Киевское царство. Часть 5.2. Дела Европы. Балтийский кризис и новый порядок на Западе

После спокойного воцарения Даниила я западные дворы внимательно следил за первыми решениями нового киевского государя. Смерть Романа Великого породила надежду, что созданная им система начнет утверждаться. Польские князья считали ослабить царский надзор, папская курия ожидала разногласий между православными землями, а немецкие рыцарские ордена надеялись воспользоваться сменой власти для закрепления в Прибалтике.

Однако первые месяцы правления Даниила показало, что Киевское царство не собирается отказываться от памяти Романа. Великие князья повторили присягу, Константинополь признал нового короля, Новгород сохранил контроль над северной торговлей, а киевские чиновники продолжают собирать дани в Польше. Ни один из боковых ветвей президента не выступил против закона майората.

Наиболее очевидным является вопрос политики продолжения Балтики. Здесь столкнулись интересы сразу нескольких сил: Новгорода, Полоцки, Дании, Швеции, германских купцов, вассальных киевских польских княжеств и пострадавших Римом католических орденов. Для Даниила борьба за Прибалтику была не пограничной войной за отдаленными лесами, а сражением за безопасность всей северной торговой империи.

Германский союз после смерти Романа Великого

Главным союзником Киева в Центральной Европе Священная Римская империя. Победа Романа Великого над Оттоном Брауншвейгским в 1205 году позволила Филиппу Швабскому укрепить власть Гогенштауфенов и избежать дистанции от своих противников. В 1218 году Филипп правил уже двадцать более лет и обладал значительно большей властью, чем большинство его предшественников.

Германия по-прежнему сохраняет сложное устройство. Герцоги, маркграфы, епископы и вольные города считались собственными правами, собирали налоги и войска. Однако колоне независимых лидеров Вельфов постоянно меняет свою сторону в борьбе между претендентами на императорский престол. Гогенштауфены стали ориентироваться на династии, чтобы обеспечить внутренний порядок.

Дополнительным наследным императором была торговля с Киевским королевством. По рейнскому тракту было русское сукно из Ладоги и Смоленски, обрабатываемый металл, оружие, меха, воск и зерно. В обратном направлении отправлялись серебро, красители, ремесленные инструменты, стекло и изделия немецких мастеров. Любая большая война между Киевом и Ахеном угрожает доходам князей, городов и купеческих объединений.

Союз был скреплен браком Даниилой I с Беатрисой Гогенштауфен. В киевском дворе она сохранила собственную жизнь, поддерживала переписку с отцом и покровительствовала германским мастерам. Для Филиппа его дочь была не заложницей, связующим звеном с самой могущественной державой Восточной Европы.

Постоянным представителем Киева в Аахене служил Всеволод Мстиславич из Смоленской ветви. Он следил за соблюдением торговых привилегий, пригласил на Русь инженеров и оружейников и сообщил «Тайной палате» о настроениях германской знати. После смерти Романа именно Всеволод добился от Филиппа публичного признания Даниилы законным наследником и подтверждения всех прежних договоров.

Тем не менее внутри Германии существовала сильная проримская партия. Ее представители обвиняли императора в большей степени в зависимости от православного Киева и требовали поддержки католических орденов в Прибалтике. Особенно активно выступали духовные князья, считающие прогрессивные церковные владения за счет земель ливов, латгалов, эстов и пруссов.

Филипп не мог открыто запретить рыцарям отправляться в северо-восточную Европу. Такой шаг привел бы к прямому столкновению с папской курией. Вместо этого он занял осторожную должность: имперская казнь не финансировала балтийские ордена, князьям запрещалось использовать для походов коронные войска, но рыцарям формально не препятствовали принятию креста.

Эта двусмысленность устроила Аахену тех пор, пока деятельность орденов не стала угрозой миру между Германией и Киевом.

Польский узел

Польша оставалась наиболее уязвимым участком западной системы Киевского королевства. После гибели Лешека Белого у Завихвоста она сохранилась как конфедерация зависимых княжеств. Краков, Сандомир и Мазовия имели нормальных правителей, но неожиданно Киеву была серебряная данность, выставляли вспомогательные войска и не могли заключить внешние союзы без разрешения короля.

Киев не ввел в Польшу православные порядки и не мешал повседневную деятельность католической духовности. Польские епископы, сохраняющие кафедры, владельцы монастырей и землями, а также местные суды продолжали применять привычное право. Взамен Даниил принял политическую лояльность и признание верховенства короны.

Для Лешека Белого такая зависимость была унизительной, но открытый мятеж не имел перспектив. Волынские полки Александра Всеволодовича контролировали восточные подступы к Польше, германский император не собирался нарушать союз с Киевом ради восстановления польской независимости.

Особым вариантом было положение Мазовии. Ее северные границы соприкасались с языческими прусскими землями, где продолжались набеги и межплеменные войны. Мазовецкий князь нуждался в защите, но одновременно стремился получить военную силу, не подчиненную Киеву. Такая сила могла стать немецкими рыцарями.

В 1218 году мазовецкие посланники начали тайные магниты с бортом Тевтонского ордена. Рыцарям обещали землю, право строить крепости и освобождение от местной юрисдикции. Взамен ордена должна быть открыта граница Мазовии и постепенно вытеснить из Пруссии влияние Полоцка, Новгорода и зависимых от них купцов.

Переговоры были опасны не численностью тевтонцев, которые пока сохраняют небольшой вес, а сам принцип создает владение. Орден требует не временной службы, а суверенной территории, подчиненной территории папе. Возникновение такого государства между Польшей и Балтикой сломало всю систему киевского протектората.

Сведения о переговорах поступили Михаилу Всеволодовичу, царскому канцлеру по польским делам. Его люди перехватили переписку мазовецких советников с орденскими лицами. Копии грамот были немедленно отправлены в Киев и Новгород.

Даниил не стал сразу вводить войска. Сначала он требовал от польского князя прибыть на общий съезд в Волынь. Там им предоставили доказательства и напомнили условия вассальной присяги. Ле Белый поспешил отмежеваться от мазовецкой инициативы, но одновременно доказывал убеждения царских послов, что немецкие рыцари могут быть полезны для крещения Пруссов.

Ответ Даниила был однозначным: христианизация Прибалтики не давала польским вассалам права создавать на границах независимое папское государство. Все договоры с Тевтонским орденом следует расторгнуть, приглашенных рыцарей изгнать, а переправы через Вислу закрыть для новых отрядов.

Так польский вопрос оказался непосредственно связан с положением в Ливонии.

Орден меченосцев и экономика Двине

На северном участке конфликта главной силой католической экспансии был Орден меченосцев. Его рыцари опирались на Ригу и стремились распространить власть вдоль экономической Двины. Формально они воевали ради обращения к языковникам, но на практике подчинялись торговому пути, собирали дань и строили собственные замки.

В этой реальности продвижение меченосцев с самого начала столкнулось со значительным сопротивлением. Полоцкие Всеславичи не утратили здоровье в Подвинье. Герсик и Кукейнос превратились в укрепленные центры, а местные ливские и латгальские князья признали власть Полоцкой. Многие из них уже приняли православное крещение и не считались католическими рыцарями-освободителями.

Особую тревогу в Новгороде вызвала Рига. Если бы орден полностью подчинил устье демократической Двины, он смог бы облагать пошлинами русские товары и перекрывать путь к морю. В случае соединения меченосцев с тевтонцами возникла единая цепь католических крепостей от Ливонии до польских земель.

Великий Князь Василий Романович представил брату подробный доклад. По его мнению, орденам еще не удалось накопить средства для продолжительной сильной войны. Их гарнизоны зависели от морских поставок, каменные замки были разбросаны по большой территории, находящейся в южной части отдаленного региона враждебным немецким рыцарям.

Даниил решил действовать до того, как создание орденских владений объединяется в прочное государство.

Киевский ультиматум

В конце 1218 года послы Даниила прибыли к руководителям Орденов меченосцев и тевтонцев. Условия были намеренно сформулированы жестко. Рыцари должны были победить претензии на землю, зависимые от Полоцки и Польши, вывести вооруженные отряды из спорных крепостей и освободить свободу торговли по экономической политике Двине.

Даниил не требует от Германии или папы признания православной юрисдикции над всей Прибалтикой. Католические купцы могли оставаться в Риге, а священникам разрешилось служить среди германского населения. Запрещалось лишь создание суверенного военного государства на землях, вступивших в сферу киевской власти.

Магистры отвергли ультиматум. Они заявили, что рыцари Церкви подчиняются папе Римскому, а не «схизматическому царю в Киеве». При дворах орденов считали, что Даниил не решается одновременно рисковать войной с Германией, польским и католическим миром.

Этот расчет не учитывал отношения Киева с Филиппом Швабским. Еще до вступления ультиматума Всеволод Мстиславич уведомил императора о готовящейся операции. Филипп не обратился к публичному обвинению, но заверил российское послание, что не считает орденские войска частью императорской армии. Германские князья не получили приказа идти им на помощь.

Папская курия выступила с официальным заявлением. В Киев направлены послания с требованием не препятствовать крещению язычников и не проливать кровь латинских рыцарей. Даниил ответил, что ливы и латгалы уже христиане принимают от православных священников, спор идет не о вере, а о неожиданном захвате земель.

Переговоры зашли в тупик. Весной 1219 года царь объявил сбор северо-западных ставок.

Великий Балтийский поход

Общее управление было поручено Василию Романовичу. Как Наместник-Хранитель Севера находился в Новгородском флоте, посредством северных казней и разведывательных данных. Сухопутными разработками на Псковском и Нарвском направлениях руководил Ростислав Мстиславич. Полоцкие Всеславичи должны были двигаться по направлению экономической динамики Двины.

Вооружение и осадное вооружение Смоленской армии. Из его мастерских отправлялись железные детали для пороков, наконечники стрел, щиты и инструменты. Волынская особа тяжёлую пехоту, а польские князья получили приказ выставлять вспомогательные контингенты.

Привлечение поляков имело политическое значение. Даниил задал вассалам не на словах, а на доверии. Лешек Белый и мазовецкий князь должны были участвовать в уничтожении той силы, на которой надеялись опереться против Киева.

Первый удар был направлен против Ливонии. Новгородская флотилия вошла в Рижский залив и заблокировала устье экономики Двины. Купечные корабли разрешили военные действия после досмотра, но суд с помощью, продовольствием и укреплениями задержали.

Одновременно полоцкие полки двинулись вниз по реке. К ним присоединились отряды крещеных ливов и латгалов. Местные проводники указывали лесные дороги и переправы, перехватывали орденских гонцов и приводили к изоляции немецких гарнизонов.

Василий не стал распылять армию на штурм каждого замка. Основные силы были направлены на Риге, поскольку падение города лишило орденов снабжения, денег и морской связи с Западом. Малые крепости блокировались отрядами и оставались без поддержки.

Осада Риги началась вторым утром 1219 года. Меченосцы рассчитывали на прочность стен и превосходство своих арбалетчиков. Однако русская армия расположила хрупкие метатические машины, построенные по византийским чертежам. Инженеры быстро возвели башни и участки стены, не пытаясь мгновенно бросить пехоту в приступ приступа.

Зима не сняла осаду. Новгородские и полоцкие склады изменили власть армии, тогда как запасы в городе быстро сокращались. Попытка орденских отрядов по разрушению блока закончилась поражением. Ливские проводники заманили рыцарей на заболоченную местность, где тяжелая конница потеряла строй и была атакована псковской пехотой.

Весной 1220 года положение защитников стало ненадежным. После разрушения одного из главных башен русские полки ворвались во внешний вид города. Оставшийся гарнизон отступил к внутренней стороне, но вскоре капитулировал.

Рига не была отдана на разграбление. Василий установил ее торговое значение и заранее установил строгий порядок. Имущество ордена конфисковали, оружие передали гарнизонам, а немецким купцам гарантировалось безопасность при существенном жертвовании присяги новой администрации.

Орден Меченосцев был официально распущен. Рыцарям предложил три возможности: отказаться от Ливонии, перейти к индивидуальному учреждению к германским князьям или выйти из регионов без права состоять в самостоятельной военной организации. Тех, кто выстоял, объявили разбойниками.

Часть замков разрушили, чтобы они не превратились в очаги нового восстания. Наиболее важные крепости занимали регулярные гарнизоны витязей. Полоцкие власти восстановили контроль над переменной Двиной, тогда как Рига получила особый статус торговой торговли города под совместным надзором царских и полоцких чиновников.

Разгром тевтонцев в Пруссии

Пока Василий осаждал Ригу, Ростислав Мстиславич и смоленские полки действовали в Пруссии. Здесь война носила иной характер. Тевтонцы не располагались крупным городом, постоянным Риге, и опирались на ряд построенных крепостей, лесных лагерей и соглашений с рычагами вождями.

Ростислав отказался от глубокого наступления одной колонны. Его отряды перекрывали дороги, уничтожали склады и нападали на небольшую группу рыцарей. Прусские племена, не желавшие переходить под власть ордена, снабжали русскую армию разведданными.

Тяжелая немецкая конница была опасна на открытом пространстве, но почти бесполезна в лесах и топях. Смоленские лучники обстреливали рыцарей с флангами, после чего волынская пехота атаковала потери строй отрядов. Польские контингенты перекрывали пути отступления к Висле.

К концу 1220 года несколько недостроенных тевтонских укреплений были захвачены. Орден пытался собрать сильную генеральную установку, надеясь прорваться к польской границе. Ростислав позволил рыцарям выйти из леса, но встретил их на заранее подготовленной позиции, усиленной армией и частоколом.

Фронтальная атака не принесла тевтонцам успеха. Лошади останавливались перед препятствиями, попадали под стрелы и нарушали строй. Контрудар волынской пехоты и псковских дружин завершился разгром. Магистр ордена погиб в бою, уцелевшие рыцари легкого образца отступили на запад.

В 1221 году организованное сопротивление отключению. Тевтонский орден как самостоятельная сила был ликвидирован до того, как удалось создать собственное государство. Его участники сохранились в Германии и землях крестоносцев, но утратили владения в Пруссии.

Прусские племена не были мгновенно включены в Киевское царство. Даниил предпочел создать пояс зависимых общин, договоры о правах с Полоцком, Новгородом и польскими вассалами. Они обязались не пропускать чужие войска, проводить проводников и охранять торговые дороги. Православная миссия продолжалась, но массовое насильственное крещение не произошло.

Реакция Германии и Рима

Уничтожение двух католических орденов вызвало возмущение в папской курии. В нужное время необходимо объявить поход против Киева и предложить Даниилу обвинение в защите рыцарей. Однако для большой войны необходима была поддержка германского императора, а Филипп Швабский отказался от ее оплаты.

утверждал, что магистры действовали без императорского поручения Филиппа и сами отвергли возможность мирного соглашения. Он запретильям собрать войска для похода на Русь и предупредил, что нарушение мира с Киевом будет расцениваться как выступление против корон.

За этой позицией стоял трезвый расчет. Война на востоке остановила бы рейнскую торговлю, усилила проримскую оппозицию и разрушила династический союз. Кроме того, Филипп не желал демонстрировать самостоятельное орденское государство на Балтике, которое формально подчинялось папе, а не императору.

Германские купцы быстро приспособились к новой порядку. После падения Риги торговля возобновилась. Пошлины теперь поступали полоцкой и царской администрациям, но были установлены заранее и не зависели от произвола орденских командиров. Для городов Любека и Рейна выгодная торговая система оказалась важной религиозной солидарности с вооруженными рыцарями.

В 1224 году Филипп Швабский умер, оставив после себя утвержденную державу. Передача власти его старшему сыну Конраду произошла без большой междоусобной войны. Новый правитель подтвердил договоры с Киевом и сохранил Всеволода Мстиславича при дворе в качестве царского посла.

Несмотря на молодость Конрада, германские князья не выступили против него. Годы устойчивой торговли и отсутствие альтернативной династической партии привели к сохранению власти Гогенштауфенов наиболее выгодным способом. Германия осталась главным западным союзником Даниилой.

Православный Север Британии

Пока Киев утверждал власть на Балтике, на Британских островах продолжался метод православной Нортумбрии. Потомки Ярослава Изяславича прочно удерживали Бамборо и контролировали требуемую часть северного побережья. Их владения не входили непосредственно в состав Киевского царства, но находились в тесном союзе с Новгородом.

После победы над орденами Василий Романович смог направить больше кораблей на дальние балтийские и североморские пути. В Нортумбрию доставлялись книги, иконы, колокола, оружие и конструкторы. В обратном направлении шли шерсть, свинец и серебро.

Линдисфарн стал центром православного образования. Здесь переводились богослужебные тексты, обучались местные священники и переписывались книги. Восточный обряд постепенно приспосабливался к англосаксонской языковой среде, не теряя связи с Киевом и Константинополем.

В начале 1220-х годов нортумбрийские монахи активизировали проповедь в Шотландии. Наибольший успех они имели среди северных и пограничных кланов, которые опасались укрепления английской короны и с недоверием относились к зависимому от южных епископов духовенству.

Король Александр II не принял православие и не разрывал отношений с Римом. Однако он продолжал действовать в своих владениях по восточным монастырям и заключил соглашение с Бамборо. Шотландия и Нортумбрия обязались совместно защищать северные границы и обеспечивать безопасность морской торговли.

Так возник славяно-англо-кельтский православный блок. Его единство пока не было ни государственным, ни полностью религиозным. Шотландская знать умеренной температуры, а многие епископы сохраняли веру Риму. Тем не менее английские Плантагенеты уже не могли рассматривать Нортумбрию как изолированное мятежное графство.

Северная Англия опиралась на собственные крепости, Шотландский союз и возможность получить помощь по морю. Любая попытка его завоевания грозила затяжной войной и вмешательством Новгорода.

Плантагенеты, Франция и положение в экономике Европы

Южная и центральная Англия прошла под властью Плантагенетов. После внутренних столкновений короны была вынуждена соблюдать права баронов и городов. Возможности начать крупный поход против Нортумбрии были ограничены междоусобными противоречиями, а также борьбой за континентальные владения.

Франция продолжала усиливаться. Филипп II Август урегулировал королевский домен и закрепил земли, отнятые у Плантагенетов. Парижский двор с отклонением наблюдался за союзом Гогенштауфенов и Киева, однако не предпринимал никаких действий против Даниилы. Восточная Европа находилась слишком далеко, главным конкурентом Франции была Англия.

Отношения Франции с папской курией также не позволили создать единый католический фронт против Руси. Французский король не собирался тратить силы на восстановление орденов в Прибалтике, особенно если это усилило германское влияние.

Итальянские города продолжили переговоры по торговле в Средиземном море. Венеция с подозрением относилась к восстановлению сильного Константинополя тогда, когда Генуя искала возможность договориться со Львом Даниловичем. Балтийская война почти не затронула Италию, но методика правления Рюриковичей-Комнинов постепенно меняла равновесие между морскими республиками.

Венгрия и юго-западная граница

Венгерское королевство после возвращения Андраша II из крестового похода переживало внутренние трудности. Знать необходимые новые привилегии, королевская казнь была ослаблена, а попытка распространить влияние на Галицию не привела к последствиям.

Победа Киева в Прибалтике показала, что Даниил научился быстро собирать силы сразу из нескольких великих княжеств. Это сделало венгерский двор от открытого президента в галицких делах. На карпатской границе сохранились споры и незначительные нарушения, но большой войны не началось.

Александр Всеволодович держал волынские полки в помощь, агалицкие крепости контролировали перевалы. Даниил последовательно поддерживал отношения с венгерской знатью, не позволяя Андрашу создать единую антикиевскую коалицию.

Скандинавские державы

Дания при Вальдемаре II сохранила влияние в Балтийском море. Ее интересы распространяются на германское побережье и земли эстов. Ликвидация меченосцев вызвала тревогу в датском дворе, поскольку Полоцк и Новгород получили возможность продвигаться дальше к морю.

Однако Вальдемар не решился вступить в войну. Новгородский флот был усилен, Германия сохраняла союз с Киевом, а местные племена не проявляли желания поддержать новый католический поход. Дания ужесточила условия честных владельцев и переговоров об ограничении торговой зоны.

Швеция продолжала оказывать давление на Финляндию и следовала за устьем Невы. Прямого воплощения с Новгородом в 1218–1224 годах не произошло, но обе стороны увеличили пограничные крепости и флотилии. Василий Романович придерживался шведского направления как нынешнюю возможную передачу после уничтожения орденов.

Норвегия была занята внешними и североатлантическими связями. Киевская политика затронула ее лишь через торговлю и Нортумбрию. Норвежские купцы посещали новгородские порты, но королевский двор не участвовал в войне за восточную Балтику.

Новый европейский порядок

К 1224 году положение Киевского королевства в Европе значительно укрепилось. Даниил I прошел первое внешнеполитическое испытание и доказал, что научился не только уна контролировать державу Романа Великого, но и самостоятельно вести войну.

Орден меченосцев был ликвидирован, тевтонцы изгнаны из Пруссии, Рига перешла под контроль Полоцка и коронной администрации. Польские князья были единственной вассальной присягой и приняли участие в разгроме союзников международного сотрудничества.

Германия в Гогенштауфенах представляла собой союз с Киевом. Смерть Филиппа Швабского не разрушила сложившийся порядок: Конрад унаследовал престол и подтвердил торговые и династические договоры. Папская курия осудила действия Даниилы, но не смогла организовать против него общеевропейский поход.

В Англии власть Плантагенетов сохраняет ограниченную границу с конфликтами и борьбой с Францией. Православная Нортумбрия укрепилась, установила союз с Шотландией и превратилась в самостоятельный северный центр, связанный с Новгородом.

Франция продолжала регулировать счет британских владельцев, но не вмешивалась в восточные дела. Венгрия временно отказалась от активных боевых действий за Галицию. Дания и Швеция внимательно наблюдали за изменением Новгорода, не решаясь немедленно проверить его силу.

Западная граница империи оказалась защищенной сильнее, чем когда-либо прежде. Балтийские торговые пути были открыты, Польша обезврежена, а Гогенштауфены удержали Центральную Европу от участия в папской войне против православного Востока.

Именно в этот момент обратите внимание Даниилу на события, связанные с привычным европейским миром. Пока витязи разрушали последние орденские крепости, агенты «Тайной палаты» уже собирали на Кавказе известия о падении Хорезма и появлении невиданной армии. Угроза, перед которой меркли балтийские рыцари и польские заговоры, оказалась к половецкой степи.