Статья Виталия Торопцева с сайта WARSPOT от 01 февраля 2019 года
Содержание:
После того как соединения 4-й танковой армии генерала Гота и 6-й армии генерала Паулюса в последние дни июня 1942 года прорвали оборону советских Брянского и Юго-Западного фронтов, командование вермахта оказалось перед выбором. Перед танкистами Гота лежал крупный город Воронеж, захват которого не был их первостепенной задачей: командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Фёдор фон Бок пытался прежде всего устроить русским на Дону очередной «котёл». Но Воронеж немцы тоже решили занять. На подступах к городу завязались бои.
Общая ситуация
28 июня 1942 года началось немецкое наступление под кодовым названием «Блау». Согласно директиве Верховного главнокомандования вермахта, первой фазой операции должен был стать прорыв советской обороны южнее Орла с последующим развитием наступления силами 4-й танковой армии на Воронеж. После овладения городом на этом направлении планировалось оборудование силами пехотных дивизий мощного оборонительного рубежа. В то же время танковые и моторизованные соединения должны были продолжать наступление своим левым флангом вдоль Дона на юг для взаимодействия с войсками, прорывающимися на восток из района Харькова. Главная идея наступления заключалась в том, чтобы совместными действиями моторизованных соединений охватить и уничтожить советские войска. Руководство операцией осуществлял генерал-фельдмаршал Фёдор фон Бок.
Задача по захвату Воронежа отводилась армейской группе «Вейхс» под командованием генерал-полковника Максимилиана фон Вейхса. Основной ударной силой этой группировки были XXIV моторизованный корпус (мк), а также XLVIII танковый корпус (тк), в составе которого находились 24-я танковая дивизия (тд) и моторизованная дивизия (мд) «Великая Германия». Им и предстояло участвовать в непосредственных боях за город. Оба корпуса подчинялись 4-й танковой армии генерал-полковника Германа Гота.
![«Атака на Воронеж». Картина британского художника Дэвида Пентланда изображает штурмовые орудия и пехоту дивизии «Великая Германия» в бою с советскими Т-34 летом 1942 года](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2024/09/unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty-01.jpg)
«Атака на Воронеж». Картина британского художника Дэвида Пентланда изображает штурмовые орудия и пехоту дивизии «Великая Германия» в бою с советскими Т-34 летом 1942 года
Утром 28 июня после интенсивной артиллерийской и авиационной подготовки армейская группа «Вейхс» нанесла удар в стык советских 13-й и 40-й армий на левом крыле Брянского фронта. Быстро прорвав советскую оборону, в течение двух дней 4-й танковая армия продвинулась на 40-километровом фронте на глубину до 35–40 км. Поддержку с воздуха наступающим оказывал VIII корпус люфтваффе, имевший большой опыт взаимодействия с наземными войсками. Встречные контрудары по наступающим немецким частям силами советских танковых корпусов, наносившиеся неодновременно и нескоординированно, успеха не принесли.
Утром 30 июня начала наступление 6-я армия под командованием генерала танковых войск Фридриха Паулюса, прорвавшая оборону на стыке советских 21-й и 28-й армий. 3 июля передовые подразделения противника блокировали переправы через реку Оскол, а к утру следующего дня день немцы окружили западнее Старого Оскола часть соединений советских 40-й и 21-й армий, в результате чего обстановка на воронежском направлении резко ухудшилась.
3 июля под Полтавой состоялось оперативное совещание командования группы армий «Юг», на котором присутствовал Гитлер. В числе прочего он заявил, что решил больше не придавать решающего значения захвату Воронежа. Причиной этого изменения плана операции «Блау» было отступление советских войск к Дону. Оно могло привести к тому, что значительные силы Красной армии имели все шансы успеть переправиться на восточный берег и тем самым избежать окружения и последующего уничтожения, как это было задумано. В связи с этим Гитлер сказал фон Боку, что если тот встретит на каком-то участке упорное сопротивление, ему необходимо не пытаться преодолеть его, а продолжить движение к Дону и затем вдоль него к югу, чтобы как можно быстрее взять противника в клещи. Тем не менее фюрер не отдал фон Боку категорический приказ не брать Воронеж, а оставил окончательное решение на его усмотрение. Сам фон Бок писал:
«Гитлер… дал мне свободу действий не следовать первоначальной цели овладеть Воронежем, если для захвата города придётся вести тяжёлые бои. Всё, что для него важно, это то, чтобы большой авиационный завод и, если возможно, железнодорожные сооружения были бы непригодны к использованию. Для него не имеет большого значения, если 4-я танковая армия достигнет Дона где-нибудь и южнее города».
Однако, вопреки опасениям немцев, события на воронежском направлении развивались для них вполне благоприятно: наступавшие 24-я тд и «Великая Германия» опередили отходящие советские части и уже 3 июля оказались на подступах к Воронежу. Возникла непосредственная угроза захвата города — защищать его, по сути, было некому. Из воспоминаний командующего Брянским фронтом Ф.И. Голикова:
«В гарнизоне Воронежа полевых войск не было. В городе находился штаб 232-й стрелковой дивизии, только что приступившей к занятию обороны по левому берегу Дона почти на 80-километровом фронте… В самом гарнизоне города 2 июля находились 41-й полк НКВД, два батальона 287-го полка оперативных войск НКВД, два батальона 233-го конвойного полка НКВД, один батальон 125-го полка НКВД по охране железнодорожных сооружений, учебный центр командного состава Юго-Западного фронта в составе трёх батальонов, два эскадрона учебного запасного кавалерийского полка.
Это были небольшие части. Полки НКВД имели по 500–600 человек, вооружённых винтовками и ручными пулемётами. Учебный центр был таким же по составу, а вооружён был ещё хуже, один его батальон имел только револьверы «Наган». Эскадроны кавполка имели на вооружении лишь винтовки и клинки. Существенным было нахождение в городе двух зенитно-артиллерийских полков, имевших 30–40 орудий средних и малых калибров, а также двух зенитно-пулемётных батальонов 3-й дивизии ПВО… В основном же оборона Воронежа зависела от того, когда подойдут к городу силы отходившей из района Щигров 40-й армии».
Сам генерал-лейтенант Голиков, только что прибывший в Воронеж во главе группы командиров Брянского фронта, ситуацией ещё не владел и не знал, на каких рубежах идут бои, как далеко и какими силами продвинулся противник.
Борьба на подступах к Воронежу
Появление 3 июля немецких войск в непосредственной близости от Дона явилось для советской стороны полной неожиданностью. На пути стремительно продвигавшихся к Воронежу передовых частей 24-й тд и «Великой Германии» оказалась только одна боеспособная советская 232-я стрелковая дивизия (сд) под командованием подполковника И.И. Улитина. Однако она не имела ни соседей с флангов, ни поддержки артиллерии и авиации. На правом берегу Дона находился лишь один передовой батальон 605-го стрелкового полка (сп), а остальные подразделения 232-й сд растянулись на многокилометровом фронте по левому берегу.
![Справа командир 232-й стрелковой дивизии полковник И.И. Улитин, слева военком батальонный комиссар Ф.А. Никифоров](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2024/09/unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty-02.jpg)
Справа командир 232-й стрелковой дивизии полковник И.И. Улитин, слева военком батальонный комиссар Ф.А. Никифоров
Все эти дни к мостам через реку тянулись нескончаемые колонны беженцев, тыловых служб и остатков отступающих частей, поэтому переправы через Дон пока не разрушались. Несмотря на сопротивление частей 232-й сд, передовые отряды обеих немецких дивизий в течение 4 июля захватили переправы через Дон и образовали плацдармы на восточном берегу.
Это был серьёзный противник. Дивизия «Великая Германия» ещё совсем недавно была моторизованным полком с одноимённым названием, который принимал участие во вторжении сначала во Францию, а потом в Югославию. После нападения Германии на СССР полк действовал в составе 2-й танковой группы под командованием Гейнца Гудериана, настоящего острия копья группы армий «Центр». В апреле 1942 года было принято решение развернуть на базе полка моторизованную дивизию, которую планировалось использовать в летнем наступлении на южном участке советско-германского фронта. К началу наступления в штате дивизии числилось 42 танка.
![Выгрузка танков Pz.III Ausf.J 24-й танковой дивизии на железнодорожной станции, июнь 1942 года. На крыле хорошо видна эмблема дивизии в виде всадника, берущего барьер, которая говорит о кавалерийском прошлом соединения](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2024/09/unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty-03.jpg)
Выгрузка танков Pz.III Ausf.J 24-й танковой дивизии на железнодорожной станции, июнь 1942 года. На крыле хорошо видна эмблема дивизии в виде всадника, берущего барьер, которая говорит о кавалерийском прошлом соединения
Менее известна немецкая 24-я танковая дивизия. Формально летом 1942 года она была новичком на востоке, однако на самом деле это было не так: дивизия была «реинкарнацией» немецкой 1-й кавалерийской дивизии, которая также участвовала во французской кампании, в 1941 году в составе группы армий «Центр» участвовала в боях под Киевом, а затем в операциях по окружению советских войск под Брянском и Вязьмой. Осенью 1941 года соединение было переформировано в танковую дивизию, которую оснастили техникой, пополнили личным составом и переобучили. В мае 1942 года 24-я тд прибыла по железной дороге на восточный фронт, где вошла в состав 4-й танковой армии. На 28 июня 1942 года в 24-й тд числился 181 танк.
Обращает на себя внимание наличие у обеих дивизий по 12 новых танков Pz.IV с 75-мм длинноствольными пушками KwK40, которые позволяли немецким танкистам без проблем пробивать броню советских «тридцатьчетвёрок» и КВ.
Развёртывание танкистов Черняховского
В создавшихся условиях для защиты Воронежа были необходимы чрезвычайные меры. В связи с этим 4 июля 1942 года директива Ставки ВГК приказывала:
«Весь гарнизон города Воронежа, все пулеметно-артиллерийские батальоны, занимающие воронежский обвод УР и прибывающие на его усиление, с 8 часов утра 4 июля 1942 года подчинить командующему Брянским фронтом».
Помимо необходимости объединения всех сил под единым руководством, директива была продиктована и тем, что у находившихся в городе частей НКВД, подразделений ПВО и кавалеристов были собственные задачи, не связанные с непосредственной обороной города. Имевшие собственное начальство, командиры этих частей отказывались подчиняться генералу Голикову и стремились покинуть город. Городскому комитету обороны и командованию боевого участка пришлось приложить немало сил для того, чтобы обеспечить эвакуацию из Воронежа тыловых подразделений, но задержать в городе части, способные решать боевые задачи по его обороне.
В тот же день 4 июля генералу Голикову был подчинён 18-й тк под командованием недавно получившего генеральские звезды в петлицы генерал-майора И.Д. Черняховского, ранее находившийся в резерве Ставки ГК. На бумаге корпус выглядел внушительно. Он был укомплектован танками согласно штатному расписанию и состоял из 18-й мотострелковой бригады (мсбр) и трёх танковых бригад: тяжёлой 180-й тбр (24 КВ-1 и 27 Т-60) и средних 110-й и 181 тбр (44 Т-34 и 21 Т-60 в каждой) — всего 181 танк. Однако, к сожалению, корпус трудно было назвать боеспособным: сформированный лишь в последних числах июня, он не был сколочен и не имел боевого опыта.
Помимо этого были у 18-го тк и другие проблемы, вызванные спешным формированием. В танковых бригадах отсутствовали положенные по штату зенитные батареи, практически не было в корпусе радиостанций, а немногие имевшиеся не были смонтированы и отлажены. В 18-й мсбр был большой недокомплект младшего начсостава, полностью отсутствовали боеприпасы, а матчасть прибыла в Воронеж отдельно от бригады и без шофёров. Кроме того, все подразделения корпуса не имели средств санитарной эвакуации. Штаб корпуса был плохо укомплектован и, по сути, представлял собой просто группу командиров. Ситуацию усугубляло и то, что соединения и части корпуса вводились в бой разрозненно, по мере прибытия в район боевых действий.
В довершение ко всему танковые бригады имели ограниченный запас топлива и снарядов. Согласно докладу о боевых действия 18-го тк за июль месяц 1942 года (далее — доклад 18-го тк), 101-я и 181-я тбр имели по одному боекомплекту и одну заправку ГСМ; в 180-й тбр снарядов было на два боекомплекта, но горючего оставалось всего на 1/4 заправки.
В первых числах июля 18-й тк по железной дороге перебросили в Воронеж. Бригады корпуса по мере их прибытия выгружались и получали приказ выдвигаться на угрожаемые направления в указанные районы:
-
-
- 180-я тбр с 06:00 3 июля сосредоточилась в районе села Маклок в готовности действовать по приказу командира корпуса;
- 181-я тбр 3 июля сосредоточилась в лесу в 2 км восточнее села Редкое, а её мотострелково-пулемётный батальон — в лесу южнее села Ямное, заняв оборону фронтом на запад, охраняя бригаду со стороны Дона;
- 110-я тбр к 10:00 4 июля сосредоточилась в лесу северо-восточнее посёлка Учхоз в готовности действовать по приказу командира корпуса;
- 18-я мсбр к 10:00 3 июля сосредоточилась в лесу северо-восточнее села Чертовицкое и заняла оборону по северной и западной опушке рощи.
-
Первое столкновение
После стремительного захвата передовыми немецкими частями переправ и плацдармов на восточном берегу Дона генерал-фельдмаршалу фон Боку предстояло сделать нелёгкий выбор: попытаться с ходу захватить Воронеж, пока туда не подтянулись советские подкрепления, или обойти его и выйти на рубеж Дона в другом месте. Во втором случае он последовал бы рекомендациям Гитлера не замедлять продвижение мобильных дивизий вдоль донского берега с целью окружения советских войск. Однако после того, как в течение 4 июля передовые части захватили переправы через Дон и создали на восточном берегу несколько плацдармов, фон Бок сделал выбор в пользу штурма Воронежа. Началась подготовка к броску на город: «Великая Германия» должна была вести наступление из района Подклетное, а 24-я тд — со стороны села Малышево.
![Фрагмент советской карты-«двухкилометровки», на которой отображена имевшаяся на 5 июля информация о противнике на юго-западных подступах к Воронежу, а также план контратаки на село Малышево с целью отбросить переправившиеся немецкие части за Дон](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2024/09/unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty-05.jpg)
Фрагмент советской карты-«двухкилометровки», на которой отображена имевшаяся на 5 июля информация о противнике на юго-западных подступах к Воронежу, а также план контратаки на село Малышево с целью отбросить переправившиеся немецкие части за Дон
Чтобы прикрыть юго-западное направление, с которого наступала 24-я тд, 4 июля командир 18-го тк генерал-майор Черняховский приказал 110-й тбр сосредоточиться на западной окраине города и уничтожить немецкие части, переправившиеся на восточный берег Дона. Установив связь с 498-м сп 232-й сд, который оборонял этот район и пытался воспрепятствовать переправе немцев, командир 110-й тбр приказал произвести разведку силами одного взвода Т-34 и уточнить обстановку в районе Малышево и леса северо-восточнее села. Разведка установила наличие в лесу вражеских автоматчиков и противотанковой артиллерии. Командир взвода доложил, что его танкисты уничтожили в ходе разведки тягач и два орудия.
В ночь на 5 июля немцы продолжали производить переправу небольшими группами и накапливались в лесу северо-восточнее Малышево. В докладе 18-го тк эта местность характеризуется следующим образом:
«Лес северо-восточнее Малышево является хорошим укрытием для противника и удобным районом для накапливания. Западный берег реки Дон командовал над восточным, что дало возможность противнику хорошо просматривать территорию, занятую нашими частями, видеть манёвр и быстро предпринимать контрмеры».
В течение последующих двух суток этому лесному массиву предстояло стать ареной ожесточённых боев.
5 июля: танки отдельно от пехоты
На 5 июля перед немецкой 24-й тд командованием XLVIII танкового корпуса была поставлена следующая задача:
«Предоставляется (дивизии — прим. автора) возможность вести самостоятельные действия при наличии благоприятной ситуации. Плацдарм у Рудкино нужно удержать. Дивизия остаётся здесь — исходя из того, что с каждым часом враг может стать сильнее; другие немецкие силы пока ещё не подошли, а также в расчёте на ВВС — с целью сначала уничтожить противника между двумя лесными массивами, затем занять исходное положение и как можно скорее проникнуть в юго-восточную часть Воронежа, чтобы захватить мост через реку Воронеж…»
В то же самое время командующий Брянским фронтом Голиков приказал 18-му тк 5 июля
«уничтожить переправившегося через Дон в районе Малышево противника своими силами, не ссылаясь на отсутствие пехоты в этом районе».
![Схема действий 24-й танковой дивизии и моторизованной дивизии «Великая Германия» в период 28 июня – 8 июля 1942 года](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2024/09/unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty-06.jpg)
Схема действий 24-й танковой дивизии и моторизованной дивизии «Великая Германия» в период 28 июня – 8 июля 1942 года
Столь противоречащие друг другу цели противников и предопределили последующие события: весь последующий день до самой темноты прошёл в ожесточённых атаках и контратаках немецких и советский частей. Интересные факты можно найти в журнале боевых действий 232-й сд:
«4 июля. Во второй половине дня к южной окраине г. Воронеж вышла танковая бригада (110-я тбр — прим. автора), которая сосредоточилась в районе казарм. Для выяснения обстановки на фронте в штаб дивизии приезжал комиссар и начальник оперативного отдела штаба фронта, коим была дана полная информация создавшегося положения на участке 498-го сп.
5 июля. Командующим фронтом было приказано любой ценой восстановить оборону на участке Малышево. В 02:30 лично командир дивизии и комиссар дивизии поставили задачу резервному 3-му батальону 498-го сп и двум стрелковым ротам учебного батальона в районе дач обкома партии восстановить положение 2-го батальона 498-го сп, наступление которого по распоряжению командующего фронтом должна была поддержать танковая бригада. Командир дивизии лично поставил задачу командиру танковой бригады в 03:00 наступать совместно с резервом дивизии на Малышево и восстановить положение; но командир бригады ответил, что такого приказа от командира корпуса не имел, а имел задачу очистить от автоматчиков рощу Длинная, что юго-западнее Воронежа. В 05:00 танковой бригаде вторично был передан приказ командующего начальником артиллерии дивизии о поддержании наступления резерва дивизии. Командир бригады приказа не выполнил».
Командовавший 110-й тбр начальник штаба 18-го тк полковник А.М. Павлов (комбриг подполковник Пахомов после ранения убыл в тыл) вполне резонно отказался исполнять приказания командира 232-й сд подполковника Улитина. Организовать совместное наступление 110-й тбр и резервных подразделений 232-й сд могли бы комиссар и начальник оперативного отдела штаба Брянского фронта, с целью выяснения обстановки посетившие штаб 232-й сд во второй половине дня 4 июля, но они этого не сделали.
![Артиллерия 24-й танковой дивизии вермахта переправляется по наведённому через Дон понтонному мосту в районе Малышево. На обочину сброшена сгоревшая советская техника](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2024/09/unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty-07.jpg)
Артиллерия 24-й танковой дивизии вермахта переправляется по наведённому через Дон понтонному мосту в районе Малышево. На обочину сброшена сгоревшая советская техника
В итоге, так и не добившись поддержки танков 110-й тбр, подполковник Улитин приказал третьему батальону 498-го сп и двум ротам учебного батальона с утра 5 июля атаковать противника в направлении на Малышево.
Поначалу наступление подразделений 232-й сд развивалось успешно: к 10:00 они овладели рощей юго-западнее Трушкино и рощей западнее Шилово, однако выбить немцев из Малышево так и не смогли. В ответ те силами двух батальонов предприняли контратаку, ударив с направления Шилово – Трушкино во фланг 3-го батальона 498-го сп. К вечеру танки 24-й тд нанесли удар в тыл батальона и окончательно уничтожили его. Согласно журналу боевых действий 232-й сд,
«к исходу дня от брошенного в бой резерва дивизии осталось 17 человек красноармейцев батальона и комиссар батальона старший политрук Ткаченко, который выводил эту группу из окружения, пробираясь на восточный берег реки Воронеж».
А что же 110-я тбр, имевшая приказ командующего фронтом уничтожить противника в районе Малышево, «не ссылаясь на отсутствие пехоты в этом районе»? Она тоже вела наступление на Малышево, только в другое время и с другого направления. В документах 24-й тд отмечается, что советские танки силами до батальона атаковали позиции 6-й роты 26-го панцергренадёрского полка (пгп), нанеся ей ощутимые потери. Однако затем в ходе танковой контратаки положение к полудню было восстановлено. В журнале боевых действий 110-й тбр контратака немцев описана так:
«5 июля в 15:00 противник, подтянув танки, силою до двух рот начал атаку в направлении расположения 110-й тбр. Командир бригады решил расстроить строй танков противника огнём с места и затем перейти в контратаку для полного уничтожения. Для выполнения этой задачи 441-й танковый батальон (тб) был подтянут на дистанцию действительного огня. Танковый бой длился около часа, после чего противник не выдержал и отошёл в направлении Малышево. В результате боя противник потерял шесть средних танков. Потери 441-го тб — четыре танка».
Результаты этого боя, отражённые в журнале боевых действий 232-й сд, выглядят иначе:
«Танковая бригада пошла в наступление на Малышево, когда резерв дивизии уже был почти полностью уничтожен. В 3 км южнее города Воронеж по большаку танковая бригада была встречена ураганным огнём противотанковых средств противника, где, потеряв несколько танков, вернулась на исходные позиции».
В итоге в 18:00, после обстрела советских позиций тяжёлыми миномётами, немецкие панцергренадёры при поддержке танков начали очередную атаку. К вечеру они овладели лесной опушкой и оттеснили советские подразделения. Остаётся только догадываться, как могли развиваться события, если бы взаимодействие 110-й тбр и резерва 498-го сп наладили должным образом, и они бы атаковали противника совместными усилиями. Вряд ли и в этом случае им бы удалось разгромить подразделения 24-й тд на данном участке, однако взаимодействие наверняка помогло бы избежать высоких потерь пехоты 498-го сп.
В журнале боевых действий 24-й тд отражены итоги этого дня: площадь плацдарма расширена, в ходе боёв 4–5 июля дивизия захватила исходные позиции для наступления на Воронеж. В штаб XLVIII танкового корпуса ушла радиограмма следующего содержания:
«21:00, 5 июля, 24-я танковая дивизия. Противник отброшен перед полосой атаки дивизии в восточной части лесной полосы до уровня лесного мыса в 1 км к востоку от пункта 7 (3 км к северу от Шилово). Нам противостоит 498-й сп 232-й сд, прибывшей в середине июня из г. Бийска в Сибири. По большей части бывшие осуждённые, обучены плохо, однако при этом оказывают упорное сопротивление. В северном от дивизии направлении были уничтожены вражеские танки: 12 T-34 и один КВ. Принадлежность не выяснена. Выгружались на станции Масловка».
Однако советская сторона не собиралась отдавать немцам столь важные позиции на подступах к Воронежу. Вечером 5 июля по приказанию начштаба 18-го тк полковника Павлова в направлении леса на Малышево был переброшен на танках 110-й тбр мотострелково-пулемётный батальон, которому была поставлена всё та же задача: овладеть лесом и выбить противника из Малышево, не допуская в дальнейшем его переправы на восточный берег Дона. В 21:00 мотострелки достигли опушки леса и окопались.
Более того — генерал-майор Черняховский приказал перебросить на это направление 181-ю тбр, которая ранее находилась на северной окраине Воронежа. Танкистам полковника В.И. Коновалова предстояло к 02:00 сосредоточиться на юго-западной окраине Воронежа и утром 6 июля атаковать и уничтожить переправившуюся немецкую группировку в районе совхоз «Ударник» — Малышево. В дальнейшем 181-й тбр предписывалось удерживать западную окраину Воронежа. Таким образом, теперь обе «средние» бригады 18-го тк оказались выдвинутыми на самое угрожаемое юго-западное направление, с которого вела наступление 24-я тд. Тяжёлая 180-я тбр 18-го тк по-прежнему оставалась на левом берегу Воронежа.
5 июля начальник Генштаба сухопутных войск вермахта генерал-полковник Франц Гальдер сделал следующую запись в дневнике:
«Обстановка на фронте. Наступление группы армий «Юг» развивается вполне успешно. Наши войска вышли к Дону на широком фронте западнее и южнее Воронежа. Есть опасность того, что 24-я танковая дивизия и дивизия «Великая Германия» серьёзно истощат свои силы, наступая на хорошо подготовленный к обороне и укреплённый Воронеж».
Очевидно, что на тот момент Гальдер не обладал информацией о реальных силах защитников города. В записи от 6 июля он уточнил, что это мнение сложилось у него на основании предыдущего доклада фон Бока о серьёзном сопротивлении противника. Не приходится сомневаться, что одним из факторов, заставивших Бока сделать такое сообщение, было появление на участке его наступления советского 18-го тк. Однако генерал-фельдмаршал не собирался прекращать наступление на Воронеж. Следующий день обещал быть жарким.
6 июля: «положение создалось угрожающее…»
Задача, поставленная перед 24-й тд на 6 июля, оставалась той же: дальнейшее продвижение на юго-западной окраине Воронежа и далее, развитие наступления непосредственно на сам город. В 02:30 немцы провели артподготовку, в которой использовали артиллерию и тяжёлые миномёты, после чего 24-я тд перешла в атаку. Подразделения 21-го пгп достигли южной окраины города уже в 05:00, после чего их продвижение замедлилось; 26-й пгп оказался на пути встречного удара советских танков и мотострелков.
В ночь на 6 июля 181-я тбр, выполняя приказ командующего корпусом, к 02:30 перебазировалась в район мясокомбината на западной окраине Воронежа, после чего её 394-й и 395-й танковые батальоны выдвинулись на исходные рубежи атаки в направлении на Малышево. В районе мясокомбината остались управление бригады, противотанковая батарея и мотострелково-пулемётный батальон, перед которым стояла задача не допустить немцев в Воронеж с его южной окраины.
Начало совместной атаки 110-й и 181-й тбр было запланировано на 03:00. Перед этим в 02:50 326-й отдельный гвардейский миномётный дивизион должен быть дать три залпа по участку Малышево, участкам леса севернее Малышево и севернее Шилово, где, согласно разведданным, находились скопления противника. Однако обе танковые бригады пошли в бой с опозданием: после затянувшегося согласования их штабов время атаки перенесли на 07:15. В этой задержке нет ничего удивительного, если вспомнить об отсутствии в бригадах радиосвязи. В докладе 18-го тк читаем: «Управление бригадами осуществлялось главным образом через офицеров связи и личным общением. Внутри бригад — телефон, радио и офицеры связи».
Фактически 181-я тбр пошла в атаку ещё позже, в 08:00, выдвигаясь в боевом порядке уступом справа в направлении совхоза «Ударник» — Малышево. 110-я тбр, усиленная батальоном танков КВ из 180-й тбр, наступала в направлении на Малышево и лес северо-восточнее Малышево. Её мотострелково-пулемётный батальон при поддержке танков начал наступление на северную опушку леса, где завязался упорный бой, продолжавшийся до 12:00, после чего мотострелки отошли под давлением превосходящих сил противника. По данным 110-й тбр, в этом бою немцы потеряли убитыми и ранеными до 500 солдат и офицеров, два станковых пулемёта, миномётную батарею, две противотанковые пушки и один мотоцикл.
Согласно докладу 18-го тк, атака 181-й тбр продолжалась до 11:00, и в ходе неё танкисты выполнили свою задачу — противник был рассеян и частью уничтожен в районах совхоза «Ударник» и северной опушки рощи Длинная. Малышево горело. В журнале боевых действий 181-й тбр итоги атаки оцениваются следующим образом: уничтожено до пяти вражеских танков, до четырёх орудий ПТО и до роты пехоты. Потери бригады в бою составили три Т-34. После полудня бригада перешла к обороне:
«В 15:00 противник силой в 24 танка с мотопехотой при поддержке штурмовой и бомбардировочной авиации с направления Подклетное начал наступление на район обороны бригады. Атака была отбита с большими для него потерями. Только огнём орудий ПТО было уничтожено до восьми средних танков противника. В 16:15 с этого же направления противник атаковал 19 танками. Атака была отбита. В 18:00 противник снова возобновил атаку с направления высоты 171,0. В атаке участвовало до 15 танков с мотопехотой. Атака также была отбита».
Немецкие данные о потерях в личном составе сильно отличаются от тех, что приводятся в донесениях 110-й и 181-й тбр. Согласно журналу боевых действий 24-й тд, по итогам 6 июля потери дивизии выглядят следующим образом (в скобках — офицеры из общего числа): погибло 9(1), ранено 99(5), пропало без вести 6(0) человек. В то же время, захвачено 200 пленных, уничтожены один самолёт, 15 танков (преимущественно тяжёлых), три противотанковых, два зенитных орудия, 25 миномётов.
Совместное наступление 6 июля 110-й и 181-й тбр успеха не принесло. Перешедший в контратаку противник к полудню заставил обе бригады отступить. 181-я тбр понесла потери и отошла на исходные рубежи, где подверглась ударам люфтваффе и танковым атакам. Неудачей закончилось и наступление 110-й тбр, мотострелково-пулемётный батальон которой при поддержке танков сначала захватил северную опушку рощи Длинная, однако затем отошёл. Удивляться этому не приходится: без поддержки артиллерии и авиации, без радиосвязи, в условиях нехватки боеприпасов и топлива усилий двух необстрелянных танковых бригад и одного батальона пехоты было явно недостаточно, чтобы во встречном бою противостоять натиску немецких танков.
В этот день 110-я и 181-я тбр в первый и последний раз вели совместные действия. В дальнейшем связь между ними прервалась, и бригады действовали независимо друг от друга. Все более давала о себе знать и нехватка боеприпасов. Цитата из журнала боевых действий 110-й тбр:
«В течение второй половины дня и ночи противник продолжал накапливаться в лесу, что южнее г. Воронеж. К 22:00 разведкой 110-й тбр установлено наличие до батальона средних танков с пехотой и противотанковой артиллерии. Частям 110-й тбр начальником штаба 18-го тк корпуса полковником Павловым было приказано занять оборону и не отходить до приказа командира корпуса. Положение создалось угрожающее. Снарядов бронебойных не было, а осколочных в общем приходилось на танк по 5 штук, а в некоторых танках не было боеприпасов совсем».
Из дневника генерал-полковника Гальдера можно узнать, как в течение дня 6 июля менялось отношение немецкого командования к решению фон Бока продолжать наступление на Воронеж:
«Обстановка. Наступление войск группы армий «Юг» приняло неожиданный оборот. Ещё вчера фон Бок высказывал озабоченность по поводу правого крыла Гота и докладывал о серьёзном сопротивлении противника у Воронежа (наличие полевых укреплений, батальоны рабочих и т.п.) и о подтягивании войск противника против нашего северного крыла (Вейхс), а сегодня во второй половине дня оказалось, что Воронеж эвакуирован противником, что перед северным флангом противник поспешно отступает, и что 6-я армия перешла реку Тихая Сосна на широком фронте и наступает на юг… Во время доклада у фюрера снова произошла неприятная сцена из-за действий командования группы армий. Последовал категорический приказ сосредоточить все силы группы армий на выполнении задачи наступления на юг и запрет штурмовать Воронеж».
Из записи совещания Гальдера с Гитлером в 18:50 и переговоров между Гальдером и Кейтелем в 19:30 6 июля:
«Разговор с фюрером. Если город (Воронеж) свободен от противника, его надо взять… Воронеж, если он свободен, занять пехотой! Не давать сюда ни одной моторизованной дивизии!»
В штабе 24-й тд подвели итоги дня, с удовлетворением отметив, что, несмотря на утреннее противостояние с большим количеством советских танков, 26-й пгп смог после контратаки восстановить положение. Была захвачена южная окраина Воронежа и найдены бреши в обороне противника. Передовой отряд 21-го пгп даже сумел захватить южный (Вогрэсовский) мост через реку Воронеж, имевший стратегическое значение.
Отмечалось, что согласно приказу по армии, уже должна проводиться смена частей 24-й тд на подразделения прибывающей 16-й мд, но из-за разрушенной советскими бомбардировками переправы через Дон эта замена откладывается ещё на сутки. В течение следующего дня 7 июля 24-й тд приказывалось развивать наступление на Воронеж; в качестве усиления ей придавался только что подошедший 60-й пехотный полк полка из состава 16-й мд. Моторизованная дивизия «Великая Германия» также должна была наступать на Воронеж.
Следующий день должен был стать решающим: или немцы сломят сопротивление защитников города и смогут захватить его центральную часть, или им это не удастся, и 24-я тд вместе с моторизованной дивизией «Великая Германия» покинут поле битвы, оставив его другим немецким частям.
Автор выражает благодарность Александру Полищуку, Дмитрию Пескину и Игорю Сдвижкову за помощь в работе над статьёй.
Литература и источники
-
- Ferdinand von Senger und Etterlin. Die 24. Panzer-Division 1939–1945. Vormals 1. Kavallerie-Division — Nebel Verlag, 2004
- Die Kriegsgeschichte der Windhund-Division — Bochum, Verlag Pöppinghaus, 1962
- Panzer-Grenadier-Division Grossdeutschland — Dorheim Podzun-Verlag, 1970
- Jason D. Mark. Death of the Leaping Horseman: The 24th Panzer Division in Stalingrad — Stackpole Books, 2014
- Robert Forczyk. Tank Warfare on the Eastern Front 1941-1942: Schwerpunkt — Pen and Sword, 2014
- Франц Гальдер. Военный дневник, 1941–1942 — Спб.: «Астрель», 2012
- Воронежское сражение. Сборник очерков и воспоминаний военачальников и историков о обороне Воронежа в годы Отечественной войны — Воронеж: Центрально-Чернозёмное книжное издательство, 1968
- Гринько А.И. В боях за Воронеж. Хроника героической обороны города — Воронеж: Центрально-Чернозёмное книжное издательство, 1979
- Проэктор Д.М. Агрессия и Катастрофа. Высшее военное руководство фашистской Германии во второй мировой войне — М.: «Наука», 1972
- Михаэль Брюннер. На танке через ад. Немецкий танкист на Восточном фронте – М.: «Эксмо», 2010
- Сдвижков И.Ю. Немцы на Придаче // «Воронежский курьер» — 2008 — 12 и 15 июля
- Исаев А.В. Когда внезапности уже не было. История ВОВ, которую мы не знали — М.: «Яуза», «Эксмо», 2006
- Мощанский И.Б. Крупнейшие танковые сражения Второй мировой войны — М.: «Вече», 2011
- Пилишвили Г.Д. Участие истребительных батальонов Центрального Черноземья в обороне Воронежа и Курска от немецко-фашистских захватчиков в 1941-1942 гг. // Известия Алтайского государственного университета — 2008 — №4 (60) — Т.4 — с.158-163
- Шендриков Е.А. Командование 24-й немецкой танковой дивизии о боевых действиях на воронежском направлении и в районе Воронежа в июне – июле 1942 года // Вестник Челябинского государственного университета — 2014 — №22 (351) — История. Вып. 61 — с.91–100
- Архивы NARA
- http://vrn-histpage.ru
- https://www.feldgrau.net
- http://www.voronezh.ru
- http://www.das-ritterkreuz.de
- http://bvf.ru
- https://pamyat-naroda.ru
- http://imf.forum24.ru
- http://lastvrn.ru
- http://tankfront.ru
- https://rkkawwii.ru
- http://don1942.ru
- https://forum-antikvariat.ru
- https://kaankerede.livejournal.com
источник: https://warspot.ru/3738-unichtozhit-protivnika-ne-ssylayas-na-otsutstvie-pehoty