Ещё совсем недавно положение России на мировом рынке вооружений казалось почти незыблемым. В течение многих лет она занимала второе место после США, российские самолёты, вертолёты, системы ПВО, бронетехника и ракеты продавались от Индии и Китая до Алжира, Египта и стран Юго-Восточной Азии. Даже когда отдельные контракты срывались, сама система выглядела устойчивой: огромная советская клиентская база, сравнительно привлекательные цены, возможность поставлять вооружение странам, которым западная техника была недоступна, и десятилетиями выстроенные связи.
В 2016–2020 годах на Россию приходилось около 21% мирового экспорта основных вооружений. В 2021–2025 годах — уже 6,8%. Физический объём поставок, по расчётам Стокгольмского института исследования проблем мира SIPRI, сократился между этими пятилетками на 64%. Более того, среди десяти крупнейших экспортёров оружия Россия оказалась единственной страной, у которой экспорт в этот период уменьшился. Никогда за время существования Российской Федерации — и даже СССР в доступной статистике SIPRI с 1950 года — её доля за сопоставимый пятилетний период не опускалась настолько низко.
Но почти одновременно из Москвы приходит совершенно другая статистика. Российские власти заявили, что в 2025 году экспорт вооружений принёс стране более 15 млрд долларов, а «Рособоронэкспорт» говорит о портфеле заказов более чем на 60 млрд долларов. Более того, в сентябре 2026 года компания сообщила о новых экспортных контрактах более чем на 13 млрд долларов только за первое полугодие. На первый взгляд перед нами две совершенно несовместимые картины: либо российский оружейный экспорт переживает исторический обвал, либо он снова получает заказы на десятки миллиардов долларов.
На самом деле противоречие не такое простое. И если разобраться в цифрах, становится видно не только, что произошло с российским оружейным экспортом, но и почему проблемы начались значительно раньше 2022 года.
Россия действительно была оружейной сверхдержавой
Российский оружейный экспорт вырос не на пустом месте. После тяжёлых для оборонной промышленности 1990-х экспортные заказы фактически стали одним из способов сохранить целые конструкторские школы и предприятия. Особенно важными оказались Индия и Китай. Они покупали истребители семейства Су-27/Су-30, авиационные двигатели, системы ПВО, корабли, вертолёты и множество других систем, одновременно финансируя дальнейшее развитие российского военно-промышленного комплекса.
К 2000–2010-м годам сформировалась достаточно удобная модель. США занимали огромную верхнюю часть мирового рынка, Россия уверенно находилась следом, а остальные поставщики заметно отставали. Ещё в 2016–2020 годах американцы контролировали примерно 37% международных поставок основных вооружений, Россия — около 20–21%, Франция — всего 8,2%, Германия — 5,5%, Китай — 5,2%. Иными словами, российский экспорт был примерно в два с половиной раза больше французского.
Однако уже тогда внутри благополучной картины появилась проблема.
Российские поставки в 2016–2020 годах были на 22% меньше, чем в предыдущую пятилетку. SIPRI подсчитал, что примерно 90% этого падения объяснялось сокращением российского экспорта в одну страну — Индию. Одновременно Москва увеличивала поставки Китаю, Алжиру и Египту, но полностью компенсировать потерю индийских заказов они уже не могли.
Это принципиально важная точка во всей истории.
Российский оружейный экспорт начал терять позиции не в 2022 году. Он начал терять их раньше.
Индия начала уходить
Десятилетиями Индия была почти идеальным покупателем для советского, а затем российского военно-промышленного комплекса. Индийские вооружённые силы использовали огромное количество советской техники, поэтому закупка новых российских систем позволяла сохранять уже существующую инфраструктуру, обучение, ремонт и снабжение.
Но постепенно Нью-Дели начал сознательно диверсифицировать поставщиков.
Изменение видно почти идеально. В 2011–2015 годах Россия обеспечивала около 70% индийского импорта основных вооружений. В 2016–2020 годах её доля снизилась до 51%. В 2021–2025 годах — уже до 40%. Россия пока остаётся крупнейшим поставщиком вооружений Индии, однако её прежняя почти монопольная позиция исчезла. Второе место теперь занимает Франция с 29%, третье — Израиль с 15%.
И особенно показательно, кто оказался главным выгодоприобретателем этих изменений.
Франция.
Индия закупила французские истребители Rafale, подводные лодки семейства Scorpène и другое вооружение. В результате Индия одновременно остаётся крупнейшим клиентом России и стала крупнейшим клиентом французской оборонной промышленности: на неё пришлось 24% французского оружейного экспорта в 2021–2025 годах.
То есть Франция не просто обогнала Россию в мировом рейтинге. Она активно вошла на рынок, который десятилетиями был фундаментом российского второго места.
А Китай перестал нуждаться в российском оружии так, как раньше
С Китаем произошла другая история.
В 1990-е и начале 2000-х Россия обладала тем, чего быстро растущая китайская оборонная промышленность ещё не могла производить самостоятельно. Китай покупал российские истребители, авиационные двигатели, системы ПВО, корабельные технологии и другие сложные системы.
Но смысл этих закупок постепенно изменился. Китайская промышленность научилась производить всё больше вооружений самостоятельно.
В результате китайский импорт основных вооружений между 2016–2020 и 2021–2025 годами сократился сразу на 72%. SIPRI напрямую связывает это с расширением возможностей собственной китайской оборонной промышленности.
Для России это неприятная структурная проблема. Китай не обязательно заменяет российского поставщика американским или французским. Он заменяет российское оружие китайским.
Получается любопытная ситуация. Два клиента, на которых во многом держался российский экспортный успех, начали сокращать зависимость от Москвы совершенно разными способами. Индия диверсифицирует импорт и покупает всё больше западного оружия, одновременно развивая собственное производство. Китай всё больше способен обеспечить себя сам.
Именно поэтому падение началось ещё до 2022 года.
А потом произошёл настоящий обвал
Если посмотреть на отдельные годы, картина становится ещё нагляднее. SIPRI отмечает, что уже 2020 и 2021 годы оказались для российского экспорта необычно слабыми: объём поставок был на 22–73% ниже любого годового уровня, наблюдавшегося в 2000–2019 годах.
После 2022 года к старым проблемам добавились новые.
SIPRI выделяет сразу несколько факторов: приоритет производства вооружений для собственных вооружённых сил, санкционные ограничения, затрудняющие производство и международные расчёты, а также политическое давление США и их союзников на потенциальных покупателей российского оружия. В 2024 году объём российских поставок оставался примерно на уровне 2023-го и был на 47% ниже уровня 2022 года.
Изменилось даже количество покупателей.
В 2019 году Россия поставляла основные вооружения 31 государству. В 2023-м — только 12. Если брать более длинный период 2021–2025 годов, российское оружие получили 30 государств и один негосударственный субъект, но эта цифра несколько скрывает другую проблему: экспорт стал чрезвычайно концентрированным.
Три страны обеспечили 74% всех российских поставок.
Индия — 48%.
Китай — 13%.
Беларусь — 13%.
То есть почти три четверти экспорта зависят всего от трёх направлений, причём два крупнейших коммерческих клиента одновременно уменьшают зависимость от российского вооружения.
Вот это, пожалуй, значительно важнее самого падения с 21 до 6,8%.
Освободившийся рынок не остался пустым
Можно было бы предположить, что мировой рынок оружия в целом сократился и Россия просто оказалась жертвой общей тенденции. Произошло противоположное.
Объём международных поставок основных вооружений в 2021–2025 годах увеличился на 9,2% относительно предыдущей пятилетки и достиг максимального уровня после окончания холодной войны.
То есть пирог стал больше, а российский кусок — значительно меньше.
США увеличили экспорт на 27% и теперь контролируют около 42% мировых поставок. Франция увеличила экспорт ещё на 21% и вышла на 9,8% мирового рынка. Германия выросла на 15% и получила 5,7%. Особенно впечатляет Италия: её экспорт между двумя пятилетками увеличился на 157%, что вывело страну на шестое место.
Ещё показательнее совокупная картина. Страны Европейского союза увеличили экспорт на 36% и в 2021–2025 годах обеспечили примерно 28% мировых поставок основных вооружений — в четыре раза больше российского объёма.
Поэтому говорить только о «падении российского экспорта» недостаточно. Одновременно происходит перераспределение рынка.
Россия потеряла второе место, которое теперь занимает Франция. США ещё сильнее оторвались от остальных поставщиков. Европейские производители расширили экспорт. Южная Корея превратилась в заметного игрока. А Индия, десятилетиями бывшая опорой российского экспорта, постепенно открывает рынок конкурентам.
Причём особенно символично, что Франция обошла Россию во многом благодаря продаже самолётов — категории, которая когда-то была главным российским экспортным преимуществом.
Но откуда тогда взялись российские $15 миллиардов?
И вот здесь появляется самая опасная статистическая ловушка всей этой истории.
В январе 2026 года Владимир Путин заявил, что российский экспорт продукции военного назначения в 2025 году превысил 15 млрд долларов. «Рособоронэкспорт» также сообщил, что его портфель заказов превышает 60 млрд долларов. А в сентябре компания заявила о заключении контрактов более чем на 13 млрд долларов только за первую половину 2026 года.
Если эти цифры сопоставить с SIPRI напрямую, получится странность.
Но делать этого нельзя.
SIPRI не измеряет стоимость мирового оружейного рынка в долларах. Его показатель Trend Indicator Value предназначен для оценки объёма передачи основных вооружений и сравнения потоков между странами и периодами. Он учитывает самолёты, корабли, бронетехнику, ракеты, системы ПВО и другие крупные системы, включая не только коммерческие продажи, но и помощь, подарки и лицензионное производство. Сам SIPRI специально предупреждает: его данные отражают объём поставленного вооружения, а не финансовую стоимость сделок. SIPRI
Кроме того, портфель заказов — не поставки.
Контракт на несколько миллиардов долларов, заключённый сегодня, может выполняться пять, семь или десять лет. Деньги могут включать обслуживание, боеприпасы, запасные части, обучение, модернизацию и другие позиции, которые в методике SIPRI либо учитываются иначе, либо вообще не входят в показатель основных вооружений.
Поэтому российские заявления о $15 млрд и данные SIPRI о 6,8% мирового экспорта теоретически могут существовать одновременно.
Настоящая проблема в другом: после 2022 года Россия значительно сократила публикацию подробной информации об экспортных поставках, поэтому независимо проверить структуру заявленной денежной суммы стало значительно сложнее. Именно поэтому к ней следует относиться как к официальной российской оценке, а не как к показателю, непосредственно сопоставимому со статистикой SIPRI.
Россия всё ещё не исчезла с оружейного рынка
Однако превращать эту историю в рассказ о «конце российского оружейного экспорта» тоже было бы ошибкой.
Даже после огромного падения Россия остаётся третьим крупнейшим поставщиком основных вооружений в мире по данным SIPRI за 2021–2025 годы. Её 6,8% значительно меньше французских 9,8%, но всё ещё немного больше германских 5,7% и китайских показателей. Поставки продолжались десяткам государств.
Существует и огромная инерция ранее проданного оружия. Сотни российских самолётов и вертолётов, тысячи единиц бронетехники, системы ПВО и корабли останутся в эксплуатации ещё десятилетиями. Им необходимы запасные части, ремонт, боеприпасы и модернизация. Даже страна, которая больше не собирается покупать российские самолёты, не может мгновенно отказаться от уже существующего парка Су-30.
Кроме того, остаются рынки, где Россия способна конкурировать политическими условиями сделки, ценой или готовностью поставлять системы, которые другие экспортёры продавать не хотят. Москва также активно пытается расширять военно-техническое сотрудничество со странами Африки. Российская сторона утверждает, что именно африканское направление становится одним из важных источников новых контрактов.
Наконец, сентябрьское заявление «Рособоронэкспорта» о более чем $13 млрд новых контрактов за первое полугодие 2026 года действительно заслуживает внимания. Если эти соглашения в последующие годы превратятся в реальные крупные поставки, падение может хотя бы частично стабилизироваться. Но пока это именно контракты, а статистика SIPRI фиксирует фактически передаваемые основные системы.
И здесь возникает, пожалуй, главный вопрос на следующие несколько лет: сможет ли Россия превратить новый портфель заказов в поставки.
Проблема гораздо глубже 2022 года
Если посмотреть только на две цифры — 21% и 6,8% — история кажется очень простой. Россия начала полномасштабную войну против Украины, столкнулась с санкциями и внутренней потребностью в вооружении, после чего экспорт рухнул.
Данные показывают более сложную картину.
Первый удар по российской экспортной модели нанёс не Запад. Его нанесли изменения у двух важнейших покупателей. Индия решила перестать зависеть от одного поставщика, а Китай постепенно перестал нуждаться в значительной части импортного вооружения. Поэтому российский экспорт начал снижаться ещё до 2022 года. После этого собственные военные потребности России, санкции, проблемы с международным сотрудничеством и политическое давление на покупателей резко ускорили уже существовавший процесс.
И одновременно конкуренты не стояли на месте.
Франция заняла второе место. США увеличили свою долю до 42%. Европейские производители расширили экспорт. Индия стала покупать больше французского и израильского оружия. Китай всё чаще производит необходимое самостоятельно. На мировом рынке появилось больше сильных поставщиков, а традиционное российское преимущество — возможность предложить сложную технику дешевле западных аналогов и без многих политических ограничений — перестало автоматически гарантировать заказ.
Поэтому происходящее правильнее называть не исчезновением российского оружейного экспорта, а разрушением той экспортной модели, которая обеспечивала России второе место в мире на протяжении двух десятилетий.
Россия продолжает продавать оружие. Она остаётся одним из крупнейших поставщиков. У неё есть огромный парк ранее экспортированной техники и, судя по официальным заявлениям, крупный портфель новых контрактов.
Но статистика показывает изменение, которое трудно игнорировать.
В 2016–2020 годах примерно каждая пятая условная единица основных вооружений, проходившая через мировой экспортный рынок по методике SIPRI, приходилась на Россию.
В 2021–2025 годах — уже примерно каждая пятнадцатая.
И, возможно, главный вопрос теперь заключается даже не в том, сможет ли Россия снова увеличить экспорт. Гораздо интереснее другое: можно ли вернуть рынки, которые за несколько лет уже научились покупать оружие у других?
