После нескольких ударов по иранской авиабазе «Орёл-44» логичным решением казалось бы прекратить работы и рассредоточить уцелевшую технику. Иран поступил наоборот. Пока разрушенные здания остаются лежать в руинах, строители расчищают рулёжные дорожки и прокладывают новый путь к тоннелям в горе. Тегеран явно не считает подземную базу потерянной — даже после того, как противник на практике показал, куда именно нужно бить, чтобы запереть её самолёты под землёй.
Аэродром, спрятанный в Загросе
Иран впервые показал базу «Орёл-44», или Oghab 44, в феврале 2023 года. Число в названии напоминало о 44-й годовщине Исламской революции, а официальные кадры должны были продемонстрировать новую степень защищённости иранской авиации. По освещённым тоннелям двигались истребители F-4 Phantom, рядом стояли беспилотники и авиационные боеприпасы. Иранские военные утверждали, что комплекс способен принимать самолёты, вооружённые крылатыми ракетами большой дальности.
Само место было выбрано неслучайно. База находится в провинции Хормозган, примерно в 160 километрах от Ормузского пролива, через который проходит один из важнейших морских путей мира. Подземные ангары прорубили в предгорьях Загроса, а на поверхности построили взлётную полосу длиной около 4,3 километра. Четыре входа ведут в основной тоннельный комплекс, а самолёты должны попадать к полосе по двум рулёжным дорожкам, часть которых проходит сквозь соседний горный отрог.
Работы здесь начались ещё в 2013 году, но строительство полосы развернулось значительно позже. К моменту торжественного открытия база всё ещё оставалась незаконченной. Одна рулёжная дорожка работала, вторая продолжала строиться, а устройство внутренних помещений было известно лишь по тщательно отобранным кадрам иранского телевидения.
Зачем прятать старые самолёты в горе
Внешне «Орёл-44» выглядит как попытка решить главную проблему иранских ВВС при помощи миллионов тонн камня. Большая часть боевой авиации страны состоит из машин, приобретённых ещё до революции 1979 года или полученных несколько десятилетий назад. На открытом аэродроме такие самолёты, склады топлива и ремонтные мастерские становятся удобными целями для высокоточного оружия.
Гора позволяет сохранить технику после первого удара. Самолёты можно заправлять, вооружать и обслуживать в тоннелях, а затем быстро выводить к полосе. Даже несколько уцелевших F-4 с противокорабельными или крылатыми ракетами способны создать угрозу кораблям и базам в Персидском заливе. Под землёй также можно размещать беспилотники, ракеты и запасы боеприпасов, поэтому ценность комплекса не исчезает вместе с сокращением парка пилотируемой авиации.
Однако горная толща защищает только то, что находится внутри. Самолёту всё равно нужны выход из тоннеля, рулёжная дорожка и открытая взлётная полоса. Именно эти элементы превращают огромную подземную крепость в систему с несколькими хорошо заметными уязвимыми точками.
Противник не стал пробивать гору
В 2026 году «Орёл-44» пережил как минимум три серии ударов. Первые не оставили хорошо различимых повреждений, но в конце марта спутники зафиксировали воронки возле выходов из тоннелей, разрушенное здание и повреждения рулёжных дорожек. На полосе появились небольшие насыпи — вероятно, их разместили сами иранцы, чтобы помешать чужим самолётам воспользоваться аэродромом.
Смысл ударов был прост: уничтожать подземные ангары необязательно. Достаточно перебить дороги между ними и полосой. Самолёты, топливо и оружие могут остаться целыми, но превратятся в имущество на складе, если их невозможно вывести наружу. В июле базу атаковали снова. На снимках появились новые воронки, разбитая техника и повреждённые объекты строительной части.
Теоретически США располагают тяжёлыми противобункерными бомбами, способными попытаться достать более глубокие помещения. Но наиболее мощную GBU-57 могут применять только бомбардировщики B-2, а число таких боеприпасов ограничено. Для временного вывода базы из строя гораздо дешевле регулярно разрушать её выходы и рулёжные дорожки. Их можно отремонтировать, но каждый ремонт требует времени, техники и людей — и сам становится заметен со спутника.
Что изменилось после ударов
Снимки Planet Labs, сделанные в конце сентября, показали, что Иран выбрал восстановление. Препятствия с главной полосы убрали, обломки поражённой техники столкнули с действующей рулёжной дорожки, а строители завершили новый бетонный участок второго маршрута к подземным ангарам. За горным проходом уже подготовлено основание для следующего отрезка.
При этом два здания в служебной зоне остаются разрушенными, третье повреждено, а воронки перед западными входами всё ещё видны. Похоже, Иран в первую очередь восстанавливает не комфорт и не всю инфраструктуру, а возможность выводить технику из горы. Вторая рулёжная дорожка устранит прежнее узкое место: если один путь снова будет перерезан, у самолётов или беспилотников останется другой.
По спутниковым снимкам нельзя определить, что сейчас находится внутри тоннелей и сколько боеспособных самолётов осталось у Ирана. Но продолжение стройки говорит о том, что Тегеран рассматривает комплекс шире обычного аэродрома. Даже если иранская авиация понесла тяжёлые потери, гора может защищать беспилотники, крылатые и баллистические ракеты, боеприпасы и технику.
«Орёл-44» не оказался ни неуязвимой крепостью, ни бесполезной декорацией. Удары показали, что подземную базу можно запереть, не пробивая саму гору. Восстановление показало обратное: запереть её навсегда намного труднее. Пока тоннели целы, Ирану достаточно снова расчистить несколько сотен метров бетона — и база возвращается в игру.
