Слишком сложные, чтобы стать массовыми: драматичная история лицензионных зенитных пушек в РККА

22 июня 1941 года Красная Армия встретила противника, имевшего не просто сильную авиацию, но и огромный опыт её непосредственного применения над полем боя. «Штуки», двухмоторные бомбардировщики и истребители Люфтваффе могли атаковать колонны, переправы, штабы, артиллерийские позиции и аэродромы. Одним из средств противодействия им должны были стать малокалиберные автоматические зенитные пушки — достаточно лёгкие, чтобы сопровождать войска, и достаточно скорострельные, чтобы поражать быстро движущуюся воздушную цель.

Но именно таких орудий Красной Армии катастрофически не хватало.

История этого дефицита началась задолго до войны. Ещё в 1930 году Советский Союз получил доступ к передовым германским разработкам фирмы Rheinmetall, включая 20- и 37-мм зенитные автоматы. Казалось, оставалось лишь освоить их производство и насытить войска современным оружием. На деле программа обернулась многолетней технической драмой: немецкие автоматы оказались слишком сложными для тогдашнего состояния советского массового производства.

Причём в популярном изложении этой истории существует важное упрощение. Советские 2-К и 4-К нельзя безоговорочно называть просто лицензионными копиями тех самых Flak 30 и Flak 18, с которыми Вермахт впоследствии вступил во Вторую мировую. Правильнее говорить о близких разработках одной германской конструкторской школы Rheinmetall, дальнейшая эволюция которых в СССР и Германии пошла разными путями. Например, серийная германская 3,7-cm Flak 18 появилась лишь в середине 1930-х. 

Именно поэтому история советских 2-К и 4-К интереснее простого рассказа о «неудачном копировании немецких пушек».

Зенитная дыра накануне войны

Проблема особенно хорошо видна в цифрах. В использованном исходным материалом справочнике А. Иванова «Артиллерия СССР во Второй мировой войне» указывается, что к 22 июня 1941 года Красная Армия располагала 1382 автоматическими 37-мм зенитными пушками образца 1939 года. Между тем мобилизационная потребность одних только сухопутных войск оценивалась в 9854 таких орудия.

Картина становится ещё нагляднее, если обратиться к документам начала 1941 года. Потребность в 37-мм зенитных автоматах определялась в 9854 единицы, тогда как на 1 января имелось только 544. Для крупнокалиберных пулемётов соответствующие показатели составляли 11 448 и 1987 единиц.

Конечно, говорить, что советские сухопутные войска были совершенно беззащитны от авиации, было бы преувеличением. Имелись 76- и 85-мм зенитные орудия, счетверённые установки пулемётов «Максим», появлялись ДШК. Но между винтовочно-пулемётным огнём и сравнительно тяжёлыми зенитными пушками существовала огромная ниша: войскам требовались тысячи мобильных автоматических пушек малого калибра.

Именно здесь последствия неудач начала 1930-х годов оказались особенно болезненными.

Когда Москва и Берлин ещё сотрудничали

В конце 1920-х годов положение было вполне объяснимым. СССР форсированно создавал современную оборонную промышленность, однако собственная школа автоматической зенитной артиллерии только формировалась. Германия, напротив, располагала чрезвычайно сильной инженерной школой, но Версальский договор серьёзно ограничивал разработку и производство ряда вооружений.

Интересы двух стран на некоторое время совпали.

28 августа 1930 года было заключено соглашение с фирмой БЮТАСТ — фактически структурой, через которую Rheinmetall сотрудничала с Советским Союзом. Немецкая сторона должна была передать СССР образцы, документацию и техническую помощь по нескольким артиллерийским системам, среди которых находились 20- и 37-мм автоматические зенитные пушки. (Википедия)

Для Красной Армии это было крайне привлекательное предложение. Вместо многолетнего самостоятельного поиска можно было получить практически готовые современные конструкции и одновременно освоить технологию производства автоматической артиллерии.

Главным исполнителем стал завод №8 имени Калинина в подмосковных Подлипках. К концу 1920-х именно там концентрировалось производство советской зенитной артиллерии.

На бумаге всё выглядело великолепно.

На практике начиналась одна из наиболее показательных историй советской оружейной промышленности 1930-х годов.

2-К: маленькая пушка, оказавшаяся большой проблемой

20-мм германский автомат после испытаний приняли на вооружение как 20-мм автоматическую зенитную и противотанковую пушку образца 1930 года. На заводе №8 система получила индекс 2-К.

Орудие выглядело чрезвычайно перспективно. При сравнительно небольшой массе оно обеспечивало круговой обстрел и автоматический огонь, а высокая начальная скорость снаряда позволяла применять пушку не только против самолётов, но и против лёгкой бронетехники.

ТТХ 20-мм автоматической зенитной и противотанковой пушки обр. 1930 г. 2-К

• Калибр: 20 мм
• Масса в боевом положении: около 172 кг
• Длина ствола: около 1450 мм
• Углы вертикального наведения: от −5° до +84°
• Горизонтальный обстрел: 360°
• Темп стрельбы: около 130–135 выстр./мин
• Расчёт: 4 человека

Рекомендуемая дополнительная иллюстрация: сохранившаяся фотография 20-мм автомата 2-К с расчётом. Она хорошо показывает небольшие размеры и устройство установки.

Но именно здесь обнаружилось принципиальное различие между изготовлением нескольких опытных экземпляров и настоящим крупносерийным производством.

Автоматическая пушка требовала значительно более высокой культуры изготовления, чем сравнительно простое полевое орудие. Необходимо было обеспечить точность сопряжения многочисленных деталей автоматики, стабильность характеристик пружин, качество термической обработки, взаимозаменяемость узлов и надёжную работу механизмов при загрязнении и интенсивной стрельбе.

Причём производство оказалось распределено между несколькими предприятиями. Стволы делал завод №92 в Горьком, передки — завод №13 в Брянске, а часть деталей первоначально продолжала поступать из Германии.

И система начала буквально рассыпаться на технологические проблемы.

20-мм зенитная пушка 2-К

План — сто. Военная приёмка — три

Особенно выразительно выглядят показатели 1932 года.

Заводу №8 предписывалось изготовить сто автоматов 2-К. Согласно приводимым А. Б. Широкорадом данным, изготовителю удалось предъявить 44 пушки, но военная приёмка приняла всего три.

В 1933 году ситуация несколько улучшилась. План составлял 50 орудий; в источниках встречаются несколько различающиеся показатели предъявленных и окончательно сданных пушек, причём часть продукции фактически представляла собой доведённые орудия предыдущего года. Именно отсюда происходят разночтения в общей цифре выпуска 2-К: встречаются показатели от 64 принятых экземпляров до 161 изготовленного или предъявленного орудия.

Это важная оговорка. Поэтому распространённую цифру «161 пушка, из которых 97 не приняли» следует воспринимать именно как один из вариантов подсчёта, а не как бесспорную итоговую статистику.

Результат в любом случае был одинаковым: серийного производства в военном смысле этого слова не получилось.

К 1936 году в Красной Армии оставалось лишь несколько десятков 2-К. По одному из подсчётов, на 1 ноября 1936 года имелись 13 пушек на колёсных лафетах, 18 установленных на грузовиках ЗИС-6 и восемь учебных систем.

Для огромной армии это было практически ничто.

Почему немцы смогли, а СССР — нет?

Именно здесь возникает главный вопрос. Если конструкция была настолько сложной, каким образом родственная линия германских автоматов превратилась в массовое оружие?

Ответ заключается в том, что проблема была не столько в самой идее пушки, сколько в производственной базе.

Rheinmetall и связанные с ней предприятия обладали огромным опытом изготовления автоматического оружия, точной механики и высоконагруженных артиллерийских механизмов. Советскому заводу №8 фактически приходилось одновременно выпускать вооружение и осваивать совершенно новый для себя уровень производства.

Причём сама Германия не просто поставила на конвейер полученный СССР образец без изменений. Разработка продолжалась. Будущая 2-cm Flak 30 происходила из той же технической среды Rheinmetall/Solothurn, но прошла дальнейшую доводку. Германская серийная Flak 30 начала выпускаться в 1934 году и поступила на вооружение в середине десятилетия. (Википедия)

Поэтому утверждение, будто «одну и ту же пушку немцы выпускали десятками тысяч, а СССР не смог», эффектно, но исторически чрезмерно упрощает ситуацию.

Правильнее сказать иначе: обе страны получили доступ к одной чрезвычайно перспективной германской конструкторской школе, но германская промышленность смогла довести её разработки до массового технологичного оружия значительно быстрее советской.

4-К: катастрофа в калибре 37 миллиметров

Если судьба 20-мм 2-К была неудачной, то история её 37-мм современницы оказалась практически разгромной.

Система была принята как 37-мм автоматическая зенитная пушка образца 1930 года и получила заводской индекс 4-К.

Это уже было гораздо более мощное оружие, способное сформировать основу войсковой противовоздушной обороны. Именно калибр порядка 37–40 мм впоследствии оказался одним из наиболее удачных для автоматических зенитных пушек Второй мировой.

Но промышленность не смогла освоить 4-К даже в тех небольших количествах, которые удалось получить для 2-К.

ТТХ 37-мм автоматической зенитной пушки обр. 1930 г. 4-К

• Калибр: 37 мм
• Тип: автоматическая зенитная пушка
• Лафет: трёхстанинный
• Ход: съёмный двухколёсный
• Горизонтальный обстрел: круговой
• Питание: обойменное
• Принцип работы автоматики: использование энергии отката

Здесь даже статистика производства отражает царивший хаос. В разных источниках встречаются данные о трёх либо шести изготовленных пушках. По сведениям, приводимым в истории системы, в 1931 году были предъявлены три экземпляра, а в 1932-м при плане 25 пушек — ещё три; другие данные утверждают, что в 1932 году завод вообще ничего не сдал. Главное остаётся неизменным: ни одной серийной 4-К военная приёмка фактически не приняла для нормального вооружения частей РККА.

37-мм автоматическая зенитная пушка обр. 1930 г. 4-К — один из наиболее редких советских артиллерийских образцов межвоенного периода

РККА осталась практически без «середины»

И вот здесь неудача программы начала 1930-х приобрела стратегическое значение.

Тяжёлая зенитная артиллерия в СССР развивалась гораздо успешнее. Были освоены 76-мм системы, а перед войной появился великолепный для своего времени 85-мм зенитный комплекс.

Но тяжёлая зенитка решала другую задачу. Она не могла в необходимых количествах двигаться непосредственно вместе с батальонами, полками, танковыми и артиллерийскими колоннами.

Пехоте требовалось оружие, способное за считаные секунды открыть плотный огонь по самолёту, внезапно появившемуся на малой высоте.

Именно здесь и требовались 20–40-мм автоматы.

Поэтому неудача 2-К и 4-К означала не просто потерю двух конкретных образцов вооружения. СССР потерял несколько лет, в течение которых можно было накопить производственный опыт, создать подготовленные кадры, отработать технологические процессы и насытить войска тысячами малокалиберных зениток.

Пришлось фактически начинать заново.

Шведский путь: на сцене появляется Bofors

Выход в итоге нашли не в возвращении к 2-К или 4-К.

В середине 1930-х советские специалисты познакомились с продукцией шведской Bofors. Советский ВМФ приобрёл некоторое количество 25-мм автоматов Bofors образца 1933 года, а накопленный опыт впоследствии использовали при создании нового поколения отечественных зенитных систем. (Википедия)

На заводе №8 в конце 1937 года изготовили опытную 45-мм автоматическую зенитную пушку ЗИК-45, позднее получившую индекс 49-К. В документах Артиллерийского управления её прямо называли пушкой завода №8 «типа Бофорс».

45-мм автоматическую зенитную пушку 49-К

Орудие получилось работоспособным.

Но теперь возникла другая проблема: армейское руководство сочло 45-мм калибр избыточным для войскового зенитного автомата. Пушка выходила слишком тяжёлой, а боеприпасы — крупными.

Поэтому в январе 1938 года КБ завода №8 получило задание создать уменьшенную 37-мм систему.

Так родилась знаменитая 61-К.

61-К: наконец получилось

Работы велись под руководством главного конструктора завода №8 Михаила Логинова. В создании системы участвовали И. А. Лямин, Л. В. Люльев и другие специалисты предприятия.

Опытный ЗИК-37 вышел на испытания уже в октябре 1938 года, а в 1939-м систему приняли на вооружение под названием 37-мм автоматическая зенитная пушка образца 1939 года, заводской индекс 61-К. (Музей Победы)

Это было именно то оружие, которое Красная Армия пыталась получить почти десятилетие.

ТТХ 37-мм автоматической зенитной пушки обр. 1939 г. 61-К

• Калибр: 37 мм
• Масса в боевом положении: около 2100 кг
• Начальная скорость снаряда: около 880 м/с
• Темп стрельбы: до 160–180 выстр./мин
• Практическая скорострельность: около 60 выстр./мин
• Питание: обоймы по 5 выстрелов
• Горизонтальный обстрел: 360°
• Максимальная баллистическая высота: около 6500 м
• Расчёт: 7–8 человек

В 1940 году провели сравнительные испытания 61-К и 40-мм Bofors. Существенного превосходства одной системы над другой выявить не удалось — для советской промышленности это был важнейший показатель достигнутого уровня. (Википедия)

37-мм автоматическая зенитная пушка обр. 1939 г. 61-К

Но хорошая пушка появилась слишком поздно

И здесь история совершила жестокий поворот.

СССР наконец получил вполне современный зенитный автомат, однако до начала большой войны оставалось слишком мало времени, чтобы насытить им многомиллионную армию.

В 1940 году было изготовлено 544 орудия 61-К при плане 900. На 1941 год первоначальный заказ составлял уже 1700 пушек. В первом полугодии изготовили 826 систем. После начала войны производство резко увеличили, и за весь 1941 год коломенский завод №4 выпустил 2153 пушки, ещё 76 удалось собрать после эвакуации предприятия в Красноярск. (Википедия)

То есть проблема постепенно решалась.

Но решалась она буквально в тот момент, когда началась война.

На 1 января 1941 года обеспеченность Красной Армии 37-мм зенитными пушками оценивалась всего примерно в 19 процентов от тогдашней расчётной потребности. (Soldat)

Даже последующие поставки не могли мгновенно исправить положение.

А противник ждать не собирался.

Цена потерянных лет

Не следует сводить успехи Люфтваффе летом 1941 года исключительно к нехватке малокалиберных зениток. Причины катастроф первых месяцев войны были гораздо сложнее: огромные потери советской авиации, разрушение управления, отступление, окружения, потеря складов и аэродромов, недостаток радиосвязи, слабая организация взаимодействия между родами войск.

Но дефицит автоматической войсковой ПВО объективно усугублял положение.

Особенно уязвимыми становились маршевые колонны, артиллерия на открытых позициях, переправы и части, не имевшие истребительного прикрытия. Советские документы и послевоенные исследования прямо отмечают недостаток зенитного вооружения сухопутных соединений в начале войны. (История)

Если бы промышленность смогла успешно освоить 2-К и особенно 4-К ещё в первой половине 1930-х, к 1941 году СССР теоретически мог располагать не сотнями, а многими тысячами малокалиберных автоматов.

Но это именно контрфактическая возможность. Нельзя просто взять план выпуска и предположить, что каждая предусмотренная им пушка обязательно появилась бы в войсках. Потребовались бы дополнительные производственные мощности, боеприпасы, тягачи, расчёты, приборы наблюдения и огромная система подготовки личного состава.

Тем не менее упущенное время было вполне реальным.

Были ли 2-К и 4-К действительно «слишком сложными»?

Да — но с существенной оговоркой.

Они были слишком сложными не вообще, а для конкретных производственных возможностей советской промышленности начала 1930-х годов.

Через несколько лет тот же завод №8 смог разработать и подготовить к производству гораздо более совершенную 61-К. Значит, дело было не в принципиальной неспособности СССР производить автоматическую артиллерию.

За прошедшие годы изменилась сама промышленность.

Появилось больше квалифицированных рабочих и инженеров. Совершенствовались станочный парк, инструментальное хозяйство и технологии обработки металлов. Накапливался опыт изготовления полуавтоматических и автоматических систем. Формировалась собственная конструкторская школа.

Поэтому история 2-К и 4-К одновременно является историей взросления советской оборонной промышленности.

В 1932 году завод получал передовую иностранную конструкцию и не мог превратить её в массовое изделие.

В 1938 году тот же промышленный комплекс уже мог взять хорошо зарекомендовавшую себя зарубежную техническую концепцию, переработать её под собственные требования и получить оружие мирового уровня.

Разница — всего несколько лет.

Но именно этих нескольких лет летом 1941-го Красной Армии и не хватило.

Ирония истории

Особенно символично, что Германия за это время прошла собственную эволюцию малокалиберной ПВО.

20-мм линия Rheinmetall/Solothurn привела к Flak 30, а затем к значительно более скорострельной Flak 38. В 37-мм классе появилась Flak 18, которую довольно быстро сменила облегчённая Flak 36, а затем Flak 37. Немецкая армия получила многочисленное семейство буксируемых и самоходных малокалиберных зенитных установок. (Википедия)

Но здесь снова важно не повторять распространённую ошибку исходного материала: советские 2-К и 4-К не следует буквально отождествлять с серийными германскими Flak 30 и Flak 18. Это родственные продукты одной технологической и конструкторской традиции, но германские системы продолжали развиваться после передачи СССР документации начала 1930-х.

И от этого ситуация выглядит даже драматичнее.

В начале десятилетия Советский Союз получил доступ к технологиям, находившимся практически на переднем крае мировой зенитной артиллерии. Однако воспользоваться этим преимуществом сразу не смог.

От трёх принятых пушек до десятков тысяч

В конечном счёте эту технологическую гонку Советский Союз всё-таки выиграл.

61-К стала одной из важнейших советских зенитных систем Великой Отечественной войны. Только полевых 37-мм пушек этого типа в 1940–1945 годах изготовили около 19,7 тысячи, не считая родственных корабельных систем и послевоенного выпуска. (Википедия)

На основе накопленного опыта создавались новые установки, включая спаренную В-47 и самоходную ЗСУ-37. Родственная 25-мм 72-К заняла более лёгкую нишу.

Рекомендуемая фотография: сохранившаяся 37-мм 61-К в музейной экспозиции. Она позволяет подробно рассмотреть механизмы наведения, автомат и четырёхколёсную платформу.

Таким образом, трагедия начала 1930-х состояла не в том, что советские инженеры выбрали заведомо плохие зарубежные образцы. Скорее наоборот: они получили слишком современные для тогдашних возможностей массового производства системы.

20-мм 2-К удалось изготовить лишь небольшой серией.

37-мм 4-К практически вообще не вышла из стадии единичного производства.

Следующие проекты потребовали новых заимствований, новых экспериментов и ещё нескольких лет работы.

А когда наконец появилась действительно удачная 37-мм 61-К, календарь показывал уже 1939 год.

До 22 июня оставалось меньше двух лет.

И потому утром первого дня Великой Отечественной войны расчётным тысячам необходимых малокалиберных зенитных автоматов Красная Армия могла противопоставить лишь небольшую часть требуемого количества.

Пушки в конце концов научились делать.

Но время, потерянное на освоении первого поколения автоматических зениток, вернуть было уже невозможно.

Использованные источники:

А. Иванов. «Артиллерия СССР во Второй мировой войне». — СПб.: Издательский дом «Нева», 2003. Библиографические сведения об издании подтверждаются каталогом ГПНТБ России. (ГПНТБ России)

А. Б. Широкорад. «Энциклопедия отечественной артиллерии», а также материалы автора по истории германской и советской зенитной артиллерии. Данные о соглашении с Rheinmetall/БЮТАСТ, производстве 2-К и организации выпуска на заводе №8 сопоставлены с опубликованными материалами. (tech.wikireading.ru)

Исходный материал «Какие иностранные орудия подвели Красную Армию в 1941 году» — «Русская семёрка» — использован как отправная точка статьи; содержащиеся в нём утверждения о тождестве советских и позднейших германских зениток уточнены по дополнительным источникам. (Русская семерка)

Сборник документов «1941 год. В двух книгах» — данные мобилизационной потребности и наличия вооружения на начало 1941 года. (Православный портал «Азбука веры»)

Материалы о мобилизационной обеспеченности Красной Армии — сведения о наличии 544 37-мм зенитных пушек на 1 января 1941 года и примерно 19-процентной обеспеченности ими. (Soldat)

Музей Победы — история 37-мм автоматической зенитной пушки 61-К — сведения о разработке ЗИК-45/49-К и создании 61-К.

Материалы по истории 2-cm Flak 30 и 3,7-cm Flak 18 — использованы для уточнения связи германских серийных систем с ранними разработками Rheinmetall/Solothurn и советскими лицензионными автоматами. (Википедия)

Данные о серийном выпуске 61-К в 1940–1945 годах, включая производство до и после эвакуации завода №4. (Википедия)