Стрелковая рота — ставка на коллективное оружие. Часть четвертая. Русский магнум.

Большой ассортимент патронов на вооружении обычно рассматривается альтернативщиками как абсолютное зло. Хотя остаться на одном патроне объективно трудно: прогресс идёт слишком быстро. За 106 лет — с 1868 по 1974 — новый винтовочный, промежуточный или малоимпульсный патрон вводился четыре раза. И каждый раз он принимался в экстренном порядке, в ответ на появление чего-то у вероятного противника, в режиме аврала, не всегда с оптимальными параметрами, а не как продуманная плановая мера. Попыток игры вдолгую, а тем более работы на опережение не было.

Теперь переходим собственно к альтернативе.

Двухпатронная система с минимальным крупнокалиберным патроном открывает интересные возможности и по созданию новых патронов на имеющихся производственных мощностях. Фактически появляется возможность закрыть потребность в новых типах патронов на сотню лет вперёд. Не менее интересные возможности открываются по созданию гражданского оружия, оно же — мобилизационное оружие второй линии.

Русский Магнум

Самое очевидное решение — создание патрона на базе пули «Арисака» и гильзы Мосина. Патрон 6,5×54R использовали советские биатлонисты, побеждавшие на Олимпиадах в 70-х. По сути, мы разгоняем пулю «Арисака» на той же длине ствола не двумя, а тремя граммами пороха. Получаем аналог шведского «Маузера» 6,5×55 в максимальной комплектации, считавшегося одним из лучших патронов своего времени для снайпинга и охоты и не потерявшего актуальность до сих пор. Патрон отличали настильность траектории и мягкая отдача, а также способность быстро изнашивать нарезы ствола. Понятно, что для массового вооружения пехоты, а также автоматического оружия такой патрон подходит плохо, особенно при советском уровне промышленности и культуре производства. Но нам этого и не требуется.

Наша задача — создать винтовку для массового использования снайперами. Просто для понимания потребности в оружии для снайперов: в СССР более 9 млн человек получили значок «Ворошиловский стрелок», в годы Великой Отечественной войны подготовлено свыше 400 тыс. снайперов. При этом работали все эти снайперы стандартным мосинским патроном, что резко снижало отдачу от ресурсов, вложенных в их обучение.

Эффективность комплекса «стрелок — оружие — патрон» зависит от каждого компонента, и, потратившись на один, глупо экономить на остальных. 6,5×54R даёт возможность закрыть потребность в снайперском комплексе под горячий патрон крайне бюджетно. Берётся ствольная заготовка под винтовку Мосина, рассверливается под 6,5×54R. Собирается обычная винтовка Мосина с данным стволом — и вот уже оружие с в полтора-два раза лучшими показателями кучности и ветрового сноса, что на стандартных дальностях стрельбы советских снайперов зачастую определяет разницу между «попал» и «не попал».

После износа нарезов ствола ставится новый, а изношенный… идёт под рассверловку на 7,62 мм. Это критически важно не столько во время военных действий, где шансы расстрелять винтовочный ствол достаточно низки (основной причиной износа неавтоматических стволов была химическая и электрохимическая коррозия, вызванная составом капсюлей и соединением их с материалом ствола), сколько в мирное время и в обучении, позволяя планово избавляться от изношенного имущества и не столь трепетно беречь ресурс, а также для производственников — для утилизации бракованных стволов.

Патрон второй линии

Но мы помним, что у нас есть ещё и патрон 9×70 мм с 16-граммовой пулей. Так почему бы не использовать данный метод дальше? Изношенные мосинские стволы растачиваются под патрон 9×53R (9-мм пуля в мосинской гильзе) — аналог финских патронов, появившихся после Второй мировой войны, или появившихся позднее патронов Блюма.

Получается отличная магазинная охотничья винтовка и, параллельно, винтовка второй линии для ополчения. Напоминаю, что в реальной истории у СССР до Великой Отечественной войны не было нарезных охотничьих патронов, кроме убогого 8,2×66 мм на чёрном порохе, к тому же разработанного достаточно поздно. Всё потому, что не хотели совместимости военных и гражданских образцов, дабы не вводить граждан в искушение добывать патроны у военных. Угу, в стране, где на руках сотни тысяч боевых стволов со времён Гражданской войны.

При этом у СССР, как у одной из немногих стран, сохранившей массовый, а значит, и дешёвый выпуск рантовых винтовочных патронов (из крупных конкурентов — только Британия и Франция в процессе замены), в сочетании с огромными собственными охотугодьями были неплохие шансы залезть и на рынок охотничьего оружия. Собственно говоря, всякого рода охотники, оленеводы и прочие пастухи, коих на территории СССР и прилегающих территорий навалом, — люди, как правило, состоятельные. Так почему бы не создать для них вожделенный товар для торговли и обмена, который обходится промышленности в копейки, заодно привлекая для тюнинга и реставрации артели и создавая стране дополнительные мобилизационные мощности на случай войны? Ну хочет человек золотой калаш (зачеркнуто) охотничье ружьё эксклюзивной серии, да ещё и тренироваться за свой счёт — зачем ему отказывать?

Наличие трёх гильз и трёх калибров пуль, более-менее совместимых, кричит о потребности в оборудовании для обжима и снаряжения гильз на местах. Поскольку гильза — самый дорогой компонент выстрела, переснаряжение может снизить его стоимость в несколько раз. Параллельно страна получает дополнительную распределённую сеть снаряжения, хранения и утилизации патронов — каждый районный тир ОСАВИАХИМа. Что опять же крайне важно для поддержания боеприпасов в свежем состоянии: патроны с большими сроками хранения идут в ОСАВИАХИМ, многократно переснаряжаются, убитые гильзы уходят в переплавку. Впоследствии станции снаряжения патронов можно будет добавить на базе полковых и батальонных ремонтных мастерских для облегчения логистики, выравнивания баланса и на крайний случай (перебои со снабжением, окружение и т. п.).

Понятно, что будущий карабин «Арисака» просто напрашивается на аналогичную эволюцию. Сначала 6,5×50SR, потом 7,62×50SR и далее 9×50SR.

Соответственно, в итоговом виде получаем следующую таблицу утилизации стволов:

• Снайперская ВМ 6,5×54R → стандартная ВМ 7,62×54R → охотничья (вторая линия). Ствол 730 мм.
• Карабин «Арисака» 6,5×50SR → карабин «Арисака» 7,62×50SR → карабин «Арисака» 9×50SR. Ствол 487 мм.

Насколько массовой проблема износа стволов была в эпоху до хромирования, можно судить по данному документу:

https://istmat.org/node/25872

По нему же можно понять ценность дореволюционных запасов винтовок, миф о неубиваемости которых до сих пор гуляет по просторам интернета. Год ещё 1914, а восстановление стволов уже производится достаточно варварским способом по нормам военного времени.