Владимир Николаевич Челомей – фигура в нашей космонавтике достаточно неоднозначная. Для одних, он выдающийся ракетчик армии, обеспечивший ракетно-ядерный паритет с США. Для других – конкурент великого Королёва, мешавший ему творить историю нашей космонавтики.
Одно совершенно очевидно – Челомей — великий ум, каких на Земле мало, математик, и инженерный гений, ничуть не уступавший, а возможно, даже превосходивший того же Королёва, бравшего, прежде всего талантом великого организатора.
Вот и возникла идея, рассмотреть альтернативу, где нашу пилотируемую космонавтику двигает не Королёв и его ОКБ-1, а ОКБ-52 Челомея.
Точкой «бифуркации», назначим 3 августа 1964 года, когда Челомей подписал аванпроект миссии по пилотируемому облёту Луны одноместным кораблём ЛК-1 раньше американцев.
Идея была, с инженерной точки зрения, предельно рациональной. Новейшая РН тяжёлого класса УР500К («Протон»), выводит на орбиту предельно «обжатый» корабль, состоящий из трёх блоков: разгонного, агрегатного и «возвращаемого аппарата» (ВА), представлявшего из себя одноместную коническую капсулу по форме, больше всего напоминающую капсулу американского «Джемини».
Идея миссии тоже была простой – старт, разгон, петля вокруг Луны и вход ВА в атмосферу Земли на второй космической скорости. Ничего лишнего.
В процессе работы, КБ удалось с одной стороны, улучшить ТТХ РН, а с другой, «оптимизировать» конструкцию корабля так, что в сумме, корабль уже стал двухместным.
Но, в 1965 году, идею Челомея «перехватило» ОКБ-1 Королёва, до этого усиленно «трахавшееся» с программой «Союз», предполагавшей использование своей привычной королёвской «семёрки» для сборки на орбите Земли, по многопусковой схеме, «многомодульного» корабля для облёта Луны. Сам корабль (тот самый «Союз»), дополнительный бытовой отсек, разгонный блок (а то и несколько – в зависимости от его характеристик), который ещё предстояло заправить специальным кораблём-танкером! В общем, предстояло построить на орбите целый «космический поезд», да ещё и заправить его горючим.
Проект Челомея выглядел перспективнее настолько, что Королёв немедленно «отжал» тему и кинулся её перекраивать под предельно облегченный «Союз» (лишённый штатного бытового отсека). Но, работа, которую планировали выполнить предельно быстро (используя на всю катушку заделы обоих КБ) очень сильно затянулась. Первый корабль, в беспилотной версии под названием «Зонд-4», облетел Луну только 2 марта 1968 года, но из-за отказов бортового оборудования, при возвращении на Землю был подорван с помощью системы самоликвидации.
Наверное, больше всего были расстроены космонавты, уже несколько лет упорно готовившиеся к облёту Луны и которым обещали эту миссию, после 2-3 удачных беспилотных полётов.
Вот только ни одного удачного беспилотного полёта добиться прежде американцев так и не удалось. Ещё до «Зонд-4», 24 февраля того же 1968 года, Луну облетел корабль «Аполлон-8» (Борман, Ловелл и Андерс).
Первый и единственный полностью удачный полёт, совершил в автоматическом режиме «Зонд-7» 8 августа 1969 года – это был уже двенадцатый (!) запуск в рамках миссии. Представляю истерику публики, если бы с такой же «эффективностью» работал нынешний Роскосмос!
Последний, 13-й запуск, состоялся 20 октября 1970 года. Корабль «Зонд-8» успешно облетел Луну, но из-за очередного отказа бортового оборудования, совершил неуправляемый «баллистический спуск» в воды Индийского океана. В итоге, от этой, давно ставшей бесперспективной программы, отказались и два, изготовленных для пилотируемых полётов корабля, «сдали в утиль».
Теперь, представим, что тема остаётся в КБ Челомея. Т. е. нет необходимости полной переработки проекта под «Союз», который тоже ещё надо полностью переделать. Зато КБ Челомея, имея такой же доступ к разработкам КБ Королёва, получает всю необходимую информацию для скорейшего изготовления своей одноместной капсулы ВА. «Мутить», теряя время, двухместный вариант, одновременно создавая дополнительные проблемы ракетчикам нет никакой нужды (эти проблемы с РН потом вылезут, обернувшись несколькими отказами и самой РН, и разгонного блока). Тем более, что для двух космонавтов и система жизнеобеспечения потребуется более… «тяжёлая» и, что уж греха таить, рисковать двумя жизнями, вдвое сложнее, чем одной.
Понятно, что провести 7 суток в предельно «ужатой» капсуле ВА космонавту будет чертовски сложно. Но, наверное, не сильно сложнее, чем тесниться вдвоём, в совсем чуть-чуть большем объёме, как те американские астронавты в своём «Джемини». Кто не в курсе, это маленький конусовидный кораблик, кабина астронавтов в котором, состояла лишь из двух, рядом стоящих, катапультируемых кресел. И при отсутствии какого бы то ни было свободного пространства и, тем паче туалета как такового, американцы умудрились довести продолжительность пилотируемого полёта «Джемини» до ДВУХ НЕДЕЛЬ! Так что, для специально тренированного профессионального космонавта – нет в этой задаче ничего невозможного. Это часть их работы. Зато! У нас уже не будет многих проблем, которые шаг за шагом решало КБ Королёва, заранее осложнив себе, «упрощённую» с виду задачу, и у нас будет ещё целый год запаса по времени, чтоб обойти американцев.
И, уж коли у нас, нет ни малейшего шанса опередить США в высадке на Луну, мы получим ещё один «приоритет» в пилотируемом облёте Луны. «Мелочь – а приятно».
А Королёв со своим КБ – пусть работает над высадкой на Луну, изначально понимая, что вопрос первенства ради голого престижа, уже не стоит вовсе – мы слишком поздно включились в гонку. Да и ресурсов было выделено явно маловато, чтоб конкурировать с США «на короткой дистанции».
Главный лейтмотив: «СССР нужен не престиж, а эффективность!». Не высадка ради высадки и втыкания флага, а интересная научная программа, чтоб люди могли не просто высадиться, чтоб «пофоткаться» и пособирать камней на сувениры, а минимум две недели интенсивно и эффективно работать на поверхности Луны. Чтоб с научной точки зрения, результат оправдал затраты на экспедицию.
Челомей предлагал и такую программу! И опять, всё просто и логично.
Никаких «перестроений» блоков-кубиков составного корабля на орбите Земли или Луны. Один большой корабль, стартующий с Земли, летящий прямым ходом на Луну и, сбросив уже не нужный разгонный блок, совершающий посадку. Там космонавты работают столько сколько нужно – благо, это не убогая «посадочная капсула», а полноценный корабль со всем необходимым. После чего, взлётная ступень корабля, стартует и опять-таки идёт прямым ходом на Землю, разделяясь на спускаемый аппарат и всё прочее, уже при входе в атмосферу.
Кстати, именно так и американцы представляли себе наиболее оптимальный, изначальный вариант программы «Аполлон». И только, явно недостаточная грузоподъёмность РН «Сатурн-5», заставила их пересмотреть «концепцию» в сторону максимального облегчения, ценой резкого снижения эффективности. Впрочем, для сугубо «престижных» соображений, им вполне хватило.
Челомей, так же прекрасно понимал, что серьёзная экспедиция с прямым полётом большого корабля, потребует создания сверхтяжёлого РН грузоподъёмностью не менее 130, а ещё лучше, не менее 140 т.! И 16 ноября 1966 года, он предложил аванпроект и корабля, и РН УР700 для решения этой задачи. Самое интересное, в реализуемости и перспективности данной программы, Челомея поддержал даже Глушко!
Но, увы, «экспертная комиссия», дала «добро» только на эскизное проектирование комплекса УР700-ЛК700. Все ресурсы были брошены на проект «лунной миссии» от ОКБ Королёва.
(Сверхтяжёлая ракета и «лунный корабль» ОКБ-52 Челомея)
Теперь, представим, что ПОСЛЕ УСПЕШНОГО завершения миссии по пилотируемому облёту Луны, программе Челомея (ставшего за эту миссию внеочередным Героем Социалистического Труда и самым авторитетным космическим конструктором) по высадке на Луну, придали приоритет, а Королёва отодвинули на второй план, дав ему добро на «эскизное проектирование» его любимого «тяжёлого межпланетного корабля».
Причём Челомей сумел убедить руководство, что ввязываться в «лунную гонку» с американцами уже бессмысленно. Мы прозевали её старт и таких «неограниченных» ресурсов, как у США (где у программы изначально был статус общенациональной), у нас нет. Поэтому! За американцами мы не гонимся. Нам нужен не «пиар», а весомый научный результат.
Смог бы Челомей осилить программу УР700-ЛК700? А почему нет? Особенно, если Королёв не будет тянуть одеяло на себя, «перехватывать» что понравится и вставлять палки в колёса, а Глушко, встанет с Челомеем плечом к плечу – благо между ним и Королёвым уже пробежала чёрная кошка.
И ещё раз напомню – никто не форсирует события! Хотя тема настолько интересная, а люди, тогда работавшие в космической отрасли, столь фанатично были преданы делу, что «погружение» в болото «стиля работы» нынешнего Роскосмоса, точно не грозит!
В итоге, рано или поздно, СССР осуществит свою «лунную» миссию. И это будет хорошая и полезная программа.
Далее. Тема орбитальных станций.
КБ Челомея приступило к форсированной разработке орбитальной станции первым – разумеется, в первую очередь в интересах МО. Королёв так же задумывался об этом, но в отдалённой перспективе, когда будут завершены работы по теме «Союз» (дав необходимый опыт по стыковкам объектов на орбите) и, когда закончится та дурацкая «Лунная гонка», втянувшая в себя все силы его КБ. (Втянувшая настолько, что была прекращена интересная программа полётов пилотируемых кораблей типа «Восход»).
12 октября 1964 года ОКБ-52 Челомея, приступило к проектным работам по посещаемой пилотируемой орбитальной станции «Алмаз» под свою УР500К и спустя три года, в 1967 году проект был полностью завершён и официально принят экспертной комиссией.
Но… Кто бы мог подумать! Тему, формально, решением Министерства Среднего Машиностроения (по факту – министерства оборонной и космической промышленности) передали в ОКБ-1 Королёва. И тему, и весь уже сделанный задел, включая документацию, готовые корпуса станций, оснастку и оборудование.
Там, тут же кинулись на базе «Алмаза» ваять свою «долговременную орбитальную станцию» и «перезатачивать» корабль «Союз» под её обеспечение (в КБ Челомея, проектировали свой транспортный корабль, но отложили разработку до завершения работы по орбитальной станции).
Понятно, что для КБ Королёва, «свои» станции, были «ближе к телу» и первым в космос 19 апреля 1971 года ушёл «Салют». Именно на нём отработал 24 суточную программу экипаж «Союз-11» (Добровольский, Волков и Пацаев), погибший при возвращении на Землю из-за дефекта в конструкции корабля.
Запуск следующего «Салюта» был неудачным из-за аварии второй ступени РН 29 июля 1972 года.
Но, станция, с преимущественно военным оборудованием, была очень нужна МО и поэтому, после спешной подготовки, 3 апреля 1973 года, на орбиту вывели самый старый «Алмаз-1» Челомея, под названием «Салют-2». Но, увы, на 13 сутки автономного полёта, станцию потеряли, вследствие её разгерметизации и последующего отказа оборудования.
Вместо неё 5 ноября 1973 года, на орбиту вывели «Салют-3» КБ Королёва, который так же был потерян из-за отказа оборудования.
(Кто там у нас, всё время устраивает истерики по «провалам» проектов Роскосмоса и тычет в «победы» советской космонавтики – провалов у которой, тоже хватало с избытком – никакое новое дело не получается «с наскока» — если только очень сильно не повезёт ВОПРЕКИ логике).
Эту аварию (как и все другие в СССР) не афишировали и для публики, объявили потерянный объект спутником «Космос-637», а имя «Салют-3» перешло к запущенному 25 июня 1974 года «Алмазу-2». Станция полностью отработала свою программу и была штатно затоплена в Тихом океане 24 января 1975 года. И, кстати, ещё до завершения её программы полёта, 26 декабря 1974 года, была запущена станция «Салют-4». Она так же полностью отработала свою программу и была сведена с орбиты в штатном режиме 3 февраля 1977 года. Более того, её держали на орбите, испытывая «на ресурс», до последней возможности, хотя ещё 22 июня 1976 года, на орбиту была выведена станция «Алмаз-3» под официальным названием «Салют-5». Она штатно проработала до 8 августа 1977 года и штатно была сведена с орбиты.
После этого, все работы по пилотируемым ОС типа «Алмаз» были прекращены, хотя именно Челомей предлагал новую станцию с несколькими стыковочными узлами (первой ОС с двумя стыковочными узлами был как раз «Алмаз-3») и увеличенной массой базового блока до 35 т.
Дальше, в космос выводились только пилотируемые станции НПО «Энергия» (наследник ОКБ Королёва) и специального КБ «Салют» («Салют-6», «Салют-7» и МИР).
А что же КБ Челомея? Там нашли новую интересную тему и начали разработку совершенно оригинального «Алмаза» — полностью автоматической станции, сочетавшей функцию сразу нескольких спутников и автоматизированных лабораторий, открывая тем самым новую страницу в космонавтике. Первую такую станцию построили в 1981 году. Но, наша космонавтика тогда уже начала «хромать и спотыкаться» – одновременно тянуть и программу пилотируемых ОС, и программу «Энергия-Буран», было невероятно сложно.
Сильно запоздалую попытку запустить автоматический «Алмаз» предприняли только в 1985 году (когда расходы на «Энергию-Буран» начали снижаться), но неудачную, из-за отказа РН.
Второй образец автоматического «Алмаза», под названием «Космос-1870» вывели на орбиту 18 июля 1987 года, и его работа, оказалась настолько эффективной, что уже в выдыхающемся СССР, наскребли деньжат на ещё одну, ещё более совершенную автоматическую станцию, которую вывели на орбиту 31 марта 1991 года под гордым названием «Алмаз-1»! Но, страна уже «летела в тар-тарары» и на этом всё закончилось. Увы и ах.
Ну, а если бы всё было «по-Челомею»?
Запускали бы «Алмазы». Никаких задержек с «Салютами». Никаких технологических проблем с параллельным выпуском и обслуживанием станций двух типов. К станциям с несколькими стыковочными узлами, перешил бы гораздо раньше. К более тяжёлым и многомодульным – тоже.
На многомодульности, как и обеспечении, остановлюсь особо.
Когда в КБ Челомея разработали «Алмаз», для его обеспечения, был задуман «транспортный корабль снабжения» (ТКС). Большой – выводимый на орбиту той же УР500К.
(Именно эту «концепцию» от Челомея, мы будем использовать в не столь далеком (я надеюсь) будущем. Тяжёлая «Ангара», будет выводить в космос и блоки орбитальной станции РОС, и пилотируемый корабль «Орёл»).
Первые прототипы ТКС начали испытывать в 1976 году. Корабль имел чрезвычайно продуманную и продвинутую конструкцию, состоящую из очень вместительного, универсального, функционально-грузового блока (ФГБ) и МНОГОРАЗОВОГО возвращаемого аппарата (ВА). ТКС мог доставлять на ОС экипаж, грузы, новое оборудование, горючее и т. д. и возвращать на Землю в многоразовом ВА и экипаж, и результаты исследований, и наиболее ценное оборудование.
Корабль успешно прошёл программу всесторонних испытаний и 17 июля 1977 года, состоялся первый беспилотный запуск полностью комплектного ТКС-1 под обозначением «Космос-929». Месяц спустя, ТКС успешно приземлил в заданном районе СССР ВА и продолжил полёт до исчерпания ресурса 3 февраля 1978 года!
Второй ТКС-2 («Космос-1267») стартовал 25 апреля 1981 года. 24 мая, он спустил в заданный район свой ВА, и после продолжительного автономного полёта, 19 июня, в автоматическом режиме, успешно пристыковался к станции «Салют-6», на исходе программы полёта ОС. После 400-суточного совместного полёта, именно импульсом двигателя ТКС, 29 июля 1982 года, и корабль и ОС были сведены с орбиты.
ТКС-3, запустили 2 марта 1983 года («Космос-1443»). 10 марта он успешно пристыковался к ОС «Салют-7», доставив на станцию большой объём грузов и оборудования, предоставив экипажу станции новые возможности для проведения экспериментов (часть из них, проводилась на борту ТКС, который стал частью конструкции ОС – её временным модулем). 14 августа ТКС-3 отстыковался, 23 августа вернул на Землю ВА с результатами работы космонавтов, и сам, штатно сошёл с орбиты 19 сентября 1983 года.
(ОС «Салют-7», ТКС-3 («Космос-1443») и ПКК «Союз-Т-9»)
Увы – несмотря на полный пакет сертификационных документов годности для осуществления пилотируемых полётов как самого ТКС, так и РН «Протон» (Для тех, кто не в курсе – это задокументированный факт, не смотря ни на какой гептил, ещё со времён тех самых «Зондов». К тому же, САС ТКС была настолько мощной, что гарантированно уводила ВА с космонавтами на безопасное расстояние, в случае любой аварийной ситуации), ни одного пилотируемого полёта на ТКС не было, а саму программу ТКС закрыли в конце кого же 1983 года, из-за нехватки финансов – все средства «сливались» в программу «Энергия-Буран».
(РН «Протон» с ТКС под головным обтекателем)
Оставшийся задел по кораблям ТКС, был использован для создания модулей станции МИР.
В АИ, где КБ Челомея «рулит», ТКС будут стабильно летать к ОС в грузо-пассажирском варианте, а сами ОС будут «прирастать» специализированными модулями на базе всё того же ТКС. Удобно? Безусловно!
А как же программа «Энергия-Буран»?
Эту тему в КБ Челомея так же вели в наиболее разумном и прагматичном виде. Там не городили огромное чудовище («шоб не худчее чем у американов!»), под непонятно какие задачи (ведь у нас есть УР500К, а если кому-то нужна сверхтяжёлая РН – то, в данной АИ, есть и УР700!) и разрабатывали альтернативный тяжёлому «Бурану», «лёгкий космический самолёт» (ЛКС), для выполнения, в основном, военных задач. По сути, аналог МПКК «Гермес» ЕКА. Тот же челнок, но лёгкий – выводимый на орбиту всё тем же «Протоном». При этом, он мог бы доставить на ОС до 8 человек (два пилота ЛКС и в грузовом отсеке пассажирская капсула на 6 человек) и полезного груза до 2,5 тонн – точно как «Прогресс». Ну, либо, при двух пилотах, аж 4 тонны полезных грузов.
Хорошее дополнение к ТКС, если нужны срочность и высокая «посещаемость» на ОС. И универсальность – ведь и блоки пилотируемых ОС, и автоматические ОС, и ТКС, и ЛКС – все выводятся на орбиту «Протоном»… Который со временем, заменила бы новая РН – более мощная, на экологически безопасном горючем, желательно многоразовая…
Вот такая у нас была бы альтернативная перспектива… от В. Н. Челомея.
П. С. Кстати, насчёт «отравляющего природу» гептила (несимметричный диметилгидразин C2H8N2). Да, сам по себе, это жуткий яд. Никто это не оспаривает. Но! Довелось мне как-то беседовать с одним человеком, который работал с этой отравой. Так вот. Есть, оказывается, некоторые нюансы… С его слов:
Во-первых, если происходит катастрофа с воспламенением гептила, он стремительно и практически без остатка сгорает, не отравляя по сути НИЧЕГО.
Во вторых, при разливе гептила, он распадается на два основных элемента (собственно гептил и амил – его окислитель – тоже ядовитый), один из которых естественным путём, довольно быстро нейтрализуется любой средой, в которую попадает, поскольку хорошо растворяется до вполне безопасных уровней концентрации, а другой компонент, просто стремительно испаряется, теряя всякую «смертельную опасность». Особенно в ветреную погоду. Все рассказки-страшилки про отравленную на многие годы почву, воду и воздух – очень сильное преувеличение, невероятно раздутое, со вполне меркантильной мотивацией, всякими «подгринписьниками». Чтоб реально что-то сильно и надолго отравить в окружающей среде, тот гептил, надо сознательно и регулярно разливать в огромных количествах. Чего при нормальных условиях не бывает. Только очень локально и при серьёзных катастрофах. Ну, так у нас и Чернобыль когда-то бабахнул – но никто ведь в России, от ядерной энергии (кроме тех же «подгринписьников» с уровнем интеллекта Греты Тумберг), отказываться не собирается.
И будь он хоть на 10 % такой угрозой окружающей среде, каким его обычно представляют, никто его просто не решился бы использовать. Вообще. А на аналогичном горючем, строили ракеты и в США, и во Франции, и в Японии, и в Китае (и до сих пор эксплуатируют). Никого его «ядовитость» не смущала и не смущает. Главную угрозу, гептил представляет для тех, кто с ним непосредственно работает. И если эти люди профессионалы, чётко знают своё дело и не допускают грубых ошибок, никаких критических угроз, он не несёт. Это было отлично известно ещё когда «Протон» получал сертификацию для запуска пилотируемых кораблей для облёта Луны.
