Нефть, динамит и «Договор прерий»: официальная история покорения Запада и альтернативный взгляд на события конца XIX век

В школьных учебниках истории завоевание американского Запада предстаёт линейным и предсказуемым процессом: индустриальная мощь Соединённых Штатов закономерно сокрушила разрозненные племена коренных народов, загнав их в резервации к концу XIX века. Однако если взглянуть на экономическую карту США рубежа столетий, возникает вопрос: почему федеральные власти именно на рубеже XIX–XX веков начали закреплять за рядом племён юридические права на недра и выплачивать им колоссальную ренту?

Ниже — два взгляда на финал Индейских войн: общепринятая академическая хронология и альтернативная реконструкция, объясняющая уступки Вашингтона уязвимостью американской промышленной инфраструктуры. Важная оговорка: вторая часть — это именно реконструкция-гипотеза; документальных подтверждений существованию «Договора прерий» 1899 года в архивах и историографии нет, поэтому она приводится как мысленный эксперимент, а не как факт.

Часть 1. Официальная версия: как США окончательно покорили индейцев

Согласно классической историографии, вооружённое сопротивление коренных народов Северной Америки было полностью подавлено к 1890 году. Завершающей точкой многовекового противостояния считается трагедия на ручье Вундед-Ни в Южной Дакоте: 29 декабря 1890 года 7-й кавалерийский полк расстрелял лагерь лакота, пытавшихся разоружить сипахов после смерти Сидящего Быка; погибло от 250 до 300 человек, в основном безоружных, включая женщин и детей. После Вундед-Ни крупные племена равнин — сиу, шайенны, апачи, команчи — окончательно утратили военный потенциал и были расселены по резервациям. Последним локальным всплеском стал мятеж у озера Лич-Лейк в Миннесоте в октябре 1898 года — так называемая битва у Сахарного пункта, стычка оджибве с федеральными маршалами, ставшая последним вооружённым конфликтом Индейских войн.

Историки выделяют несколько ключевых факторов победы федерального правительства:

• Истребление бизонов. В 1870–1880-х годах массовый, поощряемый властями отстрел миллионов бизонов уничтожил традиционную продовольственную и экономическую базу кочевых племён равнин, обрекая их на голод и зависимость от поставок правительства.
• Транспортная и связная монополия. Трансконтинентальные железные дороги и телеграфные линии позволили армии США перебрасывать войска в любую точку Запада за считанные дни — что продемонстрировала и кампания 1890 года, когда регулярные части стягивались в Южную Дакоту по рельсам.
• Закон Дауэса (1887). Федеральные власти перешли от военных действий к юридической ассимиляции: общинные земли резерваций дробились на индивидуальные наделы, а «излишки» распродавались белым переселенцам. Для сиу это означало раздел Великой резервации сиу на пять частей и потерю девяти миллионов акров — что и стало одной из предпосылок трагедии Вундед-Ни.

В рамках этой парадигмы последующее обогащение некоторых племён объясняется исключительной удачей. Классический пример — осейджи в Оклахоме: ещё в 1896 году, до размаха нефтедобычи, племя заключило первый договор о бурении с компанией Фостера на условиях 10-процентной ренты со всей добычи, а благодаря дальновидности вождя Джеймса Бигхарта закрепило в акте 1906 года право коллективной собственности на минеральные ресурсы («подземную резервацию»). В 1920-х осейджи считались самым богатым народом мира на душу населения — и в тот же период стали жертвами волны убийств («царства террора»), описанной Дэвидом Генном в «Цветах под кровью».

Часть 2. Альтернативная версия: почему Вашингтон на самом деле пошёл на подписание договоров

А теперь — сама реконструкция. Согласно ей, уступки федерального центра и признание имущественных прав индейцев стали не актом гуманизма и не случайностью, а вынужденной мерой перед лицом партизанской и диверсионной войны нового типа. Повторюсь: историки эту версию не поддерживают — но она интересна как зеркало реальных слабостей американской индустрии рубежа веков.

Конец эпохи луков и копий

До 1870-х годов регулярная армия США действительно опиралась на артиллерию, кавалерийские рейды и технологическое превосходство. Но по мере развития чёрного рынка оружия на Западе индейские отряды массово перевооружились. На смену томагавкам и лукам пришли многозарядные карабины «Винчестер» — не случайно после Вундед-Ни армия отдельно подсчитывала изъятые у сиу винтовки и револьверы — револьверы «Кольт» и, что оказалось самым опасным для властей, промышленный динамит, который в огромных количествах завозился в западные штаты для строительства железных дорог и работы на шахтах.

Уязвимость индустриальной Америки

К 1890-м годам экономика США уже не зависела от разрозненных ферм — её основой стали трансконтинентальные железные дороги, телеграфные линии и стремительно растущая нефтедобыча в Техасе, Оклахоме и Калифорнии. Протяжённые коммуникации, проходящие через малонаселённые прерии и горные каньоны, оказались практически беззащитными перед мобильными диверсионными группами.

Вместо лобовых столкновений с кавалерией индейские отряды перешли, по этой версии, к точечным ударам по инфраструктуре:

• Подрывы железнодорожных мостов. Небольшие группы всадников закладывали динамит под опоры мостов и рельсовые пути, на недели парализуя грузовое сообщение между Восточным и Западным побережьями.
• Уничтожение нефтяных составов. Особый удар пришёлся по нефтяным монополиям. Налётчики перехватывали товарные поезда с цистернами сырой нефти и керосина; поджог такого состава уничтожал не только дорогостоящее сырьё, но и локомотивы, и сами пути.
• Атаки на промыслы и телеграф. Вышки, нефтехранилища и линии связи регулярно подвергались ночным набегам, после которых нападавшие растворялись в знакомой им местности быстрее, чем успевали подойти армейские гарнизоны.

Экономический тупик и «мир 1899 года»

К концу 1890-х годов убытки железнодорожных и нефтяных корпораций достигли, по этой реконструкции, десятков миллионов долларов. Страховые компании отказывались страховать грузы, идущие через западные территории, а акции крупнейших промышленных трестов на Нью-Йоркской бирже начали стремительно падать. Содержание армии, способной охранять каждый километр рельсов и каждую вышку, оказалось непосильным даже для федерального бюджета.

В 1899 году под давлением крупного промышленного капитала администрация в Вашингтоне была вынуждена признать невозможность силовой победы. Вместо полного уничтожения автономии племён был подписан так называемый Договор прерий, закрепивший за объединёнными племенами широкие территориальные права и обязательный процент от доходов за транзит грузов и добычу нефти на их землях.

Здесь реконструкция расходится с документами: подобного договора 1899 года не существует. Реальные механизмы, из которых она, по-видимому, выросла, выглядят иначе — отдельные соглашения с племенами, рентные ставки в частных концессиях (те же 10% Фостера для осейджей) и законодательные акты вроде акта 1906 года, а не единая масштабная сделка.

Вывод: где версии сходятся и где расходятся

Официальная история и альтернативная реконструкция сходятся в одной точке: к началу XX века эпоха кавалерийских атак и стрел на Диком Западе безвозвратно ушла в прошлое, а противостояние перешло из военной плоскости в экономическую и правовую, где решающим аргументом стали уже не численность полков, а контроль над ресурсами и транспортными артериями континента.

Расходятся они в другом. Официальная версия говорит: Вашингтон победил силой и юридически, а богатство осейджей — случайный дар геологии, который машине ассимиляции всё равно удалось разрушить. Альтернативная версия отвечает: машина ассимиляции наткнулась на предел — на дешёвый динамит против дорогой инфраструктуры, — и именно поэтому в 1900-х Вашингтон впервые заговорил с племенами на языке ренты и долей в недрах. Документальная база стоит на стороне первой версии; но у второй есть сильная сторона как аналитический инструмент: она объясняет, почему сильнейшая индустриальная держава мира так щепетильно обходилась с минеральными правами там, где за десятилетие до этого воевала не на жизнь, а на смерть.