Охота на Кастро: зачем ЦРУ понадобились мафия, ядовитые сигары и морские раковины
22 ноября 1963 года в Париже сотрудник ЦРУ предложил кубинскому заговорщику необычное оружие: шариковую ручку со спрятанной иглой для введения яда. Получателем был Роландо Кубела, участник революции, который разочаровался в Фиделе Кастро и обсуждал с американцами его устранение. В тот же день в Далласе был убит президент США Джон Кеннеди. Совпадение выглядит как завязка шпионского романа, но эпизод с ручкой зафиксирован в документах. Сам по себе он, разумеется, ничего не доказывает о связи двух событий.
За этой ручкой стояла уже целая история неудач. Чтобы добраться до кубинского лидера, американская разведка обращалась к гангстерам, готовила отравленные сигары и обсуждала ловушку на морском дне. Вокруг реальных замыслов постепенно выросли легенды, в которых Кастро раз за разом переигрывал собственных убийц. Однако самые интересные подробности начинаются там, где заканчивается привычный перечень «невероятных покушений».
Заказ, который передали мафии
В августе 1960 года заместитель директора ЦРУ по планированию Ричард Бисселл предложил руководителю службы безопасности Шеффилду Эдвардсу выяснить, можно ли привлечь к операции против Кастро людей из игорного бизнеса, прежде работавших на Кубе. Расчёт был понятен: у них могли сохраниться связи на острове, а для выхода на преступный мир существовал посредник — частный сыщик Роберт Мэхью.
Мэхью должен был изображать представителя деловых кругов, пострадавших от кубинской революции. Он связался с Джонни Росселли, а затем в цепочке появился чикагский босс Сэм Джанкана. ЦРУ предусмотрело 150 тысяч долларов за успешное завершение операции. Важная подробность: согласно записке Эдвардса, Росселли и Джанкана отказались от вознаграждения для себя. Деньги предназначались непосредственным исполнителям на Кубе. Сделка получила устное одобрение руководства разведки.
Преступные связи, однако, не обеспечивали беспрепятственного доступа к цели. Техническая служба ЦРУ изготовила ядовитые пилюли; их передали Хуану Орте, кубинскому чиновнику, которого рассчитывали использовать для отравления Кастро. Согласно внутренней записке разведки, Орта в конце концов испугался и отказался от задания. Затем ставка была сделана на другого посредника и его людей.
После провала высадки в заливе Кочинос весной 1961 года первую фазу операции свернули. Позднее сотрудничество с преступным миром возобновили, и в 1962 году ЦРУ вновь снабжало его участников смертельными пилюлями. В этой истории уже проявилась трудность, которую нельзя было решить в лаборатории: мало изготовить яд — нужен человек, способный и готовый донести его до Кастро.
Убить Кастро или лишить его бороды
Параллельно существовали замыслы, направленные на публичное унижение кубинского лидера. Один из них предусматривал применение вещества с действием, похожим на ЛСД, в радиостудии, где выступал Кастро. Предполагалось сорвать его речь и выставить его перед слушателями в неприглядном виде. По внутреннему расследованию ЦРУ, от идеи отказались: надёжного результата она не обещала.
Другой план был нацелен на бороду — часть узнаваемого образа революционера. Обсуждалось использование солей таллия, вызывающих выпадение волос, во время зарубежной поездки Кастро. В отчёте сохранились воспоминания о намерении обработать его обувь. Поездка не состоялась, и замысел сорвался. Даже столь нелепо звучащая затея была связана с опасным веществом, а не с безобидной шуткой.
С сигарами дело зашло дальше. Документы подтверждают подготовку партии, обработанной ботулиническим токсином. Но след от лаборатории к кубинскому лидеру обрывается: достоверного подтверждения, что эти сигары оказались у Кастро, нет. Оружие изготовили; состоявшееся покушение из этого автоматически не следует.
Опасный подарок для любителя моря
В начале 1960-х внимание заговорщиков привлекло увлечение Кастро подводным плаванием. Обсуждалась возможность передать ему заражённое снаряжение через американского адвоката Джеймса Донована, который вёл переговоры об освобождении пленных участников высадки в заливе Кочинос. Предполагалось воспользоваться его доступом к кубинскому лидеру и сделать его невольным участником операции.
В лаборатории подготовили костюм с болезнетворным грибком и заражённый дыхательный аппарат. До Кастро это снаряжение не дошло. Здесь есть существенное различие с другим морским замыслом: костюм действительно готовили, тогда как взрывающаяся раковина осталась проектом.
Раковину собирались поместить там, где плавал Кастро. Она должна была привлечь его внимание и взорваться, когда он приблизится или возьмёт её в руки. Замысел признали непрактичным. По внутреннему отчёту, подходящую раковину и способ её размещения так и не нашли. На бумаге всё начиналось с увлечения одного человека; на деле требовалось угадать, куда он поплывёт и что именно захочет рассмотреть.
Сигара, любовница и 638 покушений
Самая знаменитая легенда этой охоты — взрывающаяся сигара. По распространённой версии, её хотели передать Кастро во время поездки в Нью-Йорк. Эта история широко разошлась, однако её документальная опора значительно слабее, чем у отравленных сигар. Поэтому соединять оба сюжета в одно подтверждённое покушение нельзя.
Ещё более кинематографичный рассказ оставила Марита Лоренц, бывшая возлюбленная Кастро. По её поздним воспоминаниям, ей дали яд, но капсулы испортились в баночке с кремом. Когда она встретилась с Фиделем, он якобы догадался о её намерениях, протянул ей пистолет и предложил стрелять. Она не смогла. Это версия самой Лоренц; подробности сцены не получили надёжного независимого подтверждения. Её история заслуживает места среди легенд охоты на Кастро, с сохранением этой оговорки.
Наконец, знаменитое число 638. В 2006 году такую оценку обнародовал Фабиан Эскаланте, занимавшийся безопасностью Кастро. Она вошла в массовую культуру и даже в Книгу рекордов Гиннесса. Но сама известность числа не превращает его в проверенный перечень 638 осуществлённых операций ЦРУ.
Американская комиссия сенатора Фрэнка Чёрча в 1975 году сообщила о конкретных доказательствах как минимум восьми заговоров с участием ЦРУ в 1960–1965 годах. Часть не вышла за пределы планирования и подготовки. Восемь — не итог за всю жизнь Кастро; 638 — не установленное американскими документами число реальных попыток его убить. Эти оценки относятся к разным временным рамкам и не образуют единой статистики.
Почему охота всё время начиналась заново
За экзотическими приспособлениями стояла более широкая задача: Вашингтон стремился добиться смены власти на Кубе. После провала высадки в заливе Кочинос появилась операция «Мангуст», включавшая пропаганду, диверсии и поддержку противников режима. При этом первые замыслы убийства Кастро возникли раньше, а отдельные линии продолжались позднее. Назвать всю многолетнюю охоту одной операцией «Мангуст» было бы слишком удобным упрощением.
История ручки показывает, что и человек изнутри режима не гарантировал успеха. Кубелу устройство не устроило; позднее он искал оружие с глушителем. Контакты ЦРУ с ним продолжались до 1965 года. Но союзник, который обсуждает переворот, и исполнитель, готовый воспользоваться предложенным способом убийства, — не одно и то же.
Если судить по этим эпизодам, главная трудность лежала между замыслом и действием. Орта отказался от задания, морскую ловушку сочли непрактичной, заражённое снаряжение не передали, а получатель ручки хотел другого оружия. Каждый новый способ обещал обойти прежнюю преграду — и создавал собственную.
Когда тайные планы стали предметом сенатского расследования, возник вопрос об ответственности. Установить конкретное участие ЦРУ оказалось проще, чем восстановить, какие именно замыслы были известны президентам и кем санкционированы. Комиссия не смогла уверенно приписать президентское одобрение всем исследованным заговорам. Формула «Кеннеди приказал убить Кастро» скрывает эту неопределённость.
18 февраля 1976 года президент Джеральд Форд подписал указ, запрещавший государственным служащим США участвовать в политических убийствах или сговорах с такой целью. Для истории охоты на Кастро это выразительная развязка: разведка искала способ тайно устранить одного человека, а в итоге государству пришлось публично записать запрет на подобную практику.
