Содержание:

В данной АИ, операция «Катапульта» — уничтожение британским флотом французских военных кораблей в Мерс-эль-Кебире — не состоялась. В результате адмирал Дарлан, командующий французскими силами в Северной Африке, был гораздо благоприятнее настроен к англичанам, и официально примкнул к союзникам в конце 1941 года.

После окончания Второй Мировой Войны, основой боевой мощи французского флота все еще оставались линейные корабли. Четыре относительно современных быстроходных линкора — малые линкоры «Дюнкерк» и «Страсбруг», большой линкор «Ришелье» и новый (недостроенный) линкор «Жан Бар» составляли внушительную и современную силу, особенно актуальную в замкнутой акватории Средиземного Моря.

Однако с точки зрения французских адмиралов, такое положение дел было далеко не идеальным. Их основной головной болью было то, что итальянский республиканский флот (Reppublicana Marina) после войны располагал шестью быстроходными линкорами — новыми «Рома», «Витторио Венетто» и «Италиа», и капитально модернизированными «Конте ди Кавур», «Андреа Дориа» и «Кайо Дуилио». И хотя ресурсы Италии не позволяли ей держать в боеспособном состоянии более двух линкоров, такое соотношение сил все равно раздражало французов до крайности.

Разрушенное состояние промышленности послевоенной Франции попросту не позволяло думать о постройке новых линейных кораблей — даже если бы на это и нашлись бы средства. Планы восстановить и достроить корпус линкора «Клемансо» (спущенный на воду немцами в 1941 году чтобы освободить стапель) остались на бумаге за очевидной нереалистичностью. Планы приобрести быстроходные линейные корабли «Вашингтон» и «Норт Каролина» у флота США натолкнулись на критическую нехватку средств и отсутствие интереса у американцев; максимум, что янки были готовы обсуждать всерьез, была продажа французам старых супердредноутов типа «Теннесси», устаревших и тихоходных. Неудачу потерпели и попытки получить от немцев и итальянцев тяжелые корабли в качестве репараций: единственный уцелевший немецкий линкор, «Гнейзенау», достался по жребию СССР, а итальянцы были готовы отдать французам максимум старый линкор «Кайо Дуилио» (который французам был не интересен).

Поэтому пришлось исходить из имеющихся сил. Да и для их поддержания тоже не хватало ни средств, ни ресурсов. Планы 1946 года на поддержание двух дивизий линейных кораблей для сопровождения авианосцев пришлось капитально пересмотреть: для этого не было ни денег, ни ресурсов.

Два французских малых линкора — «Дюнкерк» и «Страсбург» — после войны прошли лишь минимальную модернизацию, сводившуюся к замене радаров и средств связи. «Дюнкерк» с 1948 года служил учебным кораблем. «Страсбург» оставался в составе боевой линии до 1955 года (когда в строй вступил «Жан Бар»), после чего также был переквалифицирован в учебный корабль. Хотя в резерве флота оба оставались вплоть до начала 1960-ых, это было связано, главным образом, с тем, что французский флот не желал даже формально уступать итальянскому по количеству линкоров.

Кратковременный возврат интереса к малым линкорам произошел в 1955-1956 году, когда в состав советского флота вступил головной тяжелый крейсер проекта 82 «Сталинград». Высокая скорость и мощное вооружение нового советского тяжелого корабля заставили французский флот всерьез задуматься о противовесе — и в качестве такового было предложено капитально модернизировать «Дюнкерк» и «Страсбург».

В основу идеи модернизации ставилось повышение скорости хода, чтобы модернизированные корабли могли уверенно противостоять советским «Сталинградам». Корпуса малых линкоров предполагалось удлинить на 20 метров переделкой носовой оконечности, а силовую установку дополнить установкой на каждый вал (в дополнение к паровым турбинам Рато) пары свободнопоршневых газифицирующих двигателей SIGMA GS-34:

Суммарная прибавка мощности от четырех пар газовых двигателей должна была составить около 64.000 л.с. — что в совокупности с паровыми турбинами могло бы обеспечить малым линкорам скорость хода более 33 узлов. Оба линкора должны были также получить новую зенитную батарею из шести спаренных 100-мм/55 универсальных орудий образца 1945 года и двенадцати спаренных 57-мм автопушек «Бофорс» образца 1951 года. Однако стоимость модернизации «Дюнкерка» и «Страсбурга» была сочтена совершенно неподъемной для бюджета, и проект в итоге остался только на бумаге.

Все внимание вновь сосредоточили на двух больших новых линкорах. «Ришелье» и «Жан Бар», два огромных быстроходных корабля, вооруженных 380-мм орудиями, составляли значительную часть огневой мощи французского флота даже в эпоху авианосцев и реактивной авиации. Их значение при боевых действиях в замкнутых акваториях — вроде Средиземного Моря — не подвергалось сомнению. Однако, с наступлением ракетной эпохи роль их тяжелой артиллерии существенно снизилась, и все чаще французское правительство стало обсуждать вопрос «не заменить ли линкоры более дешевыми ракетоносными кораблями».

Такой подход французских адмиралов не устраивал. И у них был уже готов выход из положения. Во второй половине 1950-ых, французский флот активно работал над зенитными ракетными комплексами MARUCA (фр. Marine Ruelle Contre Avion — Морской Противовоздушный Управляемый Боеприпас) и MASURCA (фр. MArine SURface Contre-Avions — Морская Корабельная Зенитная Ракета); и если работы над первым прекратились в 1959 году в связи с моральным и техническим устареванием, то работы над MASURCA выглядели гораздо более перспективно.

При этом было уже ясно, что новые зенитные комплексы будут большими и тяжелыми — лучше всего подходящими для установки на крупные корабли. И французские линкоры, с их концентрацией всех башен главного калибра в носовой части, подходили для «ракетизации» идеально. Предварительные прикидки показывали, что для оснащения линкоров типа «Ришелье» зенитными ракетами будет достаточно снять с них башни 152-мм противоминной артиллерии, освободив тем самым кормовую часть.

В начале 1960-ых, французское морское командование обрисовало детальный план модернизации линейного флота. Согласно таковому, первым на «ракетизацию» в 1962 году должен был встать «Жан Бар»; сроки модернизации оценивались в четыре года, возврат корабля в строй в 1966 году. В 1966 же предполагалось начать модернизацию «Ришелье», которая должна была продлиться до 1970 года. После модернизации, оснащенные ракетным вооружением линейные корабли должны были составлять боевую линию французского флота как минимум до конца 1980-ых.

ЖАН БАР

Первым на модернизацию встал линейный корабль «Жан Бар». Как более новая единица (окончательно введенная в строй только в 1955 году) он, как предполагалось, обладал большим потенциалом и мог бы дольше оставаться в составе флота.

Первоначальный проект модернизации предполагал установку двух зенитных ракетных комплексов линейно-возвышенно на корме линкора. Однако по мере того, как уточнялись тактико-технические характеристики будущей MASURCA, стало ясно, что итоговый комплекс будет значительно тяжелее, чем предполагалось. Вписать два комплекса MASURCA — каждый весом более 400 тонн! — в резерв веса, высвобождаемый демонтажем башен противоминного калибра (всего около 650 тонн) оказалось просто невозможно. Так как пойти на демонтаж одной из башен главного калибра адмиралы не были согласны, то проект модернизации «Жана Бара» пришлось переработать, оставив только один зенитный ракетный комплекс — правда, с двойным запасом ракет.

В итоге, модернизация линкора «Жан Бар» выглядела следующим образом. С корабля демонтировали все три башни противоминного калибра (152-mm/50 Model 36) и относящийся к ним артиллерийский директор ACAE. Каждая демонтированная башня весила 224 тонны, и их демонтаж суммарно высвободил порядка 652 тонн верхнего веса. Сняли также часть 100-мм универсальных и 57-мм зенитных орудий — главным образом, потому, что их установки оказывались слишком близко к планируемому размещению ракетного комплекса, и могли создать проблемы.

Взамен демонтированной артиллерии, на корме корабля установили зенитный ракетный комплекс средней дальности MASURCA Mk 2 Mod 2. Разработанный с американской технической помощью, комплекс изрядно напоминал американский RIM-2 «Терьер» (правда, с опозданием на десятилетие); двухступенчатые твердотопливные ракеты наводились на цель методом «оседланный луч», более поздние модели получили полуактивное радарное самонаведение.

Зенитный ракетный комплекс MASURCA состоял из двухбалочной пусковой установки, магазина боекомплекта (с отделением предстартовой подготовки ракет) с барабанами хранения, командного поста с программируемым электронным вычислителем IBM-France и двумя консолями управления, и двух радаров наведения ракет DRBC-51B.

Боекомплект MASURCA на «Жане Баре» хранился в четырех вращающихся барабанах, каждый с ячейками на 18 ракет. Барабаны размещались последовательно, двумя парами; ближайшая к пусковой установке пара считалась «готовым боекомплектом», а следующая за ней — «боекомплектом на хранении». Специальное рельсовое устройство обеспечивало передачу ракет с барабанов хранения на барабаны готового боекомплекта (или обратно, если требовалось). Перед подачей на пусковую, ракеты с барабанов готового боекомплекта поднимались в расположенное над ними помещение предстартовой подготовки — где на них вручную устанавливали рули и стабилизаторы.

Для обеспечения работы ЗРК зональной обороны, радиоэлектронное оборудование линкора подверглось серьезной модернизации. На задней надстройке (на месте бывшего дальномера вспомогательного калибра) поверх дымовой трубы корабля установили двухкоординатный радар DRBV-20C, использовавшийся для обнаружения целей на большой дистанции. На передней мачте корабля установили трёхкоординатную РЛС поиска и сопровождения воздушных целей DRBV-23B (данные с которой использовались для наведения РЛС целеуказания DRBC-51B на выбранные цели), и РЛС-высотомер DRBV-10 (работавшую в паре с радаром дальнего обнаружения).

Помимо зенитного ракетного вооружения, «Жан Бар» также получил и ударное. По оба борта от зенитно-ракетного комплекса в кормовой части были смонтированы два узких ангара-галереи для тактических крылатых ракет R-25 (оснащенная атомной боеголовкой версия беспилотного разведчика R-20). Запуск их осуществлялся с наклонных направляющих. Для их наведения использовались радары DRBC-51B, отслеживающие запущенные ракеты посредством транспондеров; специальный вычислитель, соединенный с радарами, удерживал ракеты на заданном азимуте, и по достижении необходимой дистанции подавал команду на пикирование. До восьми ракет R-25 могло единовременно хранится на борту линкора, но на практике эта дозвуковая крылатая ракета считалась уже устаревшим решением и развертывалась лишь кратковременно.

РИШЕЛЬЕ

Изначально предполагалось, что «Ришелье» пройдет такую же полномасштабную модернизацию, как и «Жан Бар», и оба корабля, наконец, станут идентичными систершипами одинаковой конфигурации. Однако, модернизация «Жана Бара» затянулась гораздо дольше — и стоила значительно дороже! — чем первоначально планировалось. Уже в 1966 году стало ясно, что денег на аналогичную по масштабу модернизацию более старого «Ришелье» в бюджете флота не будет.

Тем не менее, расставаться со вторым своим линкором французским адмиралам не хотелось. Помимо чисто практических соображений, свою роль играла и национальная гордость: итальянский флот, традиционный rival allié (фр. союзный соперник) французского, как раз завершил (с американской помощью) капитальную модернизацию линкоров «Витторио Венетто» и «Италия» и вел работы над ракетным линейным кораблем нового поколения. Французская гордость не позволяла отстать от итальянцев в неформальном соревновании за титул «сильнейшего флота Средиземного Моря».

И поэтому для «Ришелье» был разработан план более дешевой модернизации — перестройку в линкор-вертолетоносец, способный играть роль как десантного корабля с тяжелой артиллерией для огневой поддержки, так и большого эскортного вертолетоносца в океане.

Корпус линкора позади трубы был разобран до главной палубы, и над ней возведена новая, массивная надстройка, увенчанная широкой летной палубой. Два подъемника — в передней и задней части летной палубы — соединяли ее с расположенным внизу ангаром. Ангар проходил на всю длину кормовой надстройки; по обе стороны от него располагались жилые отсеки, предназначенные для размещения контингента морской пехоты. В случае использования линкора как океанского противолодочного вертолетоносца, эти отсеки можно было быстро переоборудовать во вспомогательные мастерские. Бывшие погреба 152-мм снарядов линкора переоборудовали под хранение авиационного топлива и вертолетного боекомплекта.

Основное вооружение линкора оставили без изменений, только заменив директоры главного калибра на более современные (аналогичные «Жану Бару»). Для экономии персонала и средств, укомплектована была только одна башня главного (вторая была законсервирована), причем только одно из ее двух боевых отделений. Считалось, что в мирное время для целей огневой поддержки двух 380-мм орудий будет вполне достаточно.

Корабль мог нести до 10 тяжелых транспортных вертолетов SA 321G «Super Frelon» (включая облегченную версию SA321GB, специально модифицированную для воздушной транспортировки броневиков «Panhard» AML-90), что позволяло «Ришелье» высадить в одной волне до 300 морских пехотинцев, а затем доставить по воздуху артиллерию и легкие бронемашины. Обычная комплектация корабля, впрочем, состояла из шести вертолетов SA 321G (включая два SA321GB) и восьми легких ударных вертолетов SA 316 «Aérospatiale Alouette III». В противолодочной конфигурации, корабль нес до 12 противолодочных вертолетов.

Поначалу предполагалось, что «Ришелье» получит чисто артиллерийское зенитное вооружение из 100-мм и 57-мм автоматических орудий. Но к началу 1960-ых, эффективность чисто артиллерийской противовоздушной обороны для крупного военного корабля уже была под большим вопросом. В итоге, французский флот принял-таки решение оснастить «Ришелье» зенитными ракетами — но американскими.

В рамках программы технической помощи, в США были приобретены два комплекта ЗРК малой дальности RIM-24 «Тартар», версия GMLS Mk-11. Их установили по бокам от трубы линкора, расположив РЛС целеуказания AN/SPG-51 на «балконах» кормовой надстройки (вместо бывших директоров тяжелых зенитных орудий). От 100-мм артиллерии полностью отказались, а количество 57-мм зенитных установок сократили до восьми.

СЛУЖБА

После затянувшейся модернизации, «Жан Бар» вернулся в состав французского флота в 1968 году. Испытания, впрочем, заняли еще больше времени, и реально линкор признали боеспособным в 1969-ом. К этому времени, значительно более скромные по масштабу работы на «Ришелье» были тоже практически завершены; корабль вернулся в состав флота в 1971 году.

Большую часть своей службы, обновленные французские линкоры провели в Средиземном Море. В 1970-ых и 1980-ых регион практически непрерывно потрясали кризисы, и присутствие этих мощных, внушительно выглядящих кораблей являлось важным фактором по обеспечению французского влияния. Во время гражданской войны в Ливане, обеим линкорам довелось вновь пустить в ход свое оружие: «Жан Бар» обстрелял и уничтожил несколько позиций боевиков на побережье в поддержку сил ливанской армии, «Ришелье» применил свои 380-мм орудия для поддержки тактической высадки французских морских вертолетчиков.

Во второй половине 1970-ых, «Жан Бар» прошел поддерживающий ремонт и модернизацию, в ходе которой его комплекс MASURCA был обновлен до версии Mark 2 Mod 3 (с полуактивным радарным самонаведением). С корабля также сняли четыре 57-мм артустановки, заменив их четырьмя ЗРК самообороны R440 «Crotale». Радиоэлектронное вооружение линкора обновили, установив новые системы РЭР и РЭБ, пусковые установки ложных целей. Устаревшие ангары для атомных крылатых ракет демонтировали, а вместо них на корме поставили восемь контейнерных пусковых установок для противокорабельных ракет «Exocet». Более старый «Ришелье» масштабной модернизации уже не проходил, ограничившись установкой двух ЗРК самообороны R440 «Crotale» в начале 1980-ых.

Звездным часом старых линкоров стала операция в Персидском Заливе в 1991 году. Оба корабля приняли в ней деятельное участие, как часть французского контингента. Старик «Ришелье», хотя и сильно изношенный и находящийся в неважном техническом состоянии, доставил и оперативно развернул два батальона французской аэромобильной морской пехоты — и поддерживал огнем операции на берегу, ради чего впервые с 1966 года обе его башни были расконсервированы и приведены в рабочее состояние. «Жан Бар» играл роль передового радарного пикета, прикрывая французское авианосное соединение от иракских воздушных атак; его MASURCA, наконец, открыла боевой счет, сбив две иракские крылатые ракеты, запущенные с бомбардировщиков по кораблям коалиции.

Вскоре после этой кампании, в 1992 году старый «Ришелье» был выведен в резерв и практически сразу же списан. «Жан Бар» оставался в составе флота до 2001 года, после чего также был выведен в резерв, и в 2011 году переделан в корабль-музей в Тулоне.

источник: https://fonzeppelin.livejournal.com/422919.html