Машина, которой империя так и не дождалась. Тяжелый танк Холта-Путилова образца 1917 года «Александр Невский»

Как-то кучно пошли. Буквально несколько дней назад я уже выкладывал альтернативный русский танк Первой мировой войны — 16-тонный СБ-1, занимавший своеобразную нишу между французским «Рено» и британским «Уиппетом». И вот вслед за ним в сообществе SprocketTankDesign появился ещё один русский танк. На этот раз тяжёлый, почти 19-тонный, да ещё и построенный на совершенно иной технической основе.

Кстати, нечто подобное ранее у нас на сайте уже делал коллега Товарищ Сухов в своей работе «Уголь жжот! Паровой танк». Только тогда за основу машины был взят паровой трактор «Хорнсби», а теперь использован вполне обычный американский гусеничный трактор Holt с бензиновым двигателем.

И что особенно интересно, перед нами вовсе не какая-то технически невозможная фантазия. Все основные агрегаты такой машины существовали, а промышленность Российской империи обладала необходимыми технологиями для её постройки.

Автор проекта, скрывающийся под ником Averytheprotogen, назвал своё детище Holt-Putilov Heavy Tractor Model 1917 «Alexander Nevsky», то есть «Тяжёлый трактор „Холт-Путилов“ образца 1917 года „Александр Невский“».

Давайте представим, что российское военное руководство проявило немного больше предусмотрительности, Путиловский завод получил соответствующий заказ ещё в 1916 году, а несколько таких машин не только успели построить, но и отправили на фронт. Как могла бы сложиться их судьба?

От артиллерийского тягача до бронированной крепости

История русского тяжёлого танка «Александр Невский» началась осенью 1916 года, когда в Главное военно-техническое управление поступили подробные сведения о применении британцами новых бронированных машин на Сомме.

Русские военные специалисты довольно быстро оценили возможности нового оружия. Однако столь же быстро выяснилось, что рассчитывать на скорые и массовые поставки английских танков не приходится. Британская промышленность едва успевала выполнять заказы собственной армии.

Тогда и было принято решение создать подобную машину своими силами.

Разрабатывать совершенно новое гусеничное шасси означало потерять драгоценное время. Поэтому военные инженеры предложили использовать уже известные американские тракторы фирмы Holt, поставлявшиеся в Россию для нужд тяжёлой артиллерии.

Выбор пал на мощный Holt 120. Этот трактор представлял собой достаточно крупную машину с бензиновым двигателем и гусеничным движителем, позволявшим уверенно перемещаться по грунтовым дорогам и сравнительно мягкой почве.

Предприятие имело необходимый опыт. Именно здесь ранее изготавливались знаменитые пушечные бронеавтомобили «Гарфорд-Путилов», вооружённые 76-мм орудиями. Таким образом, задача создания тяжёлой бронированной машины с артиллерийским вооружением была для путиловцев вполне посильной.

Конструкторы решили максимально сохранить тракторную ходовую часть, двигатель и основные элементы трансмиссии. Это позволяло существенно сократить сроки разработки.

Уже в феврале 1917 года первый опытный «Александр Невский» вышел из заводских ворот.

Его внешний вид производил сильное впечатление. На сравнительно короткой тракторной ходовой части возвышался массивный броневой корпус, больше напоминавший передвижной артиллерийский каземат, чем привычное транспортное средство.

Зато машина была настоящей, двигалась самостоятельно и могла вести огонь из пушки и нескольких пулемётов.

Историческая основа этого эпизода вполне реальна: тракторы Holt действительно использовались армиями Антанты, а Путиловский завод имел опыт производства пушечных бронеавтомобилей. Сама история заказа и постройки «Александра Невского» относится к рассматриваемой альтернативной реальности.

Девятнадцать тонн железа и три дюйма артиллерии

Главным оружием нового танка стала 76,2-мм горная пушка образца 1909 года, разработанная на основе системы Шнейдера-Данглиса. Её сравнительно небольшие размеры позволяли разместить орудие внутри корпуса, не прибегая к созданию громоздкой башни.

Для борьбы с живой силой противника «Александр Невский» получил пять 7,62-мм пулемётов «Максим». Благодаря этому машина могла одновременно вести огонь по нескольким направлениям, прикрывая наступавшую за ней пехоту.

Экипаж состоял из семи человек. Помимо механика-водителя и командира, в него входили наводчик, заряжающий и пять пулемётчика.

Боевая масса достигла 18,83 тонны. Бензиновый двигатель мощностью 111 л. с. позволял развивать максимальную скорость 5,31 км/ч вперёд и 3,35 км/ч назад. По современным меркам — черепашья скорость, однако в 1917 году танк должен был двигаться не быстрее атакующей пехоты. Поэтому военные первоначально сочли такие показатели приемлемыми.

Во время заводских испытаний выяснилось, что машина вполне уверенно движется по твёрдому грунту и способна преодолевать небольшие препятствия. Но уже первые поездки по раскисшему полю выявили серьёзный недостаток — короткие тракторные гусеницы.

Значительный вес бронекорпуса приводил к тому, что танк увязал на мягкой почве, а широкие окопы становились для него почти непреодолимым препятствием. При этом любое вытаскивание застрявшей машины требовало помощи артиллерийских тягачей.

Однако отказываться от проекта военные не собирались. На фронте катастрофически не хватало подвижных средств непосредственной поддержки пехоты, а путиловский танк уже существовал в металле.

В результате в марте 1917 года последовал заказ на шесть машин установочной серии.

Первые русские танки отправляются на фронт

К началу июня 1917 года Путиловский завод завершил изготовление четырёх «Александров Невских». Ещё две машины находились на различных стадиях сборки.

Первую четвёрку решили направить на Юго-Западный фронт, где русская армия готовилась к крупному летнему наступлению.

Для обслуживания танков сформировали отдельное бронетракторное отделение. Помимо экипажей боевых машин, в его состав вошли механики, водители автомобилей снабжения и специалисты по ремонту тракторных двигателей.

Доставка на фронт оказалась не менее сложной задачей, чем строительство. Танки перевозили по железной дороге, после чего им предстояло добираться до исходных позиций собственным ходом.

Именно здесь впервые выяснилась неприятная особенность новой техники: даже сравнительно короткий марш требовал остановок для осмотра ходовой части и подтягивания гусениц. А скорость колонны едва превышала скорость пешехода.

Тем не менее к концу июня три исправные машины заняли замаскированные позиции в районе Зборова. Четвёртую оставили в ближайшем тылу из-за неисправности трансмиссии.

Наступление русской армии началось 18 июня (1 июля) 1917 года. По замыслу командования, после артиллерийской подготовки пехота должна была прорвать австро-венгерские позиции и развить успех в направлении Львова.

В нашей альтернативной истории именно здесь состоялось первое боевое применение русских танков.

Боевое крещение под Зборовом

Утром 1 июля 1917 года после мощной артиллерийской подготовки три тяжёлых бронетрактора двинулись в сторону неприятельских позиций.

Поначалу противник даже не понял, что происходит. Из клубов дыма показались массивные бронированные сооружения, медленно ползущие по изрытому снарядами полю.

Австро-венгерские пулемётчики открыли огонь, но винтовочные пули и осколки не могли причинить машинам серьёзного вреда. В ответ заговорили русские «Максимы», а затем и 76-мм орудия.

Первый же удачный пушечный выстрел разрушил неприятельское пулемётное гнездо. Следом один из танков обстрелял вход в укреплённый блиндаж, заставив его защитников прекратить сопротивление.

Русская пехота, следовавшая за машинами, получила возможность приблизиться к первой линии траншей с гораздо меньшими потерями.

Однако вскоре начались неприятности.

Головной «Александр Невский» попытался преодолеть широкий окоп и застрял, упершись передней частью корпуса в противоположную стенку. Короткие гусеницы беспомощно вращались, а двигатель ревел на предельных оборотах.

Вторая машина обошла препятствие, но попала под огонь австрийской полевой артиллерии. Один из снарядов разорвался рядом, повредив гусеницу.

Третий танк сумел продвинуться дальше всех. Его экипаж уничтожил ещё две неприятельские огневые точки и помог пехоте овладеть участком первой линии обороны.

К полудню все три машины прекратили движение. Две из-за технических неисправностей, третья — из-за повреждения ходовой части.

Тем не менее первая танковая атака русской армии закончилась ограниченным тактическим успехом. Бронетракторы выполнили главную задачу: подавили несколько укреплённых огневых точек и помогли пехоте преодолеть наиболее опасный участок неприятельских позиций.

Правда, до настоящего прорыва фронта было ещё очень далеко.

Реальное Зборовское сражение происходило 1–2 июля 1917 года и стало одним из эпизодов июньского наступления русской армии. Участие «Александров Невских» — альтернативно-историческое дополнение к этим событиям.

Последние бои и судьба «Александра Невского»

Первый боевой опыт заставил военных пересмотреть свои первоначальные представления о новой технике.

Выяснилось, что 76-мм пушка действительно является эффективным оружием против полевых укреплений, а пять пулемёта позволяют успешно прикрывать наступающую пехоту.

Но все преимущества сводились на нет неудовлетворительной проходимостью.

В результате инженерам Путиловского завода предложили разработать удлинённую ходовую часть и усилить трансмиссию. Однако выполнить эти требования быстро не представлялось возможным. Фактически речь уже шла о создании нового танкового шасси.

Тем временем положение на фронте резко ухудшалось.

В июле 1917 года австро-германские войска перешли в контрнаступление. Русские части начали отступать, причём во многих соединениях дисциплина стремительно падала.

Во время отхода два «Александра Невских» пришлось оставить из-за неисправностей, предварительно приведя их вооружение и механизмы в негодность. Ещё один танк, получивший повреждения под Зборовом, удалось вывезти в тыл.

Последняя машина установочной партии продолжала использоваться как учебная.

Дальнейшая судьба проекта оказалась связана с событиями революционного 1917 года. Финансирование новых разработок практически прекратилось, а производство машин, требовавших импортных тракторных агрегатов, стало невозможным.

К началу 1918 года программа «Холт-Путилов» была окончательно закрыта.

Всего в нашей альтернативной реальности успели изготовить шесть тяжёлых бронетракторов, из которых три приняли участие в боевых действиях.

Вместо заключения. Танк, который вызывает слишком много вопросов

Несмотря на сумасшедшую деталировку, лично мне этот проект танка категорически не понравился. И дело даже не в его необычном внешнем виде. Автор явно потратил немало времени на проработку конструкции, однако при этом допустил целый ряд ошибок, которых вполне можно было избежать. Причём некоторые из них настолько очевидны, что невольно возникает вопрос: а представлял ли разработчик, как его машина вообще должна эксплуатироваться?

Начнём с вооружения. На танке установлено целых пять пулемётов «Максим», однако обслуживать их должны всего три пулемётчика. Как это должно работать в реальном бою, совершенно непонятно. Конечно, теоретически пулемётчик может переходить от одного оружия к другому, но для этого необходимо иметь достаточно просторное боевое отделение. А с пространством у «Александра Невского», судя по всему, большие проблемы.

Не понимаю, что мешало автору добавить ещё двух членов экипажа или, наоборот, отказаться от двух лишних пулемётов. В последнем случае удалось бы не только уменьшить нагрузку на экипаж, но и освободить часть внутреннего пространства.

Однако ещё больше вопросов вызывает размещение пулемётчиков.

Как можно увидеть на изображениях, люди, обслуживающие бортовые пулемёты, сидят практически вплотную к двигателю, повернувшись к нему спиной. Учитывая, какое количество тепла выделяет мощный бензиновый мотор, работать в таких условиях было бы настоящей пыткой. Спина, да и, простите, задница у пулемётчиков в буквальном смысле будут подгорать.

Причём речь идёт не просто о дискомфорте. При длительной работе двигателя температура внутри боевого отделения могла бы достигать весьма неприятных значений, особенно летом. Добавим сюда пороховые газы, запах бензина, шум двигателя и плохую вентиляцию. В результате пулемётчики рисковали получить тепловое истощение ещё до встречи с противником.

И ведь самое обидное, что никакой принципиальной проблемы сделать корпус танка шире не существовало. Машина и так получилась достаточно тяжёлой, поэтому несколько дополнительных десятков сантиметров ширины вряд ли радикально ухудшили бы её характеристики. Зато позволили бы нормально организовать рабочие места экипажа.

В существующей же компоновке я вообще сомневаюсь, что бортовые пулемётчики могли бы сколько-нибудь эффективно работать со своим оружием.

Отдельный вопрос — охлаждение двигателя. Где автор разместил радиатор? Лично я его на представленной модели не обнаружил. Складывается впечатление, что разработчик попросту проигнорировал необходимость отвода тепла от бензинового мотора.

А ведь для тяжёлого танка, движущегося со скоростью пешехода, эффективная система охлаждения критически важна. Двигатель постоянно работает под большой нагрузкой, естественный поток воздуха минимален, а броневой корпус затрудняет отвод тепла. Без достаточно крупного радиатора, вентилятора и продуманных воздуховодов перегрев становится вопросом времени.

Причём устройство системы охлаждения необходимо продумывать одновременно с компоновкой моторного отделения, а не пытаться найти для неё место в уже готовом корпусе.

И вообще, мне совершенно непонятно, почему автор не использовал оригинальную компоновку трактора Holt с передним рулевым колесом.

Да, подобная схема имела свои недостатки, особенно с точки зрения преодоления окопов. Но зато она позволяла разместить двигатель и механизмы управления отдельно от основного боевого отделения. Места для экипажа, вооружения и системы охлаждения в таком случае было бы значительно больше. Кроме того, использование исходной тракторной компоновки соответствовало бы самой идее создания максимально простой боевой машины на базе серийного тягача.

Впрочем, ещё хуже обстоят дела с проходимостью.

При массе почти 19 тонн танк получил двигатель мощностью всего 111 л. с. Удельная мощность составляет менее 6 л. с. на тонну. Для техники Первой мировой войны это не было чем-то исключительным, но в сочетании с короткой тракторной ходовой частью обещало массу неприятностей.

Главная проблема даже не в максимальной скорости 5,31 км/ч. Британские тяжёлые танки тоже были тихоходными, однако имели длинные гусеницы, позволявшие сравнительно уверенно преодолевать траншеи и воронки. У «Александра Невского» гусеничная база гораздо короче, а массивный корпус значительно выступает за её пределы.

В результате широкая траншея становится практически непреодолимым препятствием. Танк либо упрётся передней частью корпуса в противоположный край, либо повиснет над окопом, потеряв сцепление гусениц с грунтом.

Не лучше ситуация и на мягкой почве. Здесь многое зависело бы от ширины гусениц и распределения массы, однако тяжёлый корпус, короткая опорная поверхность и слабый двигатель явно не обещают выдающихся результатов. Особенно в условиях осенней распутицы Восточного фронта.

Есть вопросы и к прочности ходовой части. Всё-таки трактор Holt изначально создавался для совершенно иных условий эксплуатации. Его трансмиссия и гусеничные тележки рассчитывались на определённые нагрузки, а не на перемещение тяжёлого броневого корпуса под артиллерийским огнём по изрытому воронками полю. Без усиления конструкции поломки могли стать постоянными спутниками экипажа.

Наконец, вызывает сомнения сама концепция размещения сравнительно крупного орудия в неподвижной установке. При ограниченных углах горизонтальной наводки для переноса огня на другую цель пришлось бы разворачивать весь танк. А насколько легко это сделать на мягком грунте при мощности двигателя 111 л. с., думаю, объяснять не нужно.

Впрочем, нельзя сказать, что проект совершенно безнадёжен. Его главная положительная сторона заключается в использовании реально существовавших агрегатов и вооружения. При грамотной переработке корпуса, увеличении внутреннего объёма, совершенствовании системы охлаждения и удлинении ходовой части из этой конструкции действительно мог получиться вполне работоспособный танк образца 1917 года.

Но тогда возникает закономерный вопрос: что останется от первоначального проекта? По существу, придётся разрабатывать новую машину, сохранив от исходного трактора лишь некоторые механизмы.

Поэтому мой вывод довольно простой: как трёхмерная модель «Александр Невский» выглядит интересно и тщательно проработан, но как реальная боевая машина вызывает гораздо больше вопросов, чем восторгов.

И особенно обидно, что практически все перечисленные проблемы можно было выявить ещё на стадии проектирования. Российская промышленность 1917 года вполне могла построить подобный танк. Другой вопрос — стоило ли строить его именно в таком виде?

Источник — https://alternathistory.net/a-vehicle-the-empire-never-lived-to-see-the-1917-holt-putilov-alexander-nevsky-heavy-tank/