40M Turán: как главный венгерский танк Второй мировой опоздал на собственную войну
В истории венгерского 40M Turán есть определённая несправедливость. Его часто оценивают исключительно по боям 1944 года, ставя рядом с Т-34-85, поздними Panzer IV и другими машинами второй половины войны. При таком сравнении результат действительно выглядит неутешительно: сравнительно слабое вооружение, клёпаная конструкция, ограниченная броневая защита и небольшие возможности дальнейшей модернизации. Но создавался Turán совсем для другой войны. Его основой стал чехословацкий Škoda T-21 конца 1930-х годов, а решение о производстве в Венгрии было принято в 1940-м. Для своего времени это была вполне рациональная попытка быстро получить собственный средний танк, не создавая его с нуля. Проблема заключалась в том, что между выбором этой машины и её настоящим боевым дебютом прошло почти четыре года. За эти четыре года танковая война изменилась гораздо сильнее, чем успел измениться Turán.
Чехословацкая основа для венгерского танка
К началу Второй мировой войны Венгрия располагала собственной промышленностью, способной производить бронетехнику, но современного среднего танка у неё не было. Создание полностью новой машины требовало времени, поэтому внимание привлёк проект Škoda T-21, развивавший более раннюю линию чехословацких средних танков. После германской оккупации Чехословакии возможность приобрести лицензию зависела уже от Берлина, и в мае 1940 года Германия разрешила Венгрии начать соответствующие переговоры. Летом прототип отправили на испытания в Венгрию, после чего конструкцию адаптировали к местным требованиям.
Прямой копией T-21 венгерский танк не стал. Чехословацкую 47-мм пушку заменили венгерским 40-мм орудием, унифицированным по боеприпасу с уже производившимися в стране системами этого калибра, изменили пулемётное вооружение, усилили броневую защиту и внесли ряд других доработок. Получившийся 40M Turán I весил около 18,2 тонны, имел экипаж из пяти человек, бензиновый двигатель мощностью примерно 260 л.с. и мог развивать по дороге около 47 км/ч. Максимальная толщина основной брони достигала примерно 50 мм. Для европейского среднего танка самого начала 1940-х это ещё не выглядело чем-то безнадёжно устаревшим.
Пятичленный экипаж вообще был одним из разумных решений конструкции. Командиру не приходилось одновременно выполнять обязанности наводчика, а отдельные специалисты могли заниматься наблюдением, стрельбой и управлением машиной. Венгры получили полноценный средний танк с радиосвязью и достаточно удобным распределением обязанностей внутри экипажа. Если бы такая машина массово появилась в войсках в 1941 году, её положение среди европейских танков выглядело бы заметно лучше.
Но именно времени Венгрии и не хватило.
Производство оказалось сложнее и медленнее, чем рассчитывали. Серийные машины начали поступать в части, когда опыт боёв на Восточном фронте уже продемонстрировал совершенно иной уровень требований. Венгерские военные достаточно быстро поняли, что 40-мм пушки для будущих столкновений с советскими средними и тяжёлыми танками недостаточно. Причём это стало ясно ещё до того, как Turán I успел пройти настоящее боевое испытание. Уже в 1941 году начались работы над более тяжело вооружённым вариантом.
75 миллиметров как вынужденный компромисс
Наиболее очевидным решением было установить 75-мм пушку. Так появился 41M Turán II, который в венгерской классификации некоторое время проходил как тяжёлый танк, хотя по массе и общему месту в системе бронетехники правильнее воспринимать его как дальнейшее развитие среднего Turán. Возможности шасси и башни, однако, не позволяли просто установить длинноствольное противотанковое орудие с высокой начальной скоростью. Пришлось использовать короткоствольную 75-мм пушку, разработанную на основе более старой артиллерийской системы.
Это заметно увеличило мощность осколочно-фугасного снаряда и сделало танк значительно полезнее против пехоты, полевых укреплений и других небронированных целей. Против танков улучшение оказалось более ограниченным. Короткий ствол означал сравнительно небольшую начальную скорость бронебойного снаряда, поэтому преимущества большего калибра нельзя напрямую сравнивать с длинноствольными 75-мм пушками немецких поздних Panzer IV. По венгерским исследованиям боёв 1944 года, Turán II приходилось сближаться с Т-34 примерно до 600 метров, чтобы получить приемлемые возможности поражения, тогда как 40-мм Turán I требовал ещё меньшей дистанции — порядка 400 метров. Советский танк при этом мог открывать эффективный огонь с гораздо большей дальности.
Венгерские инженеры понимали проблему и попытались сделать следующий шаг. Проект Turán III должен был получить длинноствольное 75-мм орудие, близкое по возможностям к немецкой KwK 40, и усиленную броню. Именно такая машина могла бы значительно лучше соответствовать требованиям 1944 года, но дальше опытных образцов дело не пошло. Венгерская промышленность уже не располагала временем для очередной глубокой перестройки производства.
В результате основной серийный Turán оказался характерным компромиссом небольшой военной промышленности. Венгрия могла производить его самостоятельно и постепенно улучшать, но темпы развития танков в крупнейших воюющих странах оказались выше темпов, с которыми Будапешт мог перестраивать собственное производство.
Когда Turán наконец встретился с Т-34
Самая необычная часть истории заключается в том, насколько поздно произошёл настоящий боевой дебют машины. Хотя танки находились в войсках раньше, крупное столкновение с советской бронетехникой состоялось только весной 1944 года. К этому моменту Красная армия уже массово переходила на Т-34-85, появились тяжёлые ИС, а немецкие части использовали Panther и поздние варианты Panzer IV. Танк, концептуальные корни которого уходили в конец 1930-х годов, оказался в совершенно другой технической эпохе.
В апреле 1944 года 2-я венгерская танковая дивизия вступила в бои в районе Надворной, Делатина и Коломыи. Именно здесь Turán II впервые встретились с Т-34-85. Согласно венгерским данным, 17 апреля им удалось уничтожить два советских танка. В течение последовавших боёв венгерские части заявляли и о других успехах. Эти цифры требуют осторожного отношения: как и у других армий Второй мировой, боевые заявки далеко не всегда совпадали с подтверждёнными потерями противника. Но сами эпизоды показывают важную вещь — Turán II не был совершенно беспомощным даже против значительно более современного противника. На небольшой дистанции 75-мм орудие всё ещё могло представлять опасность.
Другое дело, какой ценой приходилось добиваться такой возможности. Венгерскому экипажу требовалось приблизиться к противнику на дистанцию, где более мощное советское орудие уже давно позволяло вести эффективный огонь. Защита Turán тоже не давала сопоставимого преимущества. По данным исследования действий 2-й танковой дивизии, Т-34 мог поражать венгерские машины примерно с 1500–2000 метров, тогда как Turán II требовалось приблизиться примерно до 600 метров, а Turán I — ещё ближе. Даже если конкретные дистанции в реальном бою зависели от боеприпаса, угла встречи и места попадания, общий дисбаланс был очевиден.
Тем не менее первоначальные потери не означали мгновенного уничтожения венгерской бронетанковой группировки. В боях с 17 апреля до середины мая 2-я танковая дивизия потеряла, по одному из подробных подсчётов, девять Turán II и восемь Turán I, а также несколько машин других типов; потери личного состава оказались значительно тяжелее. Другие источники используют более широкое понятие потерь техники и приводят иные цифры, поэтому встречающееся число «27 или 30 потерянных Turán» нельзя механически привязывать к одному эпизоду или считать исключительно безвозвратными потерями.
Эта кампания в итоге дала довольно точную оценку самой машине. Turán оставался пригодным для поддержки пехоты, борьбы с лёгкой бронетехникой, огневыми точками и другими целями, но как основной противник Т-34-85 уже находился в невыгодном положении. Его проблема заключалась не в одной неудачной характеристике. К 1944 году одновременно не хватало противотанковых возможностей орудия, запаса броневой защиты и возможностей дальнейшей модернизации.
От главного танка Венгрии до трофейной машины
Отдельная и малоизвестная глава истории Turán связана с использованием захваченной венгерской техники Красной армией. Советские войска действительно получали исправные или ремонтопригодные Turán в качестве трофеев, и отдельные машины могли временно включаться в состав частей наряду с другой захваченной бронетехникой. Однако здесь исходный текст требует особенно осторожной проверки: встречающиеся в популярной литературе сведения о конкретном батальоне с восемью Turán, его последующей передаче 5-й гвардейской танковой бригаде и трёх оставшихся машинах на 1 января 1945 года повторяются во вторичных источниках, но надёжное первичное подтверждение этой цепочки найти значительно сложнее.
Сам факт ограниченного использования трофейной техники ничего необычного не представлял. Исправный танк мог пригодиться для охраны, сопровождения, обучения или выполнения вспомогательных задач, даже если уже уступал основным машинам собственной армии. Это, однако, не означает, что РККА рассматривала Turán как полноценное пополнение своего танкового парка. Нестандартные боеприпасы, запчасти, особенности обслуживания и небольшое количество трофейных машин делали их длительную эксплуатацию неудобной. Поэтому интереснее воспринимать этот эпизод как свидетельство практичного отношения к исправной захваченной технике, а не как неожиданное признание высоких боевых качеств венгерского танка.
Для самой венгерской армии выбора было ещё меньше. Turán продолжали использовать до последних месяцев войны, поскольку заменить их достаточным количеством более современных машин Венгрия уже не могла. Они участвовали в боях на территории страны и использовались в период сражений вокруг Будапешта и последующих операций 1945 года. К этому времени техническое отставание стало окончательным, но танк оставался оружием, которое уже было произведено, освоено экипажами и обеспечено хотя бы какой-то ремонтной базой. В условиях сокращавшихся ресурсов это нередко было важнее сравнения характеристик на бумаге.
Не плохой танк, а слишком поздний
Всего было изготовлено около 424 серийных Turán основных вариантов, хотя в литературе встречаются другие цифры из-за различий в подсчёте производственных серий, переделок и опытных машин. Наиболее распространённая современная оценка — примерно 285 Turán I и 139 Turán II. Turán III с длинноствольной 75-мм пушкой до полноценного серийного производства не дошёл.
Именно судьба Turán III лучше всего объясняет историю всего семейства. Венгерские конструкторы понимали, куда должна развиваться машина: требовалась более мощная пушка и усиленная защита. Проблема состояла не в отсутствии понимания, а в промышленности, времени и исходной платформе, которую приходилось постоянно приспосабливать к требованиям войны.
Поэтому Turán трудно назвать удачным танком Второй мировой, но столь же неверно изображать его бессмысленной конструкцией. Для Венгрии 1940 года лицензия на Škoda T-21 была вполне рациональным способом получить собственный средний танк. Беда заключалась в том, что машина, соответствовавшая требованиям начала войны, по-настоящему вышла на поле боя только весной 1944-го. За эти несколько лет её противниками стали уже Т-34-85 и тяжёлые танки нового поколения.
В результате Turán оказался не столько плохим танком, сколько хорошим примером того, насколько быстро в 1941–1944 годах устаревала бронетехника. Пока венгерская промышленность осваивала серийное производство, усиливала броню и меняла 40-мм пушку на 75-мм, требования фронта успели уйти ещё дальше. И когда Turán наконец получил возможность показать, для чего его создавали, война, для которой его проектировали, фактически уже закончилась.
