Исторический перелом. Израиль впервые терпит поражение в войне с арабами — что теперь ждёт Ближний Восток?
2
С момента своего основания, в 1948 году, Израиль постоянно воюет со своими арабскими соседями. В этих войнах они сталкивались с настоящими монстрами, такими как Египет или Сирия, превосходящие Израиль по населению в десять и более раз. Каждая из этих войн могла стать для Израиля последней, однако еврейское государство, не без помощи своих американских союзников, во всех войнах уверенно побеждал. Что часто многих удивляло, так как противников Израиля поддерживал СССР.
При этом соседний Ливан, был самым слабым из всех противников Израиля, и казалось, тут то точно не может быть никаких проблем. Но текущая военная операция Израиля против, даже не государства, а религиозной организации «Хезболла» явно идёт не по плану. И всё указывает на то что Израиль терпит первое в своей истории поражение. Но обо всём по порядку.
Содержание:
Новый противник: кто такая «Хезболла»
«Хезболла» появилась не вчера: движение оформилось в 1982 году как сила, противостоящая израильской оккупации Ливана. Это ливанская шиитская организация, опирающаяся на поддержку Ирана — точнее, Корпуса стражей исламской революции. На протяжении гражданской войны в Сирии «Хезболла» воевала на стороне Асада, что обеспечило ей разносторонние контакты, в том числе с Россией, и доступ к современным образцам вооружений.
Применение беспилотных летательных аппаратов «Хезболлой» против Армии обороны Израиля стало одним из ключевых элементов асимметричной тактики в регионе. По состоянию на весну 2026 года эта тенденция продолжает нарастать. В отличие от расхожих представлений о «кустарных дронах», арсенал БПЛА «Хезболлы» вполне структурирован и опирается на иранскую школу беспилотия. В нём представлены разведывательные и ударные дроны Mirsad, аппараты большой дальности Ayoub, иранские барражирующие боеприпасы Shahed, управляемые боеприпасы класса «дрон-ракета» Almas, а также массовый сегмент FPV-дронов кустарной сборки с боевой частью на основе кумулятивных гранат.
Распределение задач выглядит следующим образом: барражирующие боеприпасы предназначены для точечного поражения бронетехники, радиолокационных станций и систем наблюдения; FPV-дроны работают на ближних дистанциях в режиме реального времени, обходя рельеф и укрытия; разведывательные БПЛА вскрывают позиции и корректируют огонь. Атаки направлены преимущественно на личный состав и технику ЦАХАЛ на юге Ливана и на военные объекты в приграничной полосе.
Технологический ответ и его пределы
Малоразмерные дроны, летящие на сверхмалых высотах и использующие сложный горный рельеф южного Ливана, представляют серьёзную проблему для традиционных систем израильской ПВО. «Железный купол» в его базовой конфигурации оптимизирован под перехват реактивных снарядов и ракет, а не низколетящих малозаметных целей. Радары часто не успевают вовремя засечь такие цели; перехват экономически невыгоден из-за колоссальной разницы в стоимости зенитной ракеты и дешёвого беспилотника. При этом БПЛА сами успешно атакуют радары, которые их не видят.
Было бы несправедливо описывать ситуацию как одностороннюю. ЦАХАЛ за последние два года развернул и продолжает наращивать целый эшелон антидроновых средств. Среди них лазерный комплекс Iron Beam с заявленной стоимостью выстрела около двух долларов, морская версия «Железного купола» C-Dome, специализированные антидроновые комплексы Drone Dome и Skylock Dome, оптико-электронные прицелы Smash 2000 для борьбы с малыми дронами, а также системы РЭБ на базе платформ Elbit и IAI.
Эффективность этого эшелона неоднозначна. Израильские антидроновые средства показывают высокую результативность против одиночных и малочисленных групп БПЛА, но проседают при массированных налётах и в условиях горного рельефа, где оптика и радары теряют сектора обзора. Лазер Iron Beam, ожидавшийся как «серебряная пуля», ограничен погодными условиями и пропускной способностью одной установки — против одиночной цели работает превосходно, против роя — нет. Иными словами, технологический ответ есть, и он серьёзный. Но ни один из перечисленных комплексов не закрывает проблему полностью, а их развёртывание не успевает за темпом масштабирования угрозы со стороны «Хезболлы».
Что стоит на вооружении Хезболлы?
Вопреки распространённому мнению о примитивных самодельных дронах, арсенал беспилотных летательных аппаратов «Хезболлы» имеет чёткую структуру и базируется на иранской школе разработки БПЛА:
- Mirsad-1/Mirsad-2 — аппараты разведки и нанесения ударов, созданные на основе иранского Mohajer. Используются для сбора данных и точных атак на цели вблизи границы.
- Ayoub — разведывательный дрон с большим радиусом действия, известный с 2012 года, когда один такой аппарат проник глубоко на территорию Израиля до города Димона.
- Shahed-101 / Shahed-131 — иранские дроны-камикадзе, которые попадают к «Хезболле» через Сирию. Эти же платформы Россия применяет на Украине под названием «Герань-2».
- Almas — иранский управляемый снаряд класса «дрон-ракета», предназначенный для поражения бронетехники. — FPV-дроны кустарного и полукустарного производства, некоторые оснащены кумулятивными боеголовками от гранатомётов РПГ-7 — это массовый, дешёвый расходный элемент.
Распределение функций выглядит следующим образом:
- Дроны-камикадзе — точечное уничтожение бронетехники, радиолокационных станций, систем наблюдения и укреплённых точек.
- FPV-дроны — поражение целей на коротких дистанциях в реальном времени, используя рельеф и укрытия для обхода защиты.
- Разведывательные БПЛА — обнаружение позиций противника, корректировка огня, изучение работы израильских систем ПВО.
Атаки в основном направлены на личный состав и технику ЦАХАЛ на юге Ливана, а также на военные объекты в приграничной зоне. Это тактика переднего края — без проникновений вглубь израильской территории. По крайней мере, пока.
Небольшие дроны, летящие на предельно малых высотах и использующие сложный горный ландшафт южного Ливана, создают серьёзные трудности для традиционных средств израильской противовоздушной обороны. Согласно данным Reuters и The War Zone, «Железный купол» в стандартной версии настроен на перехват реактивных снарядов и ракет, а не низколетящих малозаметных объектов. Радары часто не успевают своевременно обнаружить такие цели; перехват экономически нецелесообразен из-за разницы в стоимости зенитной ракеты Tamir (около 50 тысяч долларов) и дешёвого дрона, который стоит на два-три порядка дешевле. Кроме того, сами БПЛА успешно атакуют радары, которые их не замечают: показательным примером стал удар «Хезболлы» по позиции комплекса Iron Dome в районе [уточнить населённый пункт] в [уточнить дату].
Применение дронов «Хезболлой» носит комбинированный характер: запуски синхронизируются с действиями противотанковых ракетных комплексов (в основном «Корнет» и его иранских копий Dehlavieh), артиллерии и собственных средств ПВО (включая переносные зенитно-ракетные комплексы и иранские ЗРК малой дальности). Это позволяет наносить максимальный урон наземным силам и сковывать передвижения израильской армии в приграничной зоне.
Три фактора, сдерживающие ЦАХАЛ
Первый фактор — асимметричная тактика «Хезболлы». Организация давно перестала быть просто вооружённой группировкой и превратилась в высокоорганизованную полурегулярную силу, применяющую методы асимметричной войны. Южный Ливан — горная местность с густой растительностью и развитой сетью подземных тоннелей, бункеров и замаскированных позиций, строившейся последние двадцать лет. Это нивелирует преимущество Израиля в бронетехнике и авиации. Ставка делается на массовое применение дешёвых беспилотников и современных ПТРК. Вместо лобовых столкновений — тактика мелких мобильных групп, наносящих точечные удары и быстро отходящих.
Второй фактор — война на нескольких фронтах и стратегическое истощение. ЦАХАЛ вынужден распределять силы между сектором Газа, Западным берегом и северным направлением против Ливана. Это истощает ресурсы — и материальные, и человеческие. Усталость армии и общества — отдельный фактор: длительная мобилизация резервистов, растущие потери, психологическое выгорание. Одно дело — настроение премьер-министра, посылающего солдат в Ливан, и другое дело — настроение солдат, понимающих, что Биньямин Нетаньяху в бой с ними не пойдёт.
Третий фактор — проблемы с ПВО и разведкой. Главное разочарование Израиля — выявленная уязвимость «Железного купола» против низколетящих малоразмерных дронов и массированных ракетных залпов с малых дистанций. Разведка тоже буксует. Израильские службы не всегда могут вскрыть замаскированные позиции и логистические цепочки «Хезболлы» в условиях южного Ливана. У «Хезболлы» там заранее подготовленные позиции, в том числе тоннельная система, которая, по оценкам экспертов, превосходит инфраструктуру ХАМАС в Газе по протяжённости и инженерной сложности.
Человеческая цена: ПТСР и самоубийства
Проблема самоубийств среди военнослужащих ЦАХАЛ приобретает всё большую остроту. По данным израильских СМИ, динамика выглядит тревожно: если в 2023 году было зафиксировано 17 завершённых самоубийств, то в 2024 году — уже 21 случай, а в 2025 году — 22 случая, что является самым высоким показателем за последние 15 лет. За полтора года в ЦАХАЛ зафиксировано 279 попыток самоубийства.
Большинство случаев — как завершённых, так и попыток — приходится на солдат срочной службы и военнослужащих боевых частей, непосредственно участвующих в боевых действиях. Связь с ПТСР и боевым стрессом прямая: длительное пребывание в зоне конфликта, постоянная угроза жизни, гибель сослуживцев — всё это разрушительно действует на психику. Это контрастирует с публичным образом ЦАХАЛ, всегда подаваемым в логике «армия в кольце врагов, готовая к отражению любой агрессии». В израильском обществе и СМИ звучат обвинения в адрес армейского руководства в сокрытии реальных масштабов проблемы и потерь — чтобы не допустить падения морального духа.
Три сценария будущего
Из текущего положения вещей просматриваются три сценария развития событий.
- Первый — замораживание по линии «Голубой черты». Стороны фиксируют статус-кво: Израиль признаёт невозможность военного решения в обозримой перспективе, «Хезболла» соглашается на снижение интенсивности атак в обмен на отвод части израильских сил. Это наиболее вероятный, но наименее устойчивый вариант — любая провокация рушит хрупкий баланс.
- Второй сценарий — эскалация с выходом на иранский уровень. Удар «Хезболлы» вглубь Израиля с большими потерями вынуждает ЦАХАЛ к расширенной операции, в которую втягивается Иран. Это сценарий с риском региональной войны и прямым вовлечением США.
- Третий сценарий — затяжная война на истощение. Текущая динамика сохраняется на годы: ползучие потери, дроновая война, психологическое выгорание израильского общества, постепенное вытеснение «Хезболлой» израильских частей из приграничной полосы. Афганский сценарий в ливанском исполнении.
Какой из сценариев реализуется — зависит не столько от ЦАХАЛ, сколько от способности израильского общества выдержать темп. Фактор усталости от войны может проявиться в Израиле сильнее, чем рассчитывают в Тель-Авиве. И в этих условиях сама постановка вопроса о «победе» над «Хезболлой» в её военном понимании выглядит всё менее реалистичной. Ближний Восток стоит на пороге нового исторического перелома, последствия которого могут перевернуть региональный баланс сил на десятилетия вперёд.
По материалам — https://topwar.ru/281905-chto-ne-tak-v-zemle-obetovannoj.html
