Не первый броненосец, но кошмар самураев: как корейский корабль-черепаха ломал японский флот
Весной 1592 года японская армия высадилась в Корее и начала стремительно двигаться на север. Сухопутные войска государства Чосон терпели одно поражение за другим, столица была оставлена, а королевский двор бежал к китайской границе. Казалось, замысел Тоётоми Хидэёси близок к успеху: Корея должна была стать первой ступенью большой войны за завоевание Минского Китая.
Но наступавшая армия зависела от моря. Десятки тысяч солдат требовалось снабжать продовольствием, порохом, оружием и подкреплениями, доставляемыми через Корейский пролив в Пусан, а затем вдоль побережья. Именно здесь японцев ожидал противник, которого они недооценили: корейский флот адмирала Ли Сун Сина и его самый необычный корабль — кобуксон, или «корабль-черепаха».
Популярная легенда называет кобуксон первым броненосцем в истории, появившимся почти за три столетия до европейских бронированных фрегатов. Однако доказательств того, что корабль действительно был покрыт железными плитами, нет. Правда о нём оказалась несколько прозаичнее — и одновременно интереснее. Корейцы создали не средневековый линкор, а специализированную закрытую штурмовую платформу, идеально приспособленную для разрушения японской тактики морского боя.
Японцы собирались победить на суше
Вторжение в Корею не было обычным самурайским набегом. Хидэёси перебросил через море около 150 тысяч человек — одну из крупнейших морских десантных армий XVI века. Японские отряды состояли из опытных воинов и располагали большим количеством фитильных аркебуз, уже доказавших свою эффективность в междоусобных войнах эпохи Сэнгоку.
Корея оказалась плохо подготовлена к удару. Пограничные крепости падали одна за другой, командиры бежали, а собранные в спешке армии не могли остановить наступление. Японские войска быстро захватили Пусан, двинулись к Сеулу и затем к Пхеньяну.
На море положение выглядело иначе. Японские суда прекрасно справлялись с перевозкой солдат, лошадей и грузов, но большинство из них не проектировалось для продолжительной артиллерийской дуэли. Типичный японский способ морского боя предполагал сближение, обстрел из луков и аркебуз, а затем абордаж. Если самураям удавалось перебраться на палубу неприятельского корабля, преимущество обычно оказывалось на их стороне.
Корейский флот был построен вокруг другой идеи. Его паноксоны представляли собой прочные плоскодонные корабли с высокими бортами и многочисленными пушками. Они могли разворачиваться на ограниченном пространстве, использовать вёсла независимо от ветра и расстреливать противника с дистанции. Кобуксон стал специализированным дополнением к этим артиллерийским кораблям.
Ли Сун Син готовился к войне, в которую никто не верил
Ли Сун Сина часто называют изобретателем корабля-черепахи, но подобные суда существовали в Корее по меньшей мере с начала XV века. Адмирал не придумал кобуксон с чистого листа — он переработал старую конструкцию и превратил её в практическое боевое средство.
В 1591 году Ли Сун Сина назначили командующим левым флотом провинции Чолла. Война ещё не началась, однако новый командующий проверял склады, ремонтировал укрепления, наказывал нерадивых офицеров, обучал артиллеристов и восстанавливал корабли. Одновременно на верфях строился новый кобуксон.
Записи адмирала показывают, что работы завершались буквально накануне вторжения. В феврале 1592 года флот получил ткань для парусов корабля-черепахи, в марте на нём испытывали пушки, а 12 апреля прошли очередные стрельбы. На следующий день японская армия начала высадку в Корее.
Такая подготовка и стала первым преимуществом Ли Сун Сина. Пока другие командиры пытались понять, что происходит, его экипажи уже знали свои места, корабли были обеспечены боеприпасами, а разведчики следили за движением противника.
Что находилось под черепашьим панцирем
Точного чертежа кобуксона времён Ли Сун Сина не сохранилось. Известные сегодня изображения относятся в основном к концу XVIII века, когда конструкция кораблей уже изменилась. Поэтому почти каждая современная реконструкция в той или иной степени является предположением.
Скорее всего, кобуксон строился на основе корпуса паноксона. Его главным отличием была закрытая верхняя палуба, образовывавшая выгнутую крышу. Экипаж, гребцы и артиллеристы находились внутри корпуса и были защищены от стрел, пуль и попыток абордажа.
На крыше устанавливались острые железные шипы или клинки. Перед боем их могли прикрывать соломой или циновками. Японский воин, попытавшийся спрыгнуть на такую палубу, рисковал напороться на шипы, поскользнуться на изогнутой поверхности или оказаться под огнём из скрытых отверстий.
На носу располагалась голова дракона или черепахи. Через её пасть могла стрелять пушка. Некоторые описания также связывают её с устройством для выпуска дыма, затруднявшего противнику обзор. Пушечные порты находились по бортам, на носу и корме, поэтому корабль мог вести огонь в разных направлениях.
Вёсла оставались защищены корпусом. Это позволяло кобуксону маневрировать рядом с противником, не опасаясь, что японские стрелки быстро выведут гребцов из строя. Закрытая конструкция одновременно скрывала численность и действия экипажа: неприятель видел приближающееся низкое судно, но не мог понять, сколько внутри людей и откуда последует следующий выстрел.
Был ли кобуксон железным?
Именно этот вопрос превратил корабль-черепаху в историческую сенсацию. Если его крыша действительно была покрыта железными плитами, Корея создала броненосное судно за несколько столетий до появления французской Gloire и британского Warrior.
Проблема заключается в отсутствии прямого подтверждения. В сохранившихся корейских описаниях времён войны упоминаются деревянная крыша и железные шипы, но не сплошная металлическая обшивка. Ли Сун Син, подробно фиксировавший подготовку флота и боевые действия, также не сообщает о железной броне.
В некоторых японских документах говорится о корейских кораблях, защищённых железом. Но эти записи допускают разные толкования: авторы могли иметь в виду металлические крепления, шипы или отдельные листы, а не сплошной панцирь.
Дополнительные сомнения вызывает масса конструкции. Полноценная железная крыша сделала бы корабль тяжелее, ухудшила манёвренность и подняла центр тяжести. Деревянные доски достаточной толщины и без того хорошо защищали людей от стрел и пуль фитильных ружей. Исследователи спорят о металлическом покрытии кобуксона более ста лет, но пока безопаснее считать его не броненосцем, а закрытым деревянным кораблём с железными защитными элементами.
Это, однако, не делает конструкцию примитивной. Её создатели исходили не из желания установить рекорд, а из конкретной боевой задачи: доставить пушки к самому центру вражеского строя, сохранив экипаж и не позволив японцам перейти к абордажу.
Корабль, который шёл первым
Кобуксон не был корейским аналогом линкора и не составлял основу флота. Главную огневую работу выполняли многочисленные паноксоны. Кораблей-черепах построили лишь несколько, а их задача заключалась в том, чтобы идти впереди основной линии.
При сближении кобуксон врывался в японское построение, обстреливал суда с близкой дистанции и вынуждал их нарушать строй. Закрытая крыша защищала экипаж от аркебуз, а шипы лишали японцев возможности использовать любимый приём — массовый абордаж. Следовавшие за ним паноксоны окружали дезорганизованного противника и уничтожали его артиллерийским огнём.
Это было сочетание нескольких элементов: передового штурмового корабля, дистанционного пушечного боя и управления всей эскадрой. Современные исследования корейской тактики описывают именно такую последовательность: удар кобуксонов в авангарде, окружение и подавление неприятеля огнём паноксонов.
Иногда корабль-черепаху изображают таранящим японские суда. Он действительно мог толкнуть или повредить более лёгкий корабль, но намеренно разбивать собственным носом вражеские корпуса было бы слишком опасно. Главным оружием оставались пушки, а сближение повышало точность стрельбы.
Первое появление «черепахи»
Первое подтверждённое участие кобуксона в бою произошло у Сачхона 29 мая 1592 года по корейскому лунному календарю, или 8 июля по григорианскому. В распоряжении объединённого корейского флота находилось около двух десятков паноксонов и по меньшей мере один корабль-черепаха.
Японские суда стояли у берега под защитой стрелков. Ли Сун Син изобразил отступление, заставив противника выйти на открытую воду. Когда японцы бросились в погоню, корейская эскадра развернулась. Кобуксон пошёл первым, сблизился с неприятелем и открыл огонь, после чего в бой вступили остальные корабли. Японская группа была уничтожена. Именно у Сачхона корабль-черепаха впервые продемонстрировал, для чего его строили: не для одиночной дуэли, а для прорыва и разрушения неприятельского построения.
Но решающие победы Ли Сун Сина объяснялись не одним секретным оружием. Адмирал постоянно использовал разведку, выбирал удобное место боя, выманивал японцев из портов и не позволял превратить артиллерийское сражение в рукопашную схватку.
Кульминацией первого года войны стала битва у острова Хансандо. Корейский флот применил построение, известное как «крыло журавля»: центр отступал, увлекая японские корабли вперёд, а фланги постепенно охватывали их. Оказавшись внутри дуги, японцы попадали под сосредоточенный огонь с нескольких направлений.
После Хансандо японский флот уже не смог свободно продвигаться вдоль западного побережья. План совместного наступления сухопутных и морских сил оказался сорван, а снабжение находившихся в Корее войск стало значительно сложнее.
Корабль-черепаха не выиграл войну в одиночку
В популярной истории кобуксон иногда превращается в непобедимое чудо-оружие, уничтожавшее целые японские флоты. Реальность была сложнее.
Кораблей-черепах было мало. Основу эскадр составляли паноксоны, а победы обеспечивались подготовкой экипажей, превосходством корейской корабельной артиллерии, разведкой и решениями Ли Сун Сина. Сам кобуксон действовал эффективно только как часть этой системы.
Даже господство на море не могло немедленно изгнать огромную японскую армию. В войну вступили войска Минского Китая, в тылу захватчиков разворачивалось корейское сопротивление, а боевые действия растянулись до 1598 года. Но флот лишил Хидэёси возможности беспрепятственно снабжать наступающие армии и расширять войну морским путём.
Показательно, что, когда Ли Сун Сина отстранили от командования, корейский флот почти полностью погиб при Чхильчхонряне. Корабли остались теми же, но без системы подготовки и управления технологическое преимущество исчезло. Вернувшийся адмирал восстановил остатки сил и снова остановил японцев.
Так был ли он предтечей броненосцев?
С технической точки зрения называть кобуксон первым броненосцем преждевременно. Нет убедительных доказательств сплошного железного покрытия, а его конструкция, движитель и вооружение мало напоминали океанские бронированные корабли XIX века.
Но в более широком смысле сравнение не лишено основания. Кобуксон объединял защищённый экипаж, мощное артиллерийское вооружение, независимую от ветра манёвренность и способность действовать непосредственно в центре неприятельского строя. Его создатели пытались решить ту же задачу, которую позднее решали конструкторы броненосцев: позволить кораблю приблизиться к противнику, выдержать ответный огонь и нанести разрушительный удар.
Самое интересное в этой истории состоит именно в том, что корейскому кораблю не требовалось быть настоящим броненосцем. Он был создан против конкретного врага и лишал его главного преимущества. Японцы стремились подобраться ближе и отправить на неприятельскую палубу самураев. Кобуксон приглашал их приблизиться — а затем встречал закрытой крышей, скрытыми шипами и пушечным огнём.
Корабль-черепаха не опередил своё время на три столетия. Он оказался идеально приспособлен к собственному времени — и потому был не менее опасен.
