Мы привыкли думать, что Рюриковичи правили Русью безраздельно. Пришли варяги, сели на княжение – и на шесть веков установили свою власть. Но так ли это было на самом деле?
На пути к господству династия столкнулась с противниками, которые вполне могли изменить ход истории. Местные князья, племенные вожди, целые народы – они не собирались уступать без борьбы. И порой ставки в этой игре были куда выше, чем просто дань или территория. Речь шла о том, кто будет править всей восточнославянской землёй.
Так кто же бросал вызов Рюриковичам? И почему мы так мало о них знаем?
Рюриковичи мы
Первыми соперниками стали те, кого Рюриковичи застали в Киеве.
Когда в 882 году Олег спустился с дружиной по Днепру, город уже имел своих правителей – Аскольда и Дира. Кем они были на самом деле, летописцы спорили уже тогда. Повесть временных лет называет их боярами Рюрика, которые отпросились в поход на Царьград, да так и осели в Киеве.
Но ряд историков полагает, что Аскольд и Дир могли принадлежать к местной полянской знати или быть самостоятельными варяжскими вождями, не связанными с Рюриком.
Так или иначе, они правили Киевом. Ходили в походы на Византию. Крестились, если верить некоторым источникам. Город при них рос и богател.
А потом пришёл Олег.
Летопись описывает сцену коротко и жёстко. Олег спрятал воинов в ладьях, а сам представился купцом. Когда Аскольд и Дир вышли к пристани, он показал им маленького Игоря – сына Рюрика.
– Вы не князья и не княжеского рода, – сказал Олег. – А вот он – сын Рюрика.
Аскольд и Дир были убиты. Олег сел в Киеве и произнёс знаменитую фразу: ‘Се буди мати градом русьским’.
Так первая альтернатива Рюриковичам была уничтожена. Но далеко не последняя.
Самый дерзкий вызов бросили древляне. И бросили его в тот момент, когда Рюриковичи казались наиболее уязвимыми.
В 945 году князь Игорь отправился к древлянам за данью. Собрал положенное. Но на обратном пути развернул дружину и пошёл за данью повторно – ‘желая большего богатства’, как пишет летописец.
Древлянский князь Мал собрал совет.
– Если повадится волк к овцам, то вынесет всё стадо, пока не убьют его, – решили древляне.
Игорь был убит. И вот тут произошло то, что отличает обычный мятеж от настоящей политической игры. Мал не просто убил чужого князя. Он отправил послов к вдове Игоря – княгине Ольге – с предложением выйти за него замуж.
Двадцать человек прибыли в Киев на ладье. Мал хотел стать мужем киевской княгини. А значит – отцом наследников. Но за этим сватовством стояла не романтика. Древлянский князь претендовал на Киев. Если бы Ольга согласилась, династия Рюриковичей могла прерваться. Малолетний Святослав – сын Игоря – вряд ли удержал бы власть при чужом отчиме.
Мал замахнулся на нечто большее, чем просто свобода от дани. Он хотел сменить одну династию на другую.
Но Ольга ответила иначе.
Месть княгини вошла в летописи как одна из самых продуманных расправ в русской истории. Первых послов закопали живьём в ладье. Вторых сожгли в бане. Затем Ольга явилась к древлянам на тризну по Игорю – и её дружинники перебили древлянскую знать. Наконец, Искоростень, столицу древлян, сожгли при помощи птиц, к лапам которых привязали горящий трут.
Древлянская альтернатива была уничтожена с показательной жестокостью. Ольга дала понять всем: за попытку оспорить власть Рюриковичей платят кровью.
А на западных рубежах в это время поднималась ещё одна сила.
Полоцкое княжество стояло особняком. Там правил Рогволод – князь, пришедший, по летописи, ‘из-за моря’. Он не подчинялся Киеву. Имел собственную дружину. Контролировал торговые пути по Западной Двине.
Рогволод не был Рюриковичем. Одни историки считают его потомком отдельной варяжской династии. Другие полагают, что он мог происходить из местной кривичской знати. Так или иначе, Полоцк при нём был самостоятельным государством.
Конфликт разгорелся из-за его дочери Рогнеды.
Около 980 года молодой новгородский князь Владимир Святославич прислал к Рогволоду сватов. Рогнеда отказала. Летопись сохранила её слова:
– Не хочу разуть робичича!
‘Робичич’ – сын рабыни. Мать Владимира, Малуша, была ключницей княгини Ольги. По меркам того времени – оскорбление, которое невозможно простить.
Владимир пришёл с войском. Полоцк был взят. Рогволод убит. Рогнеда стала женой Владимира силой.
Полоцкая династия прервалась. Но не совсем. Сын Владимира и Рогнеды – Изяслав – получил Полоцк в удел. Его потомки, Изяславичи полоцкие, веками помнили о своём происхождении. И веками враждовали с остальными Рюриковичами. Полоцк оставался самым непокорным княжеством на Руси. Кровь Рогволода давала о себе знать.
Но, пожалуй, дольше всех сопротивлялись те, о ком летописи говорят меньше всего.
Вятичи. Племенной союз в лесах между Окой и верхним Доном. Они не признавали киевских князей ни при Святославе, ни при Владимире, ни при Ярославе Мудром. Ещё в конце XI века – больше чем через двести лет после призвания варягов – вятичский вождь Ходота поднял восстание против черниговского князя.
Двести лет. Столько времени понадобилось Рюриковичам, чтобы окончательно подчинить один-единственный племенной союз.
Вятичи не строили каменных крепостей. Не чеканили монету. Не оставили после себя летописей. Но они держались за свою свободу с упорством, которое заслуживает отдельного разговора. Монах Кукша, отправившийся крестить вятичей в XII веке, был ими убит. Вятичские земли христианизировались последними на Руси.
Это было не политическое соперничество, как у Аскольда или Рогволода. И не династическая игра, как у Мала. Это было глухое, упорное сопротивление целого народа, который просто не хотел никому подчиняться.
Почему же Рюриковичи победили?
Не потому, что были сильнее всех по отдельности. Аскольд контролировал богатейший город на Днепре. Мал едва не перехватил киевский престол. Рогволод держал стратегические торговые пути. Вятичи были неуловимы в своих лесах.
Но Рюриковичи действовали как система. Каждый соперник был местным – привязанным к одному городу, одному племени, одному куску земли. А Рюриковичи выстраивали сеть: Новгород, Киев, Смоленск, Чернигов. Они сажали своих сыновей в ключевых городах. Они женились на дочерях побеждённых. Они превращали врагов в родственников.
Мал был убит, но его потомки, возможно, влились в киевскую знать. Рогнеда стала матерью полоцких князей. Даже вятичей в конце концов не уничтожили – они растворились в составе Черниговского и Рязанского княжеств.
Рюриковичи не столько побеждали соперников, сколько поглощали их. И именно это сделало их династию непобедимой – на шесть столетий.
А если бы Ольга приняла предложение Мала? Если бы Рогнеда не оскорбила Владимира? Если бы вятичи объединились с древлянами?
Источник — https://dzen.ru/a/aldan4IJGzJf-IXY
