Король, который не умер у Шалю. Как Ричард Львиное Сердце завоевал Египет и изменил историю Крестовых походов. Часть III. Последняя битва за Иерусалим
После падения Каира и пленения султана аль-Адиля казалось, что главная цель крестового похода Ричарда Львиное Сердце уже достигнута. Египет был завоёван, а по условиям мирного договора Иерусалимское королевство получало обратно земли, утраченные после катастрофы при Хаттине в 1187 году.
Но победа оказалась не окончательной. Старший сын султана, аль-Камиль, сумел бежать из Египта и отказался признать договор, заключённый его отцом. В Сирии он начал собирать новую армию, к которой вскоре присоединились сельджукские войска. Теперь судьба Святой земли должна была решиться в последнем большом сражении.
От Каира до Иерусалима
После капитуляции султана Ричард приказал приступить к устройству новой администрации Египта.
Наиболее важные города получили христианские гарнизоны, а в самой столице был создан совет из военачальников и представителей местного населения, согласившихся сотрудничать с победителями.
При этом существующий государственный аппарат не уничтожался полностью.
Египет был слишком велик и богат, чтобы управлять им исключительно силами небольшого числа европейских рыцарей.
Налоги продолжали собирать местные чиновники, торговые караваны возвращались на привычные дороги, а суды по многим повседневным вопросам сохраняли прежние порядки.
Ричард прекрасно понимал, что полное разрушение административной системы немедленно приведёт к голоду и восстаниям.
Командование основными силами, остающимися в Египте, он поручил Симону де Монфору.
Его назначение вызвало некоторое недовольство среди старших баронов.
Но английский король объяснил своё решение просто:
— Мне нужен не человек, который сумеет красиво умереть, защищая город. Мне нужен человек, который заставит этот город повиноваться.
Пока Симон занимался устройством гарнизонов, основные силы крестоносцев начали движение к Дамиетте.
Город, первоначально готовившийся к длительной обороне, теперь был вынужден открыть ворота в соответствии с условиями капитуляции султана.
Для крестоносцев это стало очередным подтверждением полного поражения Айюбидов.
Из Дамиетты Ричард направился к побережью Палестины.
Именно там его ожидала награда, к которой он стремился долгие годы.
Иерусалим официально был возвращён христианам.
Однако прежде чем король успел торжественно вступить в Святой город, из Сирии пришли тревожные известия.
Последняя надежда аль-Камиля
Аль-Камиль, бежавший из Египта во время осады Каира, сумел добраться до Сирии.
Здесь он объявил соглашение своего отца недействительным.
По его мнению, аль-Адиль подписал договор под принуждением, а потому передача христианам Египта и Иерусалима не могла иметь законной силы.
Аль-Камиль обратился к мусульманским правителям с призывом объединиться против крестоносцев.
Особый отклик он нашёл в Анатолии, где существовал сельджукский султанат Рум.
Его правители были заинтересованы в сохранении баланса сил на Ближнем Востоке. Появление огромного христианского государства, контролирующего Египет и Палестину, угрожало сложившейся политической системе региона.
В нашей альтернативе аль-Камилю удалось договориться с сельджукским правителем о совместном выступлении.
Исторически подобная коалиция потребовала бы преодоления серьёзных противоречий между Айюбидами и сельджуками. Но опасность, исходившая от победоносной армии Ричарда, могла заставить прежних соперников на время забыть о разногласиях.
В течение весны и лета 1203 года в Сирии формировалась новая армия.
Её основу составляли уцелевшие айюбидские отряды, сирийская конница и прибывшие из Анатолии сельджукские войска.
Аль-Камиль надеялся застать крестоносцев во время перехода к Иерусалиму, когда их силы будут разделены между Египтом и Палестиной.
Он рассчитывал разбить Ричарда в открытом сражении, после чего вызвать восстания против христианских гарнизонов.
Но английский король получил известия о приближении противника раньше, чем рассчитывал аль-Камиль.
И вместо того чтобы укрыться в Иерусалиме, Ричард решил дать новое генеральное сражение.
Совет перед решающей битвой
На военном совете некоторые рыцари предлагали занять оборонительные позиции возле Иерусалима.
Другие считали, что неприятелю следует позволить войти в Палестину, где его коммуникации растянутся и станут уязвимыми.
Ричард отверг оба предложения.
— Мы победили султана, когда он защищал собственную столицу, — сказал он. — Неужели теперь станем бояться его сына, который ведёт войско через чужие земли?
Бонифаций Монферратский предложил немедленно наступать навстречу мусульманской армии.
Балдуин Фландрский напомнил, что часть европейских рыцарей ещё находилась в Египте и не успела присоединиться к основным силам.
Но король не захотел терять время.
Он понимал, что промедление позволит аль-Камилю подтянуть дополнительные подразделения и укрепить союз с сельджуками.
Поэтому было решено выступить навстречу противнику и принять сражение на открытой равнине, где тяжёлая конница крестоносцев сможет использовать свои сильные стороны.
Последняя битва Львиного Сердца на Востоке
В конце лета 1203 года противники встретились в Палестине, на равнине, где местность позволяла действовать крупным конным соединениям.
Армия аль-Камиля выглядела внушительно.
Сельджукские всадники были известны умением вести маневренный бой. Они могли быстро менять направление удара и изматывать неприятеля непрерывным обстрелом.
Айюбидские подразделения также имели значительный боевой опыт.
Но между союзниками существовали противоречия.
Аль-Камиль стремился как можно скорее разгромить крестоносцев, чтобы вернуть владения своего отца.
Сельджукский правитель действовал осторожнее, опасаясь потерять собственную армию ради восстановления чужой державы.
Ричард намеревался воспользоваться этой разобщённостью.
Утро перед сражением
Перед рассветом английский король вышел из шатра.
Небо ещё было темным, но на востоке уже появилась светлая полоска.
Возле коновязей стояли осёдланные кони. Оруженосцы проверяли подпруги, рыцари надевали кольчуги, священники служили раннюю мессу.
Симон де Монфор, прибывший из Египта с небольшим отрядом подкреплений, подошёл к королю.
— Если сегодня мы проиграем, — сказал он, — Александрия и Каир восстанут.
Ричард посмотрел на него.
— Поэтому мы не проиграем.
— Вы всегда так уверены?
— Нет. Но солдатам совершенно незачем знать, когда я сомневаюсь.
Он надел шлем и направился к своему коню.
Перед строем рыцарей уже развевались английские знамёна.
Ричард остановился возле одного из них и обратился к собравшимся.
— Десять лет назад я сражался на этой земле и вернулся домой, не завершив дела. Теперь Господь позволил мне прийти сюда снова. За нашими спинами Египет, перед нами Иерусалим. Сегодня решится, сохраним ли мы всё, что приобрели, или потеряем это за один день.
Рыцари ответили громкими криками.
Но на другом конце равнины войско аль-Камиля тоже готовилось к бою.
Разгром коалиции
Битва началась с обычных для восточных армий атак лёгкой конницы.
Сельджуки приближались к христианским позициям, осыпали их стрелами и отступали.
Ричард не позволял рыцарям преследовать неприятеля.
Он держал основные силы в плотном строю, используя арбалетчиков для ответного обстрела.
Затем аль-Камиль бросил вперёд айюбидские подразделения.
Их задача состояла в том, чтобы связать христианскую пехоту боем, пока сельджукская конница не нанесёт удар по одному из флангов.
Однако наступление развивалось несогласованно.
Сельджуки начали обходной манёвр слишком поздно, и часть айюбидской армии оказалась под ударом раньше, чем получила необходимую поддержку.
Ричард немедленно заметил это.
Он приказал Балдуину Фландрскому атаковать центр противника, а сам возглавил конный резерв.
Европейские рыцари устремились вперёд.
Завязавшееся сражение оказалось исключительно ожесточённым.
Аль-Камиль пытался восстановить порядок в собственных войсках, лично появляясь на наиболее опасных участках.
Но к середине дня положение мусульманской коалиции стало критическим.
Сельджукский правитель, стремясь спасти своё войско, попытался отвести часть конницы.
Айюбиды восприняли этот манёвр как начало отступления союзников.
Среди их рядов возникло замешательство.
Именно в этот момент Ричард нанёс решающий удар.
Английские и нормандские рыцари прорвали неприятельский строй.
Аль-Камиль погиб в ходе сражения, пытаясь остановить отступающих.
Сельджукский правитель оказался отрезан от основных сил и попал в плен.
К вечеру объединённая мусульманская армия перестала существовать как организованная боевая сила.
Поражение оказалось катастрофическим.
Погиб главный противник Каирского договора, а его сильнейший союзник находился в руках христиан.
На Ближнем Востоке больше не оставалось крупной полевой армии, способной немедленно противостоять Ричарду.
Победа, которой не ожидала Европа
После сражения король приказал организовать сбор раненых и захоронение погибших.
Сам он некоторое время оставался на поле боя.
Перед ним стояли рыцари, ожидавшие дальнейших распоряжений.
Кто-то предлагал немедленно преследовать разбитую армию, другие хотели направиться в Сирию и воспользоваться отсутствием серьёзного сопротивления.
Но Ричард отклонил эти предложения.
— Мы уже победили, — сказал он. — Теперь нужно получить то, ради чего воевали.
Он распорядился подготовить войско к маршу на Иерусалим.
Триумфальное вступление в Иерусалим
После победы Ричард направился к Святому городу.
На этот раз никаких препятствий на его пути не было.
Город уже официально передали христианам, а гибель аль-Камиля устранила непосредственную угрозу его повторной потери.
Вместе с английским королём к Иерусалиму двигалась многочисленная армия.
Во главе колонны ехали рыцари под знаменами Англии, Франции, Фландрии и других европейских земель.
За ними следовали пехотинцы, священники, паломники и обозы.
Возле Иерусалима к Ричарду присоединились король Амори, известный также как Эмерий, и его супруга Изабелла, королева Иерусалимская.
Их появление имело огромное политическое значение.
Возвращение Святого города не означало включения его в английские владения.
Иерусалимское королевство восстанавливалось как самостоятельное государство под властью собственной династии.
Ричард становился его освободителем и главным защитником, но не присваивал себе корону.
Город, к которому он шёл десять лет
Когда армия поднялась на холмы, окружающие Иерусалим, перед Ричардом открылась панорама городских стен.
Он остановил коня.
Позади постепенно замерла вся колонна.
Король долго молчал.
Рядом с ним находились Бонифаций Монферратский и несколько английских рыцарей.
— Вот он, — наконец произнёс Ричард.
— Святой город, государь, — ответил один из сопровождающих.
— Я знаю.
Перед воротами крестоносцев ожидали представители местной администрации и духовенства.
Ричард заранее распорядился, чтобы вступление в Иерусалим прошло без насилия над населением.
Он не собирался превращать свою величайшую победу в новую бойню.
В сопровождении короля Амори и королевы Изабеллы Львиное Сердце вошёл в город.
На улицах собрались христианские жители, паломники, священники и многочисленные любопытные.
Над башнями снова развевались знамёна Иерусалимского королевства.
После торжественного шествия Ричард направился к храму Гроба Господня.
Перед входом он спешился.
Король снял шлем, передал оружие оруженосцу и вошёл в храм без короны.
Здесь он опустился на колени.
Десять лет назад Ричард дважды приближался к Иерусалиму, но так и не увидел его освобождённым.
Теперь он находился внутри города.
Причём его победа оказалась значительно больше той, о которой он мечтал во время Третьего крестового похода.
Возвращение королевского двора
После торжеств король Амори и королева Изабелла объявили о переносе своего двора в Иерусалим.
С момента катастрофы при Хаттине христианское королевство фактически лишилось своей исторической столицы.
Теперь положение изменилось.
В Святой город возвращались королевские чиновники, представители знати и духовенства.
Началось восстановление административных учреждений, укреплений и резиденций.
Амори прекрасно понимал, что обязан своим новым положением Ричарду.
Но английский король не собирался постоянно оставаться в Палестине.
Он уже решил вернуться в Египет, где требовалось окончательно определить судьбу завоёванной страны.
Там его ожидало решение, последствия которого могли оказаться ещё более значительными, чем освобождение Иерусалима.
Перед отъездом
Накануне возвращения в Египет Ричард встретился с Амори.
— Теперь Иерусалим ваш, — сказал английский король. — Но не забывайте, как легко его можно потерять.
— Вы полагаете, мусульмане снова нападут?
— Непременно. Не завтра и, возможно, не через год. Но когда-нибудь появится новый Саладин.
Амори нахмурился.
— Что же нам делать?
— Укреплять города, хранить мир между баронами и помнить, что Египет теперь принадлежит нашим союзникам.
Ричард подошёл к карте.
— Раньше ваш враг мог прийти с юга. Теперь с юга придёт помощь. Постарайтесь не потерять это преимущество.
Через несколько дней английский король покинул Иерусалим.
Вместе с ним отправилась часть рыцарей, которым предстояло участвовать в устройстве нового государства.
В Палестине торжествовали победу.
Но в Египте начиналась совершенно другая история.
Ричард Львиное Сердце освободил Иерусалим. Теперь ему предстояло решить, кому будет принадлежать корона Египта — и именно это решение должно было изменить будущее всего Ближнего Востока.
