Наполеон отменяет марш на Москву: альтернативная история Мира. Часть XXIII. Война без победителей (1835)
К началу 1835 года и в Вашингтоне, и в Роли всё ещё надеялись на победу.
На Севере верили, что превосходство в населении и промышленности рано или поздно сломит Конфедерацию. На Юге были убеждены, что одна крупная победа заставит противника признать независимость южных штатов.
Обе стороны ошибались.
Гражданская война вступала в новую фазу — фазу истощения.
Содержание:
Армии становятся народными
Зима 1834–1835 годов прошла под знаком мобилизации.
Главнокомандующий армией Союза Стивен Кирни всё настойчивее требовал увеличить численность войск.
— Мы должны иметь как минимум вдвое больше солдат, чем Конфедерация, — убеждал он администрацию Уэбстера.
С математической точки зрения это выглядело вполне реалистично. Белое население Союза почти втрое превосходило население южных штатов.
Но цифры на бумаге и реальность войны редко совпадают.
Президент Дэниел Уэбстер опасался другого.
Каждый новый призыв означал тысячи мужчин, оторванных от хозяйств, мастерских и фабрик. Каждый новый набор означал рост недовольства среди населения.
После долгих колебаний 12 января 1835 года президент подписал компромиссный указ.
Федеральная власть пока не вводила всеобщий призыв.
Однако штатам разрешалось резко расширить набор в свои милиции, которые затем пополняли армию Союза.
Фактически это был первый шаг к массовой мобилизации.
На Юге новость вызвала настоящую тревогу.
Конфедерация и без того уступала противнику в людских ресурсах. Теперь же возникла опасность, что Север просто задавит её числом.
В Роли заговорили о необходимости создания собственной народной армии.
Одни ссылались на французскую levée en masse времён революции.
Другие предпочитали вспоминать Рим времён Ганнибала.
Но между красивыми историческими примерами и реальной организацией армии лежала огромная пропасть.
Наступление Кэлхуна
Весной руководство Конфедерации решило вновь попытаться переломить ход войны.
Инициатором выступил сам президент Джон Кэлхун.
7 мая около пятнадцати тысяч южан начали наступление в Виргинии.
План выглядел рискованным с самого начала.
Конфедераты атаковали противника, который превосходил их почти вдвое.
Результат оказался предсказуемым.
Контрудар генерала Джона Вула буквально смял левый фланг южан.
Через несколько недель северяне оказались западнее Калпепера и получили шанс окружить значительную часть армии Конфедерации.
Однако здесь сказалась старая болезнь армии Союза.
Командование действовало слишком осторожно.
Пока генералы спорили, а приказы шли из Вашингтона на фронт и обратно, противник успел отступить.
К моменту возобновления преследования южане уже создали новую линию обороны.
Дорога на Ричмонд
Летом 1835 года Белый дом решил поставить на карту всё.
Президент Уэбстер мечтал закончить войну одним мощным ударом.
Армия Союза получила приказ двигаться вглубь Конфедерации и угрожать самому Ричмонду.
Поначалу всё складывалось успешно.
10 июня северяне вошли в Шарлотсвилл.
Но чем дальше они продвигались на юг, тем хуже становилось положение армии.
Жара.
Болезни.
Проблемы со снабжением.
Разбитые дороги.
С каждым километром войска теряли людей быстрее, чем в бою.
Тем временем Конфедерация наконец провела давно обсуждавшуюся мобилизацию.
К июлю в южные армии начали прибывать десятки тысяч новобранцев.
9 июля попытка окружить Ричмонд завершилась тяжёлым поражением.
Уинфилд Скотт сумел организовать оборону.
Армия Союза была отброшена.
Кирни приказал отступать.
Вашингтон впервые столкнулся с неприятной истиной: численное превосходство само по себе не гарантирует победу.
Миссури и война на Миссисипи
Пока основные армии дрались в Виргинии, на западе война принимала совсем иной характер.
Миссури и Арканзас превратились в территорию бесконечных рейдов.
Небольшие армии маневрировали вдоль границы, занимая города и вскоре теряя их вновь.
Здесь не было громких побед.
Только постоянная борьба за дороги, склады и речные переправы.
Особое значение приобрела Миссисипи.
Север и Юг начали строить речные флотилии из вооружённых пароходов.
На великой реке разворачивалась собственная маленькая война.
Ни одна сторона не могла добиться решающего преимущества.
Мексиканская карта
Летом 1835 года возникла новая опасность.
В Ричмонде всё чаще смотрели не на север, а на юго-запад.
Конфедерация начала сближение с Королевством Мексика, входившим в Конфедерацию Испанидад.
По лагерям северян поползли слухи.
Говорили о британском оружии.
О поставках через мексиканскую территорию.
О тайных переговорах.
На практике речь шла прежде всего о дипломатии.
Мексиканцы хотели гарантий неприкосновенности своих границ.
Южане искали союзников.
Британцы официально держались в стороне.
Но в Вашингтоне всё чаще подозревали, что Лондон вовсе не против существования двух Америк вместо одной.
Такие мысли только усиливали тревогу.
Война, которую никто не может закончить
К осени 1835 года обе стороны столкнулись с одинаковым выводом.
Планы Вашингтона провалились.
Планы Роли тоже.
Север не смог уничтожить Конфедерацию.
Юг не смог добиться признания независимости.
Обе армии превратились в массовые армии европейского образца.
Обе страдали от дезертирства.
Обе требовали всё новых людей и денег.
Гражданская война переставала быть борьбой за несколько штатов или за спорную границу.
Она превращалась в испытание на выносливость.
Именно тогда в Вашингтоне и Роли начали задавать новый вопрос.
Не как выиграть войну.
А как пережить её.
