Римская Империя Флавия Теодориха Августа. Что если бы Теодорих Великий принял титул Римского императора
История любит даты, которые позднейшие поколения превращают в символы. Одной из таких дат стал 476 год — традиционный рубеж между Античностью и Средневековьем, когда германский военачальник Одоакр низложил юного Ромула Августула. Однако современники едва ли воспринимали случившееся как «падение Римской империи». Сенат продолжал заседать, консулы вступали в должность, чиновники собирали налоги, а законы по-прежнему писались на латыни.
Более того, менее чем через двадцать лет после низложения последнего западного императора в Италию пришёл человек, который во многих отношениях оказался императором без императорского титула.
Его звали Теодорих.
И если изменить всего одно из принятых им решений, история Европы VI века могла выглядеть примерно так, как на представленной карте: восстановленная Западная Римская империя от Атлантики до Паннонии, вновь подчинившая себе Италию, большую часть Испании и Южную Галлию и превратившая германские королевства в зависимые государства.
Причём подобная альтернативная история удивительно хорошо начинается с событий, действительно произошедших в нашей реальности.
Гот, которого воспитала Римская империя
Теодорих Великий родился около 454 года в семье остготского короля Теодемира из династии Амалов. Его происхождение, казалось бы, совершенно не предполагало будущей роли хранителя римского государства. Он был германским королём, принадлежал к военной аристократии готов и исповедовал арианское христианство.
Но детство Теодориха прошло в совершенно иной среде.
Примерно восьмилетним мальчиком его отправили заложником в Константинополь — обычная для того времени гарантия соблюдения договоров. В столице Восточной Римской империи Теодорих провёл около десяти лет. Именно здесь будущий король познакомился с римским государственным устройством, придворным церемониалом и представлением о том, что власть должна опираться не только на меч дружины, но и на законы, налоги, чиновничество и древнюю государственную традицию.
Поэтому Теодорих оказался довольно необычным варварским правителем. Он мог воевать с императорами, разорять римские провинции и шантажировать Константинополь, но при этом вовсе не стремился уничтожить саму Империю.
Он хотел занять в ней достойное место.
Император Зенон пытался одновременно использовать и контролировать опасного готского вождя. Теодорих получил высокие римские должности: в 483 году стал magister militum — военным магистром, а в 484-м был назначен консулом. Таким образом, будущий завоеватель Италии уже формально входил в высшую элиту Римской империи.
Наконец Зенон нашёл способ одновременно избавиться от беспокойных остготов и вернуть контроль над Италией.
Теодориху предложили отправиться на запад и свергнуть Одоакра.
В 489 году остготы вторглись в Италию. После нескольких лет тяжёлой войны Теодорих запер противника в Равенне. В 493 году стороны договорились совместно управлять Италией.
Продержалось соглашение совсем недолго.
На пиру Теодорих собственноручно убил Одоакра.
И вот здесь начинается самое интересное.
Король, который правил как император
Теодорих стал хозяином Италии, но императором себя не объявил.
Формально он оставался rex — королём, причём даже титул «король Италии», часто встречающийся в современной литературе, не являлся его обычным официальным титулом. При этом его фактическое положение было гораздо сложнее. В отношениях с готами Теодорих был их королём, а в отношениях с римским населением старательно изображал продолжателя прежней государственной системы.
Римский Сенат сохранился. Старая администрация продолжала работать. Римские аристократы занимали государственные должности. Продолжала существовать консульская традиция.
Сам Теодорих демонстративно подражал лучшим римским государям прошлого. Не случайно Anonymus Valesianus сообщает, что римляне сравнивали его с Траяном и Валентинианом.
Возникло удивительное государство.
Армией в значительной степени являлись готы.
Государственным аппаратом управляли преимущественно римляне.
А над ними стоял германский король, который фактически выполнял функции западного императора.
Позднейший византийский историк Прокопий даже характеризовал Теодориха как правителя, который, не имея императорского титула, по существу обладал достоинством настоящего императора. Современники употребляли в отношении него и традиционное римское princeps.
Получалось парадоксально: Западная Римская империя исчезла с политической карты, но значительная часть её государственных институтов в Италии продолжала существовать.
Не хватало только Августа.
Почему Теодорих не стал императором?
Сегодня может показаться, что после победы над Одоакром Теодориху оставалось лишь надеть диадему и объявить себя новым западным императором.
Но для человека V века всё выглядело намного сложнее.
В римской политической традиции императорская власть не сводилась к контролю территории. Теодорих мог завоевать Италию, но провозглашение себя Августом автоматически означало бы претензию на высшую римскую власть и чрезвычайно опасный конфликт с Константинополем.
После 476 года официальная версия состояла вовсе не в том, что Западная империя перестала существовать как римская территория. Одоакр отправил императорские инсигнии в Константинополь, а западный Сенат сообщил, что отдельный западный император больше не нужен: одного Августа достаточно для обеих частей государства.
Поэтому восточный император считал себя верховным государем и Италии.
Теодорих прекрасно это понимал.
Он мог быть практически независимым правителем, сохраняя юридическую фикцию императорского верховенства Константинополя. Такая двусмысленность устраивала обе стороны. Император сохранял лицо и теоретические права на Запад, а Теодорих получал возможность фактически делать в Италии почти всё, что хотел.
Существовала и вторая проблема — религия.
Теодорих был арианином, тогда как большинство римлян Италии придерживалось никейского христианства. Пока он являлся германским королём и светским правителем Италии, этот компромисс работал. Но римский Август воспринимался уже не просто как военный государь. Император традиционно являлся защитником церкви и важнейшей фигурой христианского мира.
Арианин на римском императорском престоле неизбежно создавал проблему легитимности.
Наконец существовали сами остготы.
Слишком быстрое превращение их короля в римского императора могло вызвать недовольство готской военной аристократии. Теодорих всю жизнь балансировал между двумя обществами — готским и римским. Именно необходимость поддерживать это равновесие была одним из фундаментальных противоречий его государства. На это справедливо обращают внимание и участники обсуждения оригинальной альтернативной карты.
Поэтому реальный Теодорих выбрал чрезвычайно осторожную формулу:
быть императором во всём, кроме названия.
Но существовал момент, когда всё действительно могло измениться.
497 год. Возвращение пурпура
В нашей реальности после долгих переговоров император Анастасий признал положение Теодориха в Италии. Около 497–498 годов в Италию были возвращены императорские инсигнии, которые после свержения Ромула Августула Одоакр отправил в Константинополь.
Зачем именно Анастасий вернул их, историки могут спорить до сих пор.
Но для альтернативной истории это почти идеальная точка развилки.
Представим, что переговоры заканчиваются иначе.
К этому времени Константинополь занят собственными проблемами, а Теодорих совершенно очевидно доказал, что является единственным человеком, способным обеспечить порядок в Италии. Сенат, со своей стороны, понимает: перед ним редчайшая возможность окончательно легализовать сложившийся режим.
И тогда сенаторы делают то, чего не сделали в нашей истории.
Они предлагают Теодориху пурпур.
Не просто корону короля готов.
Императорскую диадему.
Теодорих колеблется.
Принять её без согласия Константинополя означало гражданскую войну. Но Анастасию также совершенно не нужна война за Италию.
В результате появляется компромисс.
Теодорих признаёт Анастасия старшим Августом и отказывается от любых притязаний на восточные территории. Константинополь, в свою очередь, признаёт восстановление западного императорского престола.
В Риме происходит церемония, которой Запад не видел более двадцати лет.
Сенат провозглашает:
Flavius Theodericus Augustus.
Западная Римская империя официально возрождается.
Император Флавий Теодорих Август
Не Остготское королевство, а Римская империя
Это решение кажется символическим, однако именно оно полностью меняет дальнейшую историю.
В нашей реальности Теодорих оставался прежде всего королём остготов, правившим Италией. Поэтому его многочисленные дипломатические проекты воспринимались как отношения между германскими королевствами.
Теперь всё иначе.
Если Теодорих — законный римский император, то и его внешняя политика получает совершенно другую идеологическую основу.
Он больше не завоёвывает чужие государства.
Он восстанавливает римские провинции.
Для Сената это restitutio imperii — восстановление Империи.
Для римской аристократии Галлии и Испании Теодорих оказывается не чужеземным завоевателем, а Августом.
Для германских королей — крайне неприятным напоминанием о том, что их государства возникли на территории, которую Рим никогда формально не отдавал.
А главное, Теодорих получает возможность предложить варварским элитам чрезвычайно привлекательный компромисс:
служите Империи — и сохраняйте свои владения.
508 год. Возвращение Галлии
Первой возможностью проверить новую императорскую идеологию становится война франков и вестготов.
В реальной истории франкский король Хлодвиг в 507 году разгромил вестготов при Вуйе. Король Аларих II погиб, а большая часть вестготской Галлии была потеряна.
Теодорих вмешался и сохранил за вестготами Септиманию.
Но в нашей версии его вмешательство значительно масштабнее.
Теперь на юг Галлии идёт не армия остготского короля.
Туда направляются войска западного Августа.
В 508 году имперская армия занимает Прованс и восстанавливает прямое римское управление над значительной частью средиземноморского побережья Галлии.
Франки вынуждены остановиться.
На карте именно эта территория обозначена как первое крупное расширение государства Теодориха после Италии.
И неожиданно выясняется, что имя Рима всё ещё обладает огромной политической силой.
Галло-римские землевладельцы совершенно не мечтают стать готами. Но им этого никто и не предлагает.
Им предлагают снова стать римлянами Империи.
Разница огромна.
510 год. Испания возвращается под орлов
Следующий подарок Теодориху преподносит династический кризис в государстве вестготов.
После гибели Алариха II его наследником становится малолетний Амаларих — внук самого Теодориха. В нашей истории Теодорих фактически установил контроль над вестготским государством в качестве регента.
Здесь он идёт дальше.
Сенат принимает постановление, согласно которому земли вестготов вновь включаются в состав Западной Римской империи.
Однако Теодорих не совершает ошибки, пытаясь уничтожить вестготскую знать.
Наоборот.
Вестготские аристократы получают римские титулы и должности. Их дружины превращаются в федератские части императорской армии. Земельные владения подтверждаются императорскими грамотами.
Получается почти идеальная сделка.
Вестготская верхушка сохраняет богатство и положение.
Испано-римское население получает привычную администрацию.
Теодорих — большую часть Пиренейского полуострова практически без масштабной завоевательной войны.
Так в 510 году на карте возникает огромная Испанская часть восстановленной Империи.
От Италии владения Августа теперь протянулись почти до Атлантического океана.
Последняя готская граница
Остаётся одна проблема.
Северо-запад Испании принадлежит свевам.
В нашей реальности их королевство просуществует ещё несколько десятилетий и будет уничтожено вестготами только в 585 году.
В мире Теодориха этого не происходит.
Император первоначально предлагает свевскому королю тот же договор, который приняли другие германские элиты: признать власть Августа, получить римский титул и сохранить внутреннюю автономию.
Свевы отказываются.
В 515 году начинается война.
Римская армия движется через Лузитанию и север Испании. Военная мощь свевов совершенно несопоставима с ресурсами государства, которое теперь контролирует Италию, Испанию и значительную часть Средиземноморской Галлии.
Кампания заканчивается быстро.
Галлеция присоединена к Империи.
В Риме впервые начинают всерьёз говорить, что произошедшее в 476 году было всего лишь коротким междуцарствием.
517 год. Император возвращается за Альпы
Следующей целью становится уже не запад, а северо-восток.
Альпийские провинции имели для Италии огромное стратегическое значение. Без контроля над Рециями, Нориком и Паннонией сама Италия оставалась открыта для новых вторжений.
Поэтому Теодорих начинает постепенно восстанавливать римское присутствие в Альпах и на среднем Дунае.
Но здесь ситуация сложнее.
Империя уже не способна просто вернуть административную карту IV века. Население перемешалось, старые города пришли в упадок, а на многих территориях существуют германские и местные военные княжества.
Теодорих действует прагматично.
Там, где возможно, возвращается полноценная римская администрация.
Там, где невозможно, появляются зависимые федераты.
На карте поэтому Реция, Норик и Паннония выглядят мозаикой прямого и непрямого контроля. Именно так подобную штриховку объясняет автор оригинальной карты: в этих областях власть Рима остаётся фрагментированной.
К 517 году римская граница вновь выходит к Дунаю.
Именно тогда Сенат впервые присваивает Теодориху почётное прозвище:
Restitutor Occidentis — Восстановитель Запада.
Но крупнейшие успехи ещё впереди.
519 год. Бургундский вопрос
Бургундское королевство занимает крайне неудобное положение между владениями франков и Империей.
Уничтожать его Теодорих не собирается.
К этому времени становится очевидно, что восстановленная Западная империя вовсе не обязана присоединять каждую провинцию напрямую. Старую систему федератов можно превратить в эффективный инструмент нового римского порядка.
После военного давления и дипломатических переговоров Бургундия признаёт верховенство Рима.
Юго-восточные районы Галлии переходят под непосредственное управление Империи, тогда как само Бургундское королевство сохраняется.
Формально существует король.
Фактически решения Лугдуна всё больше зависят от Рима.
На карте поэтому Бургундия показана не как обычная имперская провинция, а как государство под сильным римским влиянием. Именно такой статус предусмотрел автор исходного альтернативно-исторического сценария.
Получается система, удивительно напоминающая устройство Римской империи нескольких столетий назад: вокруг собственно провинций снова появляется пояс зависимых государств.
520 год. Карфагенский договор
Оставался последний великий противник — вандалы.
И здесь Теодорих проявляет себя скорее дипломатом, чем завоевателем.
Вандальское королевство контролирует Северную Африку, Карфаген, Сардинию, Корсику и важнейшие морские пути западного Средиземноморья. Полномасштабная война потребовала бы огромного флота и могла затянуться на годы.
Поэтому Рим выбирает давление.
После нескольких лет дипломатических конфликтов, демонстрации флота и угрозы вторжения в Африку заключается Карфагенский договор 520 года.
Корсика, Сардиния и Балеарские острова возвращаются Империи.
Рим получает ряд стратегических пунктов и морских прав.
Вандальский король сохраняет Африку, но признаёт политическое первенство западного Августа.
На карте вандальские территории поэтому, как и Бургундия, показаны находящимися под сильным влиянием Рима.
Средиземное море снова начинает превращаться в римское.
Пусть пока только западная его половина.
Последняя война старого императора
К началу 520-х годов Теодориху уже около семидесяти.
Перед ним лежит государство, существование которого ещё четверть века назад показалось бы невозможным.
Италия.
Сицилия.
Далмация.
Испания.
Южная Галлия.
Альпийские земли.
Часть Паннонии.
Сардиния.
Корсика.
Балеарские острова.
Бургунды и вандалы признают римское превосходство.
Но на северо-западе Пиренейского полуострова и вдоль предгорий Пиренеев сохраняются земли, где императорская власть остаётся номинальной или вообще отсутствует.
Последние кампании Теодориха направлены против васконов.
Это уже не великие войны молодости.
Нет генеральных сражений, решающих судьбу континента. Римские колонны строят дороги, занимают крепости, заключают договоры с местными вождями и медленно продвигают имперскую границу к Бискайскому заливу.
Последние территории переходят под власть Рима.
Сенат решает, что прежнего титула уже недостаточно.
Restitutor Orbis
В 526 году восьмидесятилетний Теодорих прибывает в Рим.
Он въезжает в город, который некогда был столицей мира и который именно при нём вновь стал настоящей столицей западной державы.
На Форуме собирается Сенат.
За спиной старого императора стоит почти невероятный итог тридцатилетнего правления.
Когда Теодорих впервые вошёл в Италию, западный мир представлял собой мозаику германских королевств.
Теперь Рим снова контролирует большую часть земель от Атлантики до Адриатики и Дуная.
Автор оригинальной карты доводит именно к такому финалу свою альтернативную хронологию: присоединение вестготского государства, покорение свевов, зависимость вандалов и бургундов, возвращение Васконии и Карфагенский договор 520 года завершают восстановление западной державы. Столица при этом переносится из Равенны обратно в Рим.
Перед сенаторами появляется старый гот.
Но теперь мало кто видит в нём только гота.
Глашатай перечисляет титулы.
Flavius Theodericus Pius Felix Invictus Augustus.
И наконец звучит новый:
Restitutor Orbis.
Восстановитель мира.
Римская империя, которой не должно было существовать
Так к смерти Теодориха Великого в 526 году появляется государство, изображённое на карте.
Но самое интересное заключается в том, что перед нами вовсе не восстановленная империя времён Траяна или Константина.
Это уже другой Рим.
Германские короли никуда не исчезли. Бургундия и Африка сохраняют собственных правителей. На Дунае римское управление перемешано с властью местных военных вождей. Готская знать занимает высшие армейские должности, тогда как старая сенаторская аристократия управляет гражданской администрацией.
Даже понятие «римлянин» постепенно меняется.
Оно всё меньше обозначает происхождение и всё больше — принадлежность государству.
Гот может быть римским генералом.
Вестгот — императорским чиновником.
Бургундский король — вассалом Августа.
Испано-римлянин — сенатором.
Перед нами уже не позднеантичная Римская империя.
Это римско-германская империя раннего Средневековья, возникшая на три столетия раньше государства Карла Великого.
И именно здесь скрывается главное последствие такой альтернативы.
В нашей истории Теодорих умер королём остготов, а созданная им система оказалась слишком зависимой от личности своего создателя. Через несколько десятилетий Италия была разорена Готскими войнами Юстиниана.
Здесь же Теодорих оставляет наследникам совершенно другой политический капитал.
Не Regnum Gothorum.
А Imperium Romanum.
Следующему правителю уже не требуется объяснять римлянам, почему они должны подчиняться королю варваров. Ему достаточно занять престол Августа.
И поэтому 476 год в учебниках этого мира никогда не станет датой падения Западной Римской империи.
Историки назовут его иначе:
началом Великого междуцарствия 476–497 годов.
А Теодориха, сына остготского короля, проведшего детство заложником в Константинополе, потомки будут помнить не как последнего великого варварского государя Античности.
На мраморном постаменте его статуи в Риме останутся слова:
FLAVIVS THEODERICVS AVGVSTVS
RESTITVTOR ORBIS
Флавий Теодорих Август.
Восстановитель мира.
