После убийства Александра II русские аристократы создали собственную тайную спецслужбу. Зачем она понадобилась империи?
1 марта 1881 года Александр II возвращался в Зимний дворец по набережной Екатерининского канала. Императора сопровождала охрана, за революционным подпольем много лет охотилась государственная полиция, а после нескольких предыдущих покушений сама возможность нового нападения уже не могла считаться неожиданностью.
И все-таки «Народная воля» добралась до царя.
Первая бомба, брошенная Николаем Рысаковым, повредила императорскую карету, но Александр остался жив. Он вышел на улицу, и тогда Игнатий Гриневицкий бросил вторую бомбу практически ему под ноги. Через несколько часов Александр II умер в Зимнем дворце.
Для Российской империи это было не просто убийство монарха. Произошло нечто гораздо более неприятное: небольшая подпольная организация выиграла многолетнюю дуэль у огромной государственной машины. Полиция знала о революционерах. Жандармы проводили аресты. Подпольные организации раскрывались. Покушения предотвращались. Но человека, которого государство должно было охранять лучше всех остальных жителей империи, в конце концов убили практически в центре Петербурга.
После этого часть российской элиты пришла к довольно неожиданному выводу.
Если государственная полиция не смогла защитить императора, значит, защищать монархию придется самим.
Уже весной 1881 года рядом с официальным политическим сыском начала формироваться тайная монархическая организация. В нее вошли представители высшей аристократии, генералитета и государственного аппарата. Она получила собственную конспиративную структуру, шифры, деньги, агентуру, систему наружного наблюдения и даже сеть за границей. Сохранившийся архив организации содержит устав, списки членов, журналы заседаний Центрального комитета, инструкции, финансовые документы, материалы слежки и расходы на агентуру.
Организация получила почти средневековое название — «Священная дружина». В документах и воспоминаниях встречается также название «Святая дружина»; именно так ее, например, называл Сергей Витте.
Но самое удивительное произошло потом.
Организация, созданная влиятельнейшими людьми империи для спасения монархии, просуществовала совсем недолго. Уже в конце 1882 года Александр III распорядился ее распустить, а к началу 1883-го деятельность была прекращена.
Почему одна из наиболее централизованных монархий Европы вообще допустила появление параллельной тайной службы рядом со своей полицией? Почему в ней оказался будущий глава российского правительства? И почему, едва успев создать довольно серьезную агентурную сеть, ее основатели сами отказались от своего проекта?
Ответ начинается задолго до 1 марта 1881 года.
Императора пытались убить снова и снова
Убийство Александра II легко воспринимать как один успешный террористический акт. В действительности к началу 1880-х покушения на императора превратились почти в хроническую проблему российского государства.
В апреле 1866 года Дмитрий Каракозов попытался застрелить Александра II у Летнего сада. В следующем году в Париже в императора стрелял польский эмигрант Антон Березовский. В апреле 1879 года Александр Соловьев пять раз выстрелил в царя возле Зимнего дворца.
Затем методы революционеров изменились.
Одиночного человека с револьвером сменили хорошо подготовленные операции. «Народная воля» использовала конспиративные квартиры, наблюдение, поддельные документы, взрывчатку и распределение задач между несколькими участниками. В 1879 году революционеры организовали несколько попыток взорвать императорский поезд. В феврале 1880-го Степан Халтурин сумел устроиться работать в Зимний дворец и постепенно пронести туда взрывчатку.
Бомба взорвалась непосредственно внутри царской резиденции.
Александр II снова выжил.
Ситуация выглядела почти абсурдно. Российская империя обладала огромным государственным аппаратом, полицией, жандармерией и армией, но небольшие группы революционеров раз за разом умудрялись приблизиться к самому охраняемому человеку страны.
1 марта 1881 года везение закончилось.
И именно поэтому цареубийство вызвало среди российской элиты не только ярость, но и кризис доверия к собственному государственному аппарату.
Ведь политическая полиция у России уже была
Особенно странным создание новой тайной структуры выглядит потому, что Российская империя вовсе не была государством без развитого политического сыска.
Еще при Николае I появилось знаменитое Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Оно занималось политическим наблюдением и работало совместно с Отдельным корпусом жандармов. После новой волны революционного террора систему начали перестраивать: в 1880 году Третье отделение ликвидировали, а его функции постепенно сосредоточились в структурах Министерства внутренних дел.
То есть государство десятилетиями занималось политическим сыском.
И все-таки императора убили.
Именно здесь следует искать психологическую основу появления «Дружины». Среди части элиты возникло убеждение, что обычными бюрократическими методами революционеров победить невозможно. Большая российская энциклопедия прямо связывает возникновение организации с представлением ее создателей о неспособности официальной политической полиции эффективно противодействовать революционному движению.
И решение получилось почти зеркальным по отношению к самому противнику.
Чтобы победить тайную организацию, создали другую тайную организацию.
Тайное общество для борьбы с тайными обществами
Структура «Дружины» отчасти напоминала организации, с которыми она собиралась бороться. Существовал Центральный комитет, а внутри самой системы использовались конспиративные принципы. Архив сохранил шифры, внутреннюю переписку, циркуляры и инструкции. Отдельные структуры отвечали за организационную и оперативную работу, а наружной охраной императора и его семьи занималась связанная с Центральным комитетом «Добровольная охрана».
Это была уже не просто группа состоятельных людей, решивших нанять несколько телохранителей.
«Дружина» занималась сбором информации, наблюдением за революционной и общественной средой, агентурной работой и пропагандой. Ее возможности распространялись далеко за пределы Петербурга.
Но понять реальный масштаб организации лучше всего позволяет не ее устав.
Достаточно посмотреть на фамилии.
Будущий глава правительства создавал конспиративные «пятерки»
Самый удивительный участник этой истории — Сергей Юльевич Витте.
Сегодня его помнят как одного из наиболее известных государственных деятелей последних десятилетий Российской империи: министра финансов, председателя Комитета министров, первого председателя Совета министров, сторонника индустриализации, человека, связанного с денежной реформой 1897 года, развитием железных дорог и строительством Транссиба.
Но в 1881 году ничего этого еще не было.
Витте было 32 года. Он работал в системе Юго-Западных железных дорог и жил в Киеве. И именно тогда его биография сделала довольно неожиданный поворот.
Сам Витте позднее подробно рассказал эту историю в воспоминаниях. После получения известия об убийстве Александра II он написал своему дяде, генералу Ростиславу Фадееву. Витте рассуждал о странной беспомощности государства перед революционерами и предлагал создать особое общество для борьбы с ними.
Через некоторое время Витте оказался в Петербурге.
Там его представили графу Павлу Шувалову.
Дальше сцена выглядит почти как эпизод исторического романа. В доме Шувалова перед Витте положили Евангелие и предложили принести присягу тайному обществу.
Он согласился.
После этого будущему главе российского правительства сообщили, что он назначается руководителем организации в Киевском районе.
А затем дали инструкцию.
Создавать пятерки.
Витте должен был подобрать пять человек. Каждый из них, в свою очередь, формировал собственную пятерку. При этом одна группа не должна была знать участников остальных. В своих воспоминаниях Витте прямо сравнивал получившуюся структуру с тайными обществами прошлого.
Получается поразительная картина.
Будущий российский премьер-министр в 32 года занимался организацией конспиративной сети.
Причем не для борьбы с государством.
Для его защиты.
Это вообще была организация будущих министров
Витте здесь далеко не единственная знаменитая фамилия.
Одной из центральных фигур «Дружины» был граф Илларион Иванович Воронцов-Дашков. Он считается председателем ее Центрального комитета. Практически одновременно его официальная карьера достигла вершины: в 1881 году Воронцов-Дашков стал министром императорского двора и уделов. Впоследствии он останется одним из наиболее влиятельных сановников империи и станет наместником на Кавказе.
Важнейшую роль играл граф Павел Петрович Шувалов. Именно в его доме, согласно воспоминаниям Витте, проходила процедура его принятия в организацию. Шувалов принадлежал к одной из самых известных аристократических семей России и был человеком, близким к Александру III.
С организацией был связан генерал Ростислав Фадеев — дядя Витте, военный публицист и один из сторонников создания структуры для противодействия революционерам.
В руководящих структурах находились представители высшей бюрократии и полиции. Исторический портал «История.РФ», например, указывает, что Исполнительный комитет возглавлял П. П. Дурново, а среди его участников находился петербургский обер-полицмейстер П. А. Грессер.
В литературе среди участников «Дружины» также называется Борис Владимирович Штюрмер, которому спустя 35 лет предстоит стать председателем Совета министров Российской империи. В списках встречаются и другие представители будущей высшей бюрократии. При этом часть особенно громких имен — например, Константина Победоносцева, Николая Игнатьева и некоторых великих князей — фигурирует в источниках как предполагаемые участники, поэтому здесь правильнее сохранять оговорку, а не записывать их в члены организации безусловно.
Именно состав делает всю историю особенно необычной.
Перед нами не группа политических маргиналов.
Будущий глава правительства создает конспиративные пятерки. Министр императорского двора руководит Центральным комитетом. Генералы, князья, гвардейские офицеры и высокопоставленные полицейские участвуют в тайной структуре.
Причем все это происходило не против Российской империи.
Все это делалось для ее спасения.
Масштаб организации оказался неожиданно большим
Сколько именно людей прошло через «Дружину», определить сложно: конспиративный характер структуры и неполнота документов неизбежно создают расхождения. Исследования, посвященные биографии Витте и самой организации, говорят более чем о 700 представителях столичной и провинциальной верхушки, вовлеченных в ее деятельность.
Но гораздо важнее не абсолютная численность.
Организация начала создавать собственную инфраструктуру.
В Государственном архиве Российской Федерации сохранился целый фонд «Священной дружины». Его содержание дает редкую возможность буквально заглянуть внутрь тайной структуры: устав, списки членов, протоколы Центрального комитета, шифры, инструкции, переписка, материалы наружного наблюдения, отчеты об агентуре, расписки в получении денег и ведомости расходов.
Особенно показательно последнее.
Тайное общество аристократов довольно быстро превратилось в организацию, где существовал вполне настоящий бюджет на оперативную деятельность.
А вскоре ее агенты появились уже за пределами России.
Русские аристократы отправились охотиться за революционерами в Европу
Для политического сыска существовала очевидная проблема: российское революционное движение давно вышло за пределы империи.
Эмигранты находились в Швейцарии, Франции, Великобритании и других европейских странах. Там печатались газеты и брошюры, велись дискуссии, собирались деньги и поддерживались контакты с единомышленниками внутри России.
В Петербурге подозреваемого можно было арестовать.
В Женеве или Париже — уже нет.
Поэтому требовалась агентура.
Архивное описание фонда «Дружины» прямо говорит о существовании обширной российской и заграничной агентурной сети.
И здесь деятельность организации становилась все больше похожей на работу настоящей разведывательной службы. Агенты наблюдали за эмигрантами, собирали сведения, пытались проникать в их окружение и отслеживать контакты.
Витте тоже оказался вовлечен в один из наиболее странных эпизодов зарубежной деятельности. В своих воспоминаниях он рассказывал о поездке в Париж и весьма радикальных планах некоторых членов «Дружины» в отношении революционеров и собственных агентов. Его мемуары требуют осторожности как источник — Витте писал их значительно позже и был склонен выстраивать собственную роль в событиях, — но сам факт его серьезного участия в организации подтверждается и другими исследованиями.
Причем разведкой дело не ограничивалось.
Они придумали почти современную информационную операцию
Открытая монархическая пропаганда имела очевидный недостаток: революционер вряд ли станет читать газету, которая с первой страницы рассказывает о преимуществах самодержавия.
Поэтому возникла значительно более хитрая идея.
Воздействовать на оппозиционную среду изнутри.
«Священная дружина» участвовала в издании за границей газет «Вольное слово» и «Правда». Причем последняя использовалась для дискредитации радикалов посредством доведения их идей до абсурда. Организация также действовала под прикрытием фиктивных общественных объединений.
Если убрать лексику XIX века, принцип выглядит удивительно современно.
Создается площадка, внешне принадлежащая определенной политической среде. Затем через нее предпринимается попытка влиять на взгляды этой же аудитории, усиливать внутренние противоречия и дискредитировать наиболее радикальное крыло.
Сегодня подобную деятельность назвали бы информационной операцией.
В 1881 году это было весьма смелым экспериментом.
И здесь проявляется важнейшая особенность «Дружины»: для борьбы с революционным подпольем государственная элита постепенно начинала заимствовать методы самого подполья.
Конспирация против конспирации.
Агентура против агентуры.
Тайная печать против тайной печати.
Но именно здесь возникла фундаментальная проблема.
У Российской империи оказалось две политические полиции
Представим ситуацию глазами обычного сотрудника государственного сыска.
Существует официальная политическая полиция. У нее есть начальство, сотрудники, агентура, финансирование и собственные оперативные разработки.
А рядом работает другая организация.
Она тоже следит за революционерами.
Тоже вербует агентов.
Тоже работает за границей.
Тоже проводит информационные операции.
Причем руководят этой структурой люди, некоторые из которых имеют прямой доступ к императору.
В начале деятельности «Священная дружина» взаимодействовала с политической полицией, однако постепенно между двумя структурами начало возникать соперничество. Этот конфликт прямо отмечается в энциклопедических источниках.
И подобное развитие событий было практически неизбежно.
Параллельные спецслужбы способны разрабатывать одних и тех же людей. Агент одной структуры может попасть под наблюдение другой. Операция одной службы способна разрушить операцию другой. Возникают вопросы о подчинении, финансировании и ответственности.
Весной 1881 года все это казалось второстепенным.
Императора только что убили.
Главной задачей было не допустить повторения.
Но затем ситуация начала быстро меняться.
Убийство Александра II стало одновременно величайшим успехом и началом конца «Народной воли»
После 1 марта государство получило чрезвычайно сильный стимул уничтожить организацию, совершившую цареубийство.
Следствие быстро вышло на участников заговора. Уже 3 апреля 1881 года Андрей Желябов, Софья Перовская, Николай Кибальчич, Тимофей Михайлов и Николай Рысаков были казнены.
Последовали новые аресты.
Подпольная сеть теряла опытных организаторов, полиция получала новые сведения, а возможности «Народной воли» постепенно сокращались.
Одновременно реформировался сам государственный политический сыск.
И здесь возникал логичный вопрос.
Если официальная полиция снова способна выполнять свою работу, зачем империи содержать рядом с ней еще одну тайную полицию?
Тем более отношения между двумя структурами становились все сложнее.
Спецслужба начала превращаться в проблему
Появление «Священной дружины» легко понять в атмосфере марта 1881 года.
Сделать ее постоянным институтом было гораздо сложнее.
Кому она должна подчиняться?
Кто контролирует ее агентов?
Кто отвечает за действия за границей?
Кто санкционирует провокации?
Что произойдет, если операция «Дружины» столкнется с операцией Департамента полиции?
И наконец, зачем централизованному государству вообще нужна автономная тайная структура, располагающая собственными деньгами и агентурой?
Чем дальше уходил в прошлое шок от убийства Александра II, тем менее рациональной выглядела вся конструкция.
И в конце 1882 года ее судьба была решена.
26 ноября (8 декабря по новому стилю) Александр III распорядился распустить «Священную дружину» по инициативе министра внутренних дел Дмитрия Толстого. Архив организации относит окончательное прекращение деятельности к началу 1883 года.
Получается, один из самых необычных экспериментов в истории российских спецслужб продолжался меньше двух лет.
Но это еще не означало, что весь накопленный опыт исчез.
«Дружина» умерла, а ее методы остались
К началу 1883 года самостоятельная организация перестала существовать. Однако политический сыск никуда не исчез.
Наоборот, государство постепенно концентрировало соответствующие функции в официальных структурах. Заграничная агентура, внедрение в революционные организации, наружное наблюдение, работа с информаторами и провокационные методы в последующие десятилетия станут обычными инструментами российского политического сыска.
В этом смысле «Священную дружину» можно рассматривать как короткий эксперимент переходной эпохи.
Она появилась в момент, когда старая система безопасности очевидно дала сбой, а новая еще только формировалась.
Поэтому сама организация оказалась временной.
Но проблема, которую она пыталась решить, никуда не исчезла.
И некоторые ее участники затем оказались непосредственно внутри государственного аппарата, который должен был эту проблему решать.
Самый яркий пример — все тот же Сергей Витте.
В 1881 году он приносил тайную присягу в доме Шувалова и получал приказ создавать конспиративные пятерки.
Через одиннадцать лет он станет министром финансов Российской империи.
А еще через тринадцать — первым председателем Совета министров.
Самое странное в этой истории — не существование тайной организации
После убийства главы государства появление организации его сторонников само по себе не выглядит невероятным.
Гораздо удивительнее то, кто ее создавал.
Российская империя конца XIX века была одной из крупнейших держав мира. Она обладала огромной армией, централизованной бюрократией, корпусом жандармов и многолетней традицией политического сыска.
И все же весной 1881 года представители самой верхушки этой системы решили, что государственных институтов недостаточно.
Министр императорского двора руководил тайным Центральным комитетом. Графы и генералы занимались организационной работой. Будущий глава правительства создавал конспиративные ячейки. За границей работала агентура. Для внутренней переписки использовались шифры, а на оперативную деятельность выделялись деньги.
И все это происходило потому, что несколько революционеров смогли сделать то, что огромная государственная машина считала практически невозможным.
Они добрались до императора.
Именно поэтому «Священная дружина» интересна гораздо больше, чем просто малоизвестная монархическая организация XIX века.
Она была симптомом.
После 1 марта империя испугалась собственной беспомощности
«Священная дружина» просуществовала меньше двух лет. Она успела создать агентуру внутри России и за ее пределами, организовать наружное наблюдение, заняться пропагандой и информационными операциями и даже вступить в соперничество с официальной политической полицией. Затем Александр III распустил ее, а государство снова сосредоточило политический сыск в собственных руках.
На первый взгляд эксперимент закончился провалом.
Но сама причина его возникновения гораздо важнее результатов.
После убийства Александра II часть российской элиты настолько сильно сомневалась в способности государственного аппарата защитить монархию, что решила создать рядом с ним собственную систему безопасности.
И получилась почти идеальная историческая ирония.
Революционеры использовали конспиративные ячейки — монархисты создали конспиративные пятерки.
Революционеры работали через эмиграцию — за ними отправили зарубежную агентуру.
Революционеры распространяли подпольную прессу — против них начали использовать собственные скрытые издания.
Тайное общество попытались победить другим тайным обществом.
Причем среди людей, которые согласились участвовать в этом эксперименте, оказался 32-летний железнодорожник, которому еще только предстояло стать одним из самых могущественных государственных деятелей Российской империи.
Чтобы защитить самодержавие от подпольщиков, будущие министры Российской империи сами на некоторое время ушли в подполье.
