История православной Британии которой не было. Часть 1.1. Английский гамбит и Каменный Орёл
3
Её истоки лежали в Киеве — в годы, когда царь Изяслав II, усмирив внутренние распри, обратил свой взор на Запад. Проведённая им жёсткая реформа престолонаследия укрепила державу: земли и власть отныне переходили старшему сыну, а княжеские владения больше не дробились между многочисленными наследниками.
Но всякая великая реформа имела свою цену.
На Руси скопился огромный избыток «лишних мечей» — младших сыновей знатных родов, которым не досталось ни городов, ни уделов, ни надежды на спокойную жизнь. Они были воспитаны для войны, привыкли к богатству и власти, умели командовать людьми и не желали превращаться в безземельных слуг при дворах старших братьев.
Царь Изяслав II решил направить эту силу за пределы Руси.
Так появилась «английская карта» — старое наследие его деда Мстислава, связанного родством с англосаксонским королевским домом через принцессу Гиту Уэссекскую.
В Англии в это время бушевала Анархия. Король Стефан Блуаский удерживал престол, но его власть оспаривали императрица Матильда и её сын Генрих Плантагенет. Молодой претендент отчаянно нуждался в союзниках.
Киев предложил ему не обещания и не золото, а пять тысяч закованных в железо витязей.
Во главе этого войска стоял младший сын русского царя — Ярослав Изяславич.
1. Великий Английский поход
Русский флот в Балтийском море
В 1152 году в Балтийское море вышел флот, какого прежде не видели ни английские, ни фламандские купцы.
На больших судах, построенных в Новгороде и на северных верфях Руси, плыли русские дружинники, боярские сыновья, оружейники, кузнецы, лекари и священники. Среди них были киевляне, черниговцы, волыняне, новгородцы и люди из северных земель, привычные к суровому климату и дальним морским переходам.
С Ярославом шли также союзные степняки — берендеи и торки. Они везли лёгких лошадей, сложносоставные луки, кожаные доспехи и собственные обычаи ведения войны.
Экспедиция была тщательно подготовлена. В трюмах находились запасы зерна, сушёного мяса и рыбы, оружие, походные кузницы и ремесленные инструменты. Для лошадей устроили специальные загоны. На мачтах развевались знамёна с крестами, княжескими соколами и изображениями святых.
Путь оказался тяжёлым. Флот миновал датские проливы, прошёл вдоль берегов Фрисландии и пересёк Северное море. Несколько кораблей погибли во время шторма. Часть лошадей пришлось перегрузить на суда сопровождения, а некоторые отряды высадились в английских портах отдельно от главных сил.
Когда русские знамёна появились возле лагеря Генриха Плантагенета, английские рыцари приняли пришельцев за византийских наёмников. Они видели тяжёлые шлемы, длинные копья, чешуйчатые панцири, расписные щиты и непривычные хоругви.
Но вскоре выяснилось, что перед ними не наёмное войско.
Киев пришёл в Англию как союзник.
Союз с Плантагенетами
Генрих и его мать Матильда приняли Ярослава с почестями. Переговоры проходили через переводчиков, однако цели обеих сторон были ясны.
Руси требовалось усилить влияние на Западе и открыть новые торговые пути. Плантагенетам была необходима армия, способная изменить ход гражданской войны.
Союз решили скрепить браками.
Генрих Плантагенет женился на русской царевне Евдокии, дочери Изяслава II. Для Англии этот брак был необычен: к английскому престолу приближалась княжна из далёкой восточной державы, чьи владения простирались от Карпат до северных морей.
Сам Ярослав Изяславич взял в жёны английскую принцессу Матильду — родственницу Генриха Плантагенета. Так русский полководец стал не просто союзником будущего короля, но и членом английского королевского дома.
Свадебные торжества проходили на фоне войны. В английских соборах звучали латинские молитвы, а русские священники служили молебны по восточному обряду. Для англичан это было странное и величественное зрелище: золотые кресты, мерцание свечей, протяжные песнопения и суровые воины, неподвижно стоявшие под сводами храмов.
Затем русское войско выступило против Стефана Блуаского.
Битвы 1153 года
Русская конница стала непривычным и опасным противником для англо-нормандских баронов.
Английские рыцари полагались на прямой удар тяжёлого строя. Русские воеводы предпочитали сочетать разные виды войск. Перед фронтом тяжёлой конницы двигались лёгкие отряды берендеев и торков. Они тревожили противника стрелами, заманивали его в погоню и отрывали от главных сил. Затем на расстроенные ряды обрушивались закованные в железо русские витязи.
В 1153 году в нескольких решающих сражениях сторонники Генриха нанесли поражение войску Стефана. Особенно сильное впечатление произвела русская тяжёлая конница. Воины, укрытые кольчугами и пластинчатыми панцирями, шли плотным строем, прикрываясь высокими щитами. Их длинные копья пробивали конские попоны и человеческие доспехи.
Там, где русская дружина входила в соприкосновение с противником, строй английских рыцарей быстро превращался в беспорядочную схватку.
К концу кампании положение Стефана стало безнадёжным.
Английская корона досталась Генриху Плантагенету.
Позднее английские хронисты писали, что Генрих получил королевство благодаря своему праву, мужеству и политическому искусству. Русские летописцы излагали события несколько иначе:
«И приведе Ярослав силу киевскую за море, и сломи ею гордость норманнскую, и возложи венец на голову Генриха».
Истина, вероятно, находилась между этими рассказами. Но в одном сходились все: без русского похода судьба Плантагенетов могла сложиться иначе.
Лондонская хартия
В благодарность за победу Генрих II подписал договор, вошедший в историю как Лондонская хартия.
По её условиям купцы Киева и Новгорода получали монопольные торговые дворы в Лондоне и Бристоле. На протяжении пятидесяти лет они освобождались от большей части пошлин и сборов. Русским торговцам разрешалось иметь собственные склады, весы, жильё, храмы и суд для разрешения внутренних споров.
Лондонская хартия стала основой русско-английского союза.
Из Британии на Русь отправлялись шерсть, олово, свинец, железо, оружие, соль и корабельные материалы. С востока прибывали меха, воск, мёд, лён, ткани, украшения и книги.
Ярослав получил от короля не только золото и почести. Генрих пообещал выделить ему владение на Севере Англии — край, который должен был стать наградой за службу и опорой русско-английского союза.
Тогда это обещание казалось лишь щедрым пожалованием.
Через два десятилетия оно стало причиной войны.
Ярослав Изяславич и Генрих II
2. Из союзника — в изгнанника
Возвращение на Русь
После окончания английской кампании Ярослав не остался в Британии навсегда. Его звали обратно дела Руси. В Киеве младший царский сын получил новые поручения, участвовал в походах и некоторое время управлял западными и северными землями.
Однако брак с принцессой Матильдой не распался. Между двумя дворами продолжалась переписка, а английские и русские послы регулярно пересекали море. Английские купцы появлялись в Новгороде, а русские торговые дворы укреплялись в Лондоне и Бристоле.
Ярослав оказался человеком двух миров.
На Руси его считали князем, открывшим путь к западной торговле. В Англии его помнили как полководца, помогшего Плантагенетам завоевать престол. Сам Ярослав смотрел на Северное море не как на границу, а как на дорогу, связывающую две части его судьбы.
Тем временем в Русском царстве вновь вспыхнули усобицы.
Жёсткая система престолонаследия прекратила дробление земель, но не уничтожила соперничество между знатными родами. Младшие князья и бояре, лишённые надежды на уделы, искали покровителей. В конце 1160-х годов против царской власти сложилась широкая коалиция.
Братская усобица оказалась особенно жестокой. В ней участвовали бывшие союзники Ярослава, а часть его владений перешла к противникам. После сокрушительного поражения князь понял, что возвращение в прежние земли невозможно.
В этот раз он уходил не как военачальник на время похода.
Он уходил как изгнанник на всегда.
Новый исход
С Ярославом отправились сотни преданных ему черниговских и волынских бояр, витязей, оружейных мастеров, плотников, кузнецов и книжников. Несколько родов берендеев и торков вновь связали свою судьбу с князем.
Они везли с собой всё, что могли спасти: родовое оружие, мешки с серебром и золотом, церковную утварь, книги, святые иконы, семена растений, ремесленные инструменты и грамоты, подтверждавшие их происхождение и права.
Многие из тех, кто ступил на английский берег, уже бывали в Британии во время великого похода или имели здесь родственников. Поэтому новый исход оказался одновременно и бегством в чужую землю, и возвращением туда, где Ярослава ещё помнили.
Генрих II встретил его с внешним радушием.
Король помнил всё: русский флот, битвы 1153 года, брачный союз, Лондонскую хартию и собственное восхождение на престол. Но он помнил также, что Ярослав был человеком с собственными войсками, богатством и связями.
Генрих не мог принять русского князя как равного монарха.
Поэтому он предложил ему титул графа Нортумбрии (Earl of Northumbria).
Формально это было пожалование.
Фактически — попытка удержать опасного союзника в пределах английской феодальной системы.
Ярослав титул принял. Но не забыл, что право на северные земли было обещано ему ещё в дни великого похода.
3. Каменный Орёл Бамборо
Крепость на скале
Резиденцией русских изгнанников стал Бамборо — древняя крепость на мрачной вулканической скале у самого берега Северного моря.
Когда Ярослав впервые вошёл в замок, тот представлял собой лишь тень былого величия. Стены были повреждены, деревянные конструкции сгнили, башни требовали ремонта, а во внутреннем дворе росла трава. В покинутых помещениях гнездились морские птицы, а ветер свободно гулял по проломам.
Однако князь сразу оценил преимущества места.
Бамборо господствовал над побережьем. С его высот открывался обзор на морские пути, а крутые склоны делали прямой штурм почти невозможным. Подступы к крепости можно было обстреливать с трёх сторон, а в случае осады снабжение удавалось поддерживать через море.
— Здесь не замок, — сказал один из бояр. — Здесь сама скала поставлена сторожить море.
Ярослав ответил:
— Значит, научим её держать меч.
Так началась перестройка.
Русские мастера использовали опыт строительства детинцев, византийские инженерные трактаты и нормандскую традицию каменных крепостей. Деревянные палисады заменили колоссальные стены из местного серого камня. Их основание легло прямо на вулканическую скалу. Внешние укрепления дополнили башнями, выступавшими за линию стен, чтобы защитники могли вести фланговый огонь.
Внутри возвели мощный донжон, княжеские палаты, склады, оружейные, конюшни и казармы. В скале вырубили цистерны, а дождевые стоки соединили с подземными резервуарами. Под стенами проложили тайные ходы. Один из них вёл к морю и позволял небольшим судам доставлять припасы даже во время осады.
Внутренний двор разделили на несколько самостоятельных участков. Если враг прорывался через первые ворота, он попадал под перекрёстный обстрел из башен и не мог сразу добраться до главной цитадели.
Бамборо перестал быть пограничным замком.
Он стал княжеской крепостью.
А местные жители вскоре дали ему новое имя — Каменный Орёл.
Новый герб графов Бамборо
Русская слобода
Вокруг Бамборо быстро выросло поселение. В нём жили русские, англичане, скандинавы, армяне и греки. Грохот кузниц смешивался с криками рыбаков и гортанными командами степных всадников.
Славянские мастера обучали местных кузнецов изготовлению пластинчатых доспехов и сложных замков. Русские плотники строили дома с высокими крышами, приспособленными к снегу и дождю. Степняки разводили выносливых лошадей и знакомили северян со своими приёмами конной стрельбы.
Английские ремесленники помогали пришельцам освоить местные материалы. Они знали свойства нортумбрийского камня, умели строить корабли для Северного моря и добывать железо из местных руд.
Так в Бамборо возникло общество, не похожее ни на Киев, ни на Лондон.
В княжеской канцелярии использовали кириллицу, латинское письмо и англосаксонские знаки. На рынках заключали сделки по русским мерам, но цены нередко указывали в английских пенсах. В княжеском доме звучали русский, английский, скандинавский и греческий языки.
Над крепостью же всё чаще поднимался православный Спас нерукотворный.
