Глазами фронтовиков: Пулеметы времен ВОВ. Часть 2. От «Максима» к Горюнову
6
Для поколений советских школьников, выросших на фильмах о Гражданской и Великой Отечественной войнах, синонимом фразы «наш пулемет» был станковый «Максим». На колесном станке Соколова, с характерным бронещитком и кожухом водяного охлаждения, этот образ встречался повсюду — от игрушечных тачанок до почтовых марок. Примечательно, что подобное «долгожительство» было не уникальным явлением: британский вариант «Максима» (Vickers Machine Gun) состоял на вооружении до 1968 года, а в доминионах Британской империи его сняли еще позже.
Однако Великая Отечественная война стала жестким экзаменом для легендарной конструкции. Несмотря на то, что в умелых руках «Максим» оставался грозным оружием (расчеты обучались стрельбе с закрытых позиций по невидимым целям, как артиллеристы, а некоторые экземпляры оснащались оптикой), для условий маневренной войны он оказался слишком тяжелым и сложным. Ниже мы разбираем эволюцию станковых пулеметов через призму реальных отзывов бойцов.
«Максим»: Мощь в обороне, обуза в наступлении
Главной проблемой «Максима» стал его вес и сложность обслуживания. Теоретически колесный станок позволял перекатывать пулемет силами одного человека, но на практике в грязи, снегу или при быстром продвижении пехоты это было невозможно. Пулемет приходилось разбирать и носить на себе, из-за чего он часто отставал от наступающих цепей.
Фронтовики оставляли предельно честные, порой жесткие оценки:
«Тяжел и неудобен в транспортировке, очень сложный механизм, который имеет много случаев задержек».
«В системе «максим» имеют место частые задержки: намотка сальников требует большой натренированности бойца, быстрое загрязнение затвора от неполного сгорания пороха, что ведет к частому поперечному разрыву гильз».
«Сама конструкция сложная, поэтому подготовка пулеметчиков требует много времени».
Немцы прекрасно понимали ценность станковых пулеметов и приоритетно подавляли их огнем, поэтому «быстрый выход из строя» расчетов был обычной реальностью до самого конца войны. Когда штатный станок использовать не удавалось, бойцы шли на импровизации, достойные голливудских постановок:
«Огонь без станка практиковался и велся с бруствера, с кочки, с поваленного дерева и т.д.»
«Без станка стрельба велась, тело ставилось на бруствер, пенек, доску, забор и пр.»
Но такие подвиги были исключением. В массе своей «Максим» воспринимался как оружие позиционной войны:
«Станковый пулемет системы Максим замечательное автоматическое оружие… является грозным оружием при использовании его в оборонительном бою. Далеко лучше использовать станковый пулемет «Максим» в ДОТ и ДЗОТ, чем в открытом наступательном бою».
«В условиях безостановочного продвижения пехоты, большей частью не используется полностью, ввиду своей громоздкости и веса, обычно останавливает продвижение пехоты».
Многие бойцы прямо указывали на необходимость замены станка Соколова на более легкую треногу, аналогичную той, что использовалась на пулемете ДС.
Проклятие водяного охлаждения и матерчатой ленты
Даже достоинства «Максима» в полевых условиях превращались в недостатки. Водяное охлаждение позволяло вести длительный огонь, но делало систему уязвимой. Расширенная горловина кожуха, появившаяся после опыта финской войны для засыпания снега и льда, решала проблему лишь частично.
«Жидкое охлаждение часто приводит пулемет к бездействию или выходу из строя (незначительная пробоина кожуха выводит пулемет из строя, отсутствие жидкости зимой для заливки кожуха приводит пулемет к бездействию)».
«Охлаждение ствола связано на поле боя с большими трудностями».
«Недостатком является также водяное охлаждение, потому что в условиях жаркого лета и степи трудно доставать воды».
Но главные проклятья пулеметчиков заслужила матерчатая лента. Она была надежной в идеальных условиях, но на фронте становилась источником постоянных проблем:
«Матерчатая лента дает частые перекосы патронов».
«Матерчатая лента, особенно в дождь и снег, затрудняет набивку патронов».
«Большое неудобство создает наличие водяного охлаждения, особенно в условиях зимнего времени, и наличие парусовой [так в документе] ленты».
Бойцы мечтали о металлической ленте: «Пулемет Максима — незаменимое грозное оружие пехоты… брезентовую ленту заменить металлической емкостью на 500 патронов».
СГ-43: «Максим» без недостатков
Проблемы станкового «Максима» были очевидны еще до войны. Попытка создать замену — пулемет ДС (Дегтярева станковый) 1939 года — оказалась неудачной, и его быстро сняли с производства. Работа над новым «станкачом» стала одним из приоритетов ГАУ КА, и лишь к 1943 году фронт получил результат: СГ-43 системы Петра Горюнова.
Отзывы о новом пулемете были единодушными и сводились к одной мысли: это тот же «Максим», но лишенный всех его врожденных пороков.
«Станковый пулемет системы Горюнова является более легким, простым и удобным, чем станковый пулемет «Максим». Он почти на 30 кг легче, и что самое ценное — имеет быстро и удобно сменяющийся ствол».
«Пулемет Горюнова более живуч в строю, чем «Максим», который выходит из строя при небольшом повреждении кожуха. Преимущества также в металлической ленте: легко снаряжается, удобна и избавлена от разбухания».
«Удобен в передвижении без наличия транспорта, легкий по весу, не требует охлаждающей жидкости… При наличии малого количества расчета пулемет Горюнова с успехом обслуживают два человека и он продолжает оставаться в боевых порядках пехоты при наступлении. Этого не всегда удается достигнуть с пулеметом «Максим»».
Единственным замечанием фронтовиков была потребность в увеличении запаса сменных стволов и улучшении ручки переноски, но в целом СГ-43 стал тем оружием, которого ждала пехота: легким, надежным и приспособленным к маневренному бою.
Эпилог: Почему не единый пулемет?
Стоит отметить, что уже в годы войны в СССР испытывались варианты универсальных пулеметов с ленточным питанием, способных стрелять как с сошек (в ручном варианте), так и со станка. Сам СГ-43 появился не «с нуля», а в результате развития ручного пулемета ГВГ, разработки которого велись еще до начала войны. Однако время единого пулемета для Красной Армии тогда еще не пришло — эта ниша будет заполнена лишь в послевоенные годы. А пока СГ-43 честно служил фронту, завершив эпоху водяного охлаждения и матерчатых лент, которую открыл «Максим» полвека назад.
