Король, который не умер у Шалю. Как Ричард Львиное Сердце завоевал Египет и изменил историю Крестовых походов. Часть IV. Корона Египта
Четвёртый крестовый поход завершился триумфом, которого не удавалось добиться ни одному европейскому монарху со времён Первого крестового похода. Ричард Львиное Сердце завоевал Египет, взял Каир, вынудил султана аль-Адиля отказаться от своих владений, разгромил последнюю армию Айюбидов и вернул христианам Иерусалим.
Но вслед за победами на полях сражений возникла проблема, решить которую было не менее сложно, чем завоевать Египет. Кто должен управлять огромной страной, большинство населения которой составляли мусульмане? И каким образом превратить владения крестоносцев в устойчивое государство, способное существовать после возвращения Ричарда в Европу?
Ответ оказался неожиданным. На египетский престол был возведён внебрачный сын Львиного Сердца, Филипп Коньякский, которому предстояло стать основателем новой королевской династии.
Египетская корона для сына Львиного Сердца
После освобождения Иерусалима Ричард вернулся в Египет.
Симон де Монфор, назначенный наместником завоёванных территорий, уже успел столкнуться с многочисленными трудностями.
Христианские гарнизоны контролировали основные города, но численность европейцев была крайне мала по сравнению с населением страны.
Египетские чиновники продолжали исполнять прежние обязанности, однако далеко не все были готовы признавать новую власть.
Между самими крестоносцами также возникали противоречия.
Французские и фламандские бароны требовали вознаграждений, земель и доходов. Итальянские купцы добивались торговых привилегий. Рыцарские ордены предлагали передать им важнейшие крепости.
Ричард понимал, что управлять Египтом из Англии невозможно.
Стране был необходим собственный монарх.
Неожиданное предложение
Во время пребывания английского короля в Каире знатнейшие участники похода собрались для обсуждения будущего Египта.
На совете присутствовали представители французского и фламандского рыцарства, духовенства, военных орденов и влиятельных крестоносных семейств.
Первоначально рассматривались разные кандидатуры.
Некоторые бароны поддерживали Бонифация Монферратского. Другие предпочитали сохранить наместническое управление под верховной властью Ричарда.
Но постепенно возникло третье предложение.
На египетский престол следовало возвести Филиппа Коньякского, внебрачного сына английского короля.
Филипп действительно существовал в нашей истории. Он был незаконнорождённым сыном Ричарда I, однако достоверных сведений о его жизни сохранилось крайне мало.
В альтернативе KingsofWinter его судьба складывается совсем иначе.
Филипп сопровождает отца во время Четвёртого крестового похода, участвует в сражениях и проявляет себя как храбрый воин.
Особенно он отличился во время египетской кампании, заслужив уважение французских и нормандских рыцарей.
Но главное преимущество Филиппа заключалось в происхождении.
Он принадлежал к роду Плантагенетов, а значит, его власть могла опираться на авторитет величайшего христианского полководца своего времени.
При этом Филипп не являлся законным наследником английской короны, следовательно, его возведение на египетский престол не создавало непосредственной угрозы наследственным правам других членов династии.
В конце 1203 года совет крестоносной знати избрал Филиппа королём Египта.
Признание Иннокентия III
Само избрание не решало всех проблем.
Филипп родился вне законного брака, а потому для укрепления его положения необходимо было признание высшей церковной власти.
Ричард направил посланников к папе Иннокентию III.
Он просил узаконить происхождение Филиппа и подтвердить его право на новую корону.
В обычных обстоятельствах подобное предложение могло встретить серьёзные возражения.
Однако теперь перед понтификом открывалась совершенно неожиданная перспектива.
Крестоносцы не просто восстановили Иерусалимское королевство.
Они завоевали Египет — богатейшую страну Восточного Средиземноморья.
Появление там латинской монархии означало колоссальное расширение влияния католической церкви.
В этой альтернативной истории Иннокентий III принял решение узаконить Филиппа для целей его нового династического положения и признал состоявшееся избрание.
Таким образом, внебрачный сын Ричарда становился основателем новой королевской династии.
Его коронация проходила в Каире.
На церемонии присутствовали представители крестоносной знати и высшего духовенства.
Ричард наблюдал за происходящим с видимым удовлетворением.
Человек, которому ещё несколько лет назад не принадлежало даже небольшое графство, теперь получал одно из богатейших королевств Средневековья.
Но английский король намеревался закрепить успех ещё одним способом.
Две короны и один династический союз
Вскоре после коронации Филиппа начались переговоры о его будущем браке.
Ричард хорошо понимал, что новое Египетское королевство не должно оставаться изолированным от других христианских государств Востока.
Напротив, ему было необходимо теснейшим образом связать свою судьбу с Иерусалимским королевством.
Именно поэтому возникло предложение обручить Филиппа с принцессой Марией, дочерью Изабеллы Иерусалимской.
Мария принадлежала к правящей династии Иерусалима и имела наследственные права на его престол.
В действительной истории Мария Монферратская впоследствии стала королевой Иерусалима. В нашей альтернативе её судьба оказывается связана с Египтом.
В 1203–1204 годах она ещё ребёнок, поэтому речь идёт именно о династическом обручении, а не о немедленном заключении брака.
Но политическое значение соглашения было огромным.
Если Мария унаследует Иерусалимский престол, а Филипп останется королём Египта, две монархии окажутся связаны одним браком.
В перспективе их потомки смогут претендовать на обе короны.
Это открывало возможность создания единого государства, которое контролировало бы Египет, Палестину и важнейшие торговые пути Восточного Средиземноморья.
Такого результата не смогли добиться даже победители Первого крестового похода.
Союз, способный изменить весь Восток
Восстановление Иерусалима и возникновение христианского Египта резко меняли соотношение сил в регионе.
Прежде мусульманские правители имели возможность наносить удары по крестоносным государствам с разных направлений.
Теперь ситуация становилась противоположной.
Христианские армии контролировали не только прибрежные крепости Палестины, но и долину Нила.
Египетские порты обеспечивали связь с Европой, а богатство страны потенциально позволяло содержать значительные постоянные гарнизоны.
Для Венеции, Генуи и Пизы открывались новые торговые возможности.
Однако эта система содержала и внутренние противоречия.
Знать Египта и Иерусалима имела собственные интересы. Итальянские купцы соперничали за торговые привилегии. Рыцарские ордены стремились получить новые земли.
К тому же подавляющее большинство населения Египта оставалось мусульманским.
Нельзя было исключать восстаний, сопротивления местных элит и попыток соседних правителей вернуть потерянные территории.
Поэтому победа Ричарда ещё не означала, что Египетское королевство обязательно просуществует столетия.
Всё зависело от способности Филиппа и его наследников управлять этой огромной страной.
Последний год Ричарда на Востоке
В течение следующего года Ричард оставался в Египте.
Он помогал сыну укрепить новую власть, распределял гарнизоны, организовывал оборону важнейших городов и вёл переговоры с местными представителями знати.
Симон де Монфор сохранял значительное влияние в управлении государством.
Его военный опыт и авторитет среди французских рыцарей были необходимы молодому монарху.
Ричард постепенно передавал Филиппу всё больше полномочий.
Однако отец и сын нередко расходились во взглядах.
Филипп, окрылённый успехами, желал продолжить завоевания в Сирии.
Ричард относился к подобным планам осторожно.
Однажды во время военного совета молодой король предложил подготовить поход против Дамаска.
— Если мы захватим Сирию, — сказал он, — никто больше не сможет угрожать Иерусалиму.
Ричард внимательно посмотрел на сына.
— Ты предлагаешь завоевать Сирию, хотя ещё не научился управлять Египтом.
— Но ведь мы победили султана!
— Победить султана проще, чем заставить его подданных платить тебе налоги.
Филипп недовольно замолчал.
Тогда Ричард продолжил:
— Если хочешь сохранить королевство, научись сначала отличать человека, готового служить тебе, от человека, который улыбается, пока ты держишь меч.
Эти слова стали одним из последних политических наставлений, которые молодой монарх получил от отца.
Поскольку из Европы уже приходили тревожные известия.
Французская угроза и возвращение домой
Пока Ричард завоёвывал Египет и освобождал Иерусалим, положение его европейских владений постепенно ухудшалось.
Французский король Филипп II Август внимательно следил за событиями на Востоке.
Победы Ричарда вызывали у него двойственные чувства.
С одной стороны, освобождение Иерусалима являлось величайшим достижением христианского мира.
С другой — авторитет английского монарха возрастал настолько, что французскому королю становилось всё труднее рассчитывать на политическое превосходство.
Поэтому Филипп начал искать возможности изменить положение в Нормандии и других анжуйских владениях.
Одновременно английская администрация столкнулась с внутренними трудностями.
Брат Ричарда Иоанн, которому были доверены определённые полномочия, проявил себя далеко не лучшим образом.
Часть баронов была недовольна его распоряжениями. Между чиновниками возникали конфликты, а финансовые требования, связанные с содержанием армии на Востоке, усиливали напряжение.
Филипп II использовал эти обстоятельства для давления на пограничные владения Плантагенетов.
В Каир начали поступать всё более тревожные письма.
Первоначально Ричард намеревался задержаться ещё на несколько месяцев.
Он рассчитывал завершить устройство Египетского королевства и оставить Филиппу достаточные силы для поддержания порядка.
Но затем пришло сообщение о новых французских приготовлениях.
Ричард понял, что дальнейшее отсутствие может поставить под угрозу всё, что ему удалось сохранить в Европе.
В течение 1205 года он принял решение возвращаться домой.
Прощание с Египтом
Перед отплытием Ричард встретился с сыном.
Они находились в одном из залов каирского дворца, где ещё совсем недавно принимал послов султан аль-Адиль.
Теперь на стенах висели знамёна новой христианской монархии.
— Я оставляю тебе богатейшее государство Востока, — сказал Ричард. — Но не думай, что богатство сделает тебя сильным само по себе.
— Я удержу Египет, отец.
— Надеюсь.
Король подошёл к окну.
За ним раскинулся огромный город, пересечённый улицами, садами и каналами.
— Я выиграл для тебя это королевство, — продолжил он. — Теперь тебе придётся доказать, что ты достоин его сохранить.
Филипп преклонил колено.
Ричард поднял сына.
— Не передо мной. Ты теперь король.
Через несколько дней английский монарх покинул Египет.
Его корабли направились к Кипру, а затем к берегам Европы.
Позади оставались Александрия, Каир, освобождённый Иерусалим и новый король, получивший корону благодаря победам отца.
Ричард Львиное Сердце возвращался домой не просто победителем.
Он возвращался человеком, который за несколько лет изменил политическую карту всего Ближнего Востока.
Что изменилось бы в мировой истории?
Главным результатом этой альтернативы становится не просто освобождение Иерусалима.
Ведь даже возвращение Святого города под власть христиан ещё не гарантировало сохранения крестоносных государств.
Гораздо более значительным оказывается завоевание Египта.
Именно богатство долины Нила на протяжении многих столетий обеспечивало могущество крупнейших держав Восточного Средиземноморья.
Теперь эти ресурсы оказывались в распоряжении христианской монархии.
Если новое Египетское королевство сумеет пережить первые десятилетия, оно потенциально сможет содержать значительно большую армию, чем историческое Иерусалимское королевство.
Не менее важен династический союз Филиппа Коньякского с Марией Иерусалимской.
В перспективе их потомки могут объединить две короны, превратив христианские владения Востока в мощное государство, контролирующее территории от долины Нила до Галилеи.
Судьба Византии
Ещё одним важнейшим последствием становится сохранение Византийской империи.
Поскольку крестоносцы направились в Египет, Константинополь не подвергся разгрому в 1204 году.
Не возникла Латинская империя, не произошёл раздел византийских территорий между западными завоевателями.
Конечно, Византия по-прежнему страдает от династических конфликтов, экономических трудностей и сепаратизма провинциальной знати.
Но отсутствие катастрофического разграбления столицы позволяет ей сохранить значительно больше ресурсов.
В дальнейшем это могло изменить и историю Балкан, и взаимоотношения Византии с сельджуками, и даже процессы возникновения будущей Османской державы.
А что произойдёт с Англией?
Наконец, выживание Ричарда ставит под вопрос один из важнейших процессов английской истории.
В действительности после его смерти престол унаследовал Иоанн Безземельный.
При Иоанне Плантагенеты потеряли значительную часть французских владений, а политический кризис привёл к подписанию Великой хартии вольностей в 1215 году.
В нашей альтернативе Ричард возвращается из крестового похода с огромным международным авторитетом.
Его имя окружено славой освободителя Иерусалима и победителя Айюбидов.
Однако никакие победы на Востоке не отменяют противоречий между английской короной и французским королём.
Филипп II по-прежнему стремится расширить свои владения. Финансовые ресурсы Плантагенетов истощены многолетними войнами. Вопрос о законном наследнике английского престола остаётся открытым.
И здесь возникает особенно интересная ситуация.
У Ричарда есть сын — Филипп Коньякский.
Но этот сын теперь король Египта.
Следовательно, английский престол и новая египетская монархия принадлежат разным ветвям политической системы Плантагенетов.
Какая судьба ожидает Англию после смерти самого Ричарда? Сумеет ли он обеспечить престол законному наследнику? Не станет ли египетский король участником династической борьбы за наследство отца?
Ответы на эти вопросы открывают возможности для совершенно новой альтернативной истории.
Послесловие. Самая великая победа Львиного Сердца
Ричард I принадлежит к числу тех исторических личностей, чья репутация оказалась значительно ярче фактических политических достижений.
Он был выдающимся полководцем, мужественным воином и одним из наиболее известных европейских монархов своего времени.
Но его правление сопровождалось непрерывными войнами и огромными расходами.
Третий крестовый поход принёс христианам важные победы, однако главная цель — освобождение Иерусалима — достигнута не была.
Именно поэтому предложенная KingsofWinter альтернатива выглядит столь привлекательной.
Она позволяет Ричарду не просто завершить дело, начатое десятью годами ранее, но и добиться результата, о котором не могли мечтать даже участники Первого крестового похода.
Вместо разгромленного Константинополя Европа получает восстановленное Иерусалимское королевство и совершенно новое христианское государство в Египте.
Вместо поражения крестоносных идеалов — величайший военный триумф эпохи.
Вместо постепенного сокращения христианских владений на Востоке — возможность их расширения и объединения.
Разумеется, завоевание Египта Ричардом потребовало бы исключительно благоприятного стечения обстоятельств. Даже после взятия Александрии победа над армией аль-Адиля, захват Каира и удержание огромной страны оставались бы крайне сложными задачами. Тем более трудно представить, что все эти события удалось бы осуществить практически за одну кампанию.
Но альтернативная история и позволяет нам рассматривать подобные развилки.
Достаточно было одному арбалетному болту у Шалуса пройти немного иначе — и вместо истории разграбления Константинополя мы могли бы читать хроники завоевания Египта Ричардом Львиное Сердце.
А на берегах Нила, возможно, появилась бы династия Плантагенетов, потомки которой на протяжении столетий спорили бы с мусульманскими султанами за господство над Ближним Востоком.
Все части цикла выполнены по мотивам записи — https://www.deviantart.com/kingsofwinter/art/The-Lionheart-Crusade-1002078654
