексте пятизарядная пусковая установка важнее отдельных заявлений об искусственном интеллекте. Даже средняя точность частично компенсируется количеством ракет. А возможность быстро сосредоточить огонь нескольких батарей делает KN-25 полезным как с обычными, так и с заявленными специальными боевыми частями.
Может ли KN-25 появиться за пределами КНДР
С 2023 года регулярно появляются предположения о возможном экспорте KN-25. Особенно часто обсуждается его потенциальная передача России. Причина понятна: комплекс занимает промежуточное положение между тяжёлой РСЗО и баллистической ракетой и теоретически мог бы дополнить уже существующие системы.
Однако на начало ноября 2026 года подтверждений такой передачи нет. KN-25 не был достоверно замечен за пределами Северной Кореи, а его ракеты и пусковые установки не идентифицированы в составе иностранных вооружённых сил. Defense Express также отмечает, что разговоры о возможной закупке пока остаются на уровне публикаций и предположений.
Экспорт потребовал бы передачи не только машин и ракет, но и транспортно-заряжающей техники, оборудования обслуживания, системы управления огнём и подготовки расчётов. Для страны, уже располагающей собственными баллистическими ракетами и тяжёлыми РСЗО, создание отдельной логистической цепочки ради KN-25 не обязательно окажется рациональным.
Поэтому пока разумнее рассматривать комплекс прежде всего как северокорейский инструмент, разработанный под конкретную географию и военную организацию Корейского полуострова.
Калибр, который уничтожил границу
KN-25 интересен не потому, что Северная Корея создала самый крупный реактивный снаряд. Его главная особенность — исчезновение привычной границы между артиллерией и ракетными войсками.
РСЗО больше не обязана стрелять сравнительно простыми неуправляемыми снарядами на десятки километров. Баллистическая ракета больше не обязательно стартует по одной с отдельной пусковой установки. KN-25 предлагает другую формулу: пять управляемых твёрдотопливных ракет на одной машине и десятки таких машин, объединённых общим управлением.
Называть его можно и сверхкрупной РСЗО, и баллистическим комплексом малой дальности. На практике важнее другое: Северная Корея получила мобильную систему, способную выпустить полноценный ракетный залп на расстояние почти 400 километров.
Когда реактивный снаряд вырастает до 8,6 метра, получает собственное наведение и заявленную ядерную боевую часть, вопрос о его названии становится второстепенным. Артиллерия уже превратилась в ракетные войска — просто сохранила несколько труб на одной машине.
