Юрий Пашолок. Промежуточное звено между Т-40 и Т-60
К 80-летию принятия на вооружение Красной Армии малого танка Т-30
Великая Отечественная война стала большой неожиданностью, в том числе и для советской танковой промышленности. Вопреки сказкам про превентивный удар, реально состояние танковой промышленности однозначно говорит о ее мирном состоянии. Объемы производства, которые предполагались весной-летом 1941 года, совсем не похожи на мобилизационные в стиле «сейчас надо резко выпускать танки для могучего удара малой кровью». Иные образцы военной техники и вовсе предполагались, в лучшем случае, осенью 1941 года. Это разительно отличалось от того, что произошло в самые первые месяцы войны. От предвоенных планов не осталось и следа. Вместо постепенного внедрения машин, которые предполагались на перспективу, пришлось срочно запускать в серию то, что можно было массово выпускать сейчас. При этом в серию пошли и такие боевые машины, которые никогда бы не одобрили в мирное время.
![Разведывательный танк Т-40 выпуска 1941 года. Он послужил базой для Т-30. Впрочем, часть Т-30 почти от него и не отличалось](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/07/promejutochnoe-zveno-01.jpg)
Разведывательный танк Т-40 выпуска 1941 года. Он послужил базой для Т-30. Впрочем, часть Т-30 почти от него и не отличалось
Еще до начала войны в ГАБТУ КА довольно косо смотрели на разведывательный танк-амфибию Т-40. Вообще эту машину ждали в войсках, но как раз в 1940-41 годах пошел резкий скачок в развитии вооружения, а также броневой защиты танков. Поэтому Т-40, выглядевший весьма перспективно в 1939 году, два года спустя смотрелся уже иначе. К тому же на ГАЗ был создан разведывательный бронеавтомобиль ЛБ-62, который пошел бы в серию как БА-30. Судя по происходившему, он оказался «могильщиком» БА-11, который получился слишком тяжелым, а ЛБ-62 вполне выполнял возложенные на этот броневик задачи. Да и перспективы Т-40 после появления ЛБ-62 выглядели скорее со знаком вопроса. Наконец, завод №37, где выпускался Т-40, еще до войны явно стали рассматривать как перспективную площадку для выпуска танка сопровождения Т-50. То есть случившееся почти сразу после начала войны (решение выпускать в Москве Т-50) совсем не являлась импровизацией. К этому всё и шло. Другое дело, что и завод №37, и сам Т-50, к такому повороту событий оказались не готовы.
Согласно постановлению СНК СССР от 25 июня 1941 года, с 1 августа завод №37 НКСМ им. Орджоникидзе прекращал выпуск разведывательных танков-амфибий Т-40, а также тягачей «Комсомолец». Вместо них организовывался выпуск танков сопровождения Т-50. Впрочем, очень быстро стало понятно, что даже в Ленинграде с Т-50 творится беда. Что уж говорить о заводе №37, который требовалось перестроить под выпуск более тяжелого, нежели Т-40, танка. Поэтому на заводе нашлись инициативные люди, которые не побоялись выйти с предложением изменить решение в пользу «мобилизационного танка». Таковыми оказались Н.А. Астров, автор Т-40, и военный представитель завода №37 В.П. Окунев. Ближе к середине июля 1941 года они направили своё предложение лично Сталину. Тот инициативу рассмотрел, после чего дал команду изучить предложение нарккому среднего машиностроения В.А. Малышеву. Тот 14 июля оказался на заводе, изучил вопрос на месте, после чего дал идее зеленый свет. Так родился малый танк Т-30 (изначально он именовался Т-60), которому сегодня исполнилось 80 лет. 17 июля 1941 года вышло постановление ГКО №179сс «О Производстве лёгких танков Т-60 на заводе №37 Наркомсредмаша». Самое время поговорить об этом танке, который приняли на вооружение авансом, то есть без разработки и испытаний опытного образца.
Случай с Т-30, который приняли еще до создания опытного образца, не был уникальным для советского танкостроения. Можно вспомнить Т-34, который также приняли на вооружение еще до постройки опытных образцов. В обоих случаях уже имелись образцы-предшественники, с более-менее отработанной базой. То есть сомнений в том, что танк поедет, не было. Естественно, все понимали, что сухопутный вариант Т-40 является вынужденным решением, но других альтернатив не имелось. Производство Т-50 буксовало, а ситуация на фронте срочно требовала новых танков. Наличие отработанной базы позволяли оперативно нарастить выпуск Т-30 (точнее, пока он именовался Т-60), доведя, к декабрю 1941 года, объем производства до 450 штук ежемесячно. Т-50 пока сохранялся, от него не отказывались, но наверху уже понимали, что быстро его производство не наладить. Впрочем, уже 20 июля вышло постановление ГКО №222 «Об изготовлении 10 тысяч легких танков.». Выпуск танков в Москве наращивался еще сильнее — до 900 штук с ноября 1941 года. При этом корпус с башней упрощались, а сам он становился чуть ниже. Вместе с тем, от уже принятого варианта неплавающего Т-40 не отказывались. Он становился промежуточным звеном между Т-40 и Т-60. Поначалу его именовали как Т-60, но чертежный индекс сменился на 030, а позже появилось и обозначение Т-30.
![К вопросу о том, как эти танки именовали в частях. Индекс Т-30 начинает появляться с ноября 1941 года. До того 20 танковая бригада именует свои танки Т-40, и лишь потом они вдруг становятся Т-30](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/07/promejutochnoe-zveno-04.jpg)
К вопросу о том, как эти танки именовали в частях. Индекс Т-30 начинает появляться с ноября 1941 года. До того 20 танковая бригада именует свои танки Т-40, и лишь потом они вдруг становятся Т-30
По поводу облика Т-30 я уже некоторое время назад писал, особенно что касается его корпусов и вооружения. Стоит лишь повторить самое главное. Для начала, появление 20-мм автоматической пушки ШВАК, она же ТНШ, являлось вынужденным решением. В новых реалиях обеспечение танков крупнокалиберными пулеметами ДШК оказалось невозможным. Поэтому и было принято решение ставить ШВАК, как отработанный в производстве образец. С точки зрения пробития брони ДШК и ШВАК были почти равнозначны, при этом оба образца считались слабоватыми как танковое вооружение. Вместе с тем, за неимением ничего другого приходилось использовать то, что есть. Больше того, ТНШ появились не сразу, да и постановление ГКО №222 надо учитывать. Особенно что касается обеспечения ХТЗ и ГАЗ вооружением. В результате ТНШ на Т-30 московского выпуска являлась редкостью. По разным оценкам, всего танки завода №37 получили от 41 до 66 ТНШ. Фактически это две танковые бригады, плюс, возможно, еще несколько машин в других бригадах. Об этом говорит и переписка по танковым бригадам, касающаяся боеприпасов. 20-мм боеприпасы в ней почти не встречаются, а вот патроны ДШК — да.
Не менее интересный вопрос, как же выглядели Т-30. Боюсь разочаровать апологетов творчества Прочко и ряда других авторов, но, как уже писал, под индексом Т-30 скрываются машины, которые иногда именуют совершенно иначе. Таких танков, как Т-40с или Т-30с, не существовало, отчасти «изобретателями» этих обозначений стал НИБТ Полигон в 1944 году. С точки зрения документов завода это Т-30, а с точки зрения документов частей — Т-40. Больше того, и то, и другое имеет право на существование. С точки зрения частей они получали всё те же Т-40, за исключением 25 танков, которые имели ниши, но без водоходного оборудования, Т-30 выпуска с конца августа по начало октября 1941 года являлись Т-40. Разница только в корпуса из гомогенной брони, их пришлось делать утолщенными до 15 мм. Плавучесть сохранялась, чем периодически пользовались во время боевых операций. Лишь к началу октября 1941 года в серию пошли танки с утолщенными корпусами и без водоходного оборудования. При этом 20-я и 22-е танковые бригады продолжали упорно их именовать Т-40. Лишь когда пошли танки с ТНШ, их перестали именовать как Т-60. По злой иронии судьбы, называли их… Т-60. Индекс Т-30 в документах частей стал постоянным явлением только с 1942 года. Наконец, опорные катки с литыми спицованными дисками, которые так любят моделисты, почти не использовались на танках московского выпуска. В лучшем случае под самый конец выпуска.
![Т-30 с утолщенными корпусами, но еще с ДШК. Такие выпускали где-то с конца сентября по октябрь 1941 года](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/07/promejutochnoe-zveno-06.jpg)
Т-30 с утолщенными корпусами, но еще с ДШК. Такие выпускали где-то с конца сентября по октябрь 1941 года
Классический облик Т-30 окончательно сформировался уже после эвакуации завода №37 из Москвы в Свердловск. При этом производителей этих танков стало два. Корпусное производство из Коломны уехало в Киров, где организовали завод №38 НКТП. С выпуском Т-30 в Свердловске и Кирове случилась всё та же чехарда вокруг индексов. Дело в том, что они называли свою продукцию как Т-60, поэтому на заводе №38, например, вычислить Т-30 можно только по 4-значным номерам (2###), у Т-60 эти номера оказались 5-значными. И если в Кирове производство Т-30 оказалось небольшим (чуть больше 50 штук), то в Свердловске эти танки выпускали более массово. Первые танки данного типа сдали в декабре 1941 года, причем часть получила ДШК. Всего же, до февраля 1942 года включительно, сдали 200 таких танков, из них 101 с дополнительной броневой защитой корпуса. Итого 347 Т-30 за сентябрь-октябрь 1941 года, минус 3 танка, из которых сделали системы залпового огня М-8, где-то штук 20 танков выпуска августа 1941 года, плюс 200 танков завода №37, плюс 50 танков завода №38. В итоге где-то 600-615 танков, отличавшихся большим разнообразием внешнего вида. До Т-60, конечно, далеко, но по облику он собрата точно может заткнуть за пояс. Порой Т-30 был настолько загадочен, что не знаешь, Т-40 перед тобой на снимке, или уже 30-ка.
Про боевое применение Т-30 можно можно писать много, благо что машина оказалась массовой. На пик применения этого танка пришелся наиболее сложный период боевых действий — осень-зима 1941 года. Например, в боях за Бородино участвовала 20-я танковая бригада, имевшая на вооружение такие танки. Воевали эти машины и на северо-западном фронте (например, 8-я танковая бригада полковника Ротмистрова) и в районе Медыни. Именно с этими танками связаны первые эпизоды, которые можно назвать «налетом саранчи». Это когда в атаку выходило три десятка таких машин, вооруженных крупнокалиберными пулеметами. Порой возникают сомнения, а нужно ли было их строить. При этом зачастую аргументы очень похожи на игрока в компьютерные игры, который только и делает, что воюет с другими танками. Вот только чаще была ситуация, когда воевать приходилось с пехотой и противотанковой артиллерией. И вот тут Т-30 были вполне себе боевой единицей. Во-первых, машина низкая, во-вторых, более проворная, нежели Т-26. Сравнивать с Т-50 ее вообще бесполезно. Их объем выпуска оказался таким, что всерьёз воспринимать вообще не стоит, а результаты боевого применения не отличались от средней температуры по больнице. Тут что Т-50, что Т-26, что Т-30 — разница не столь велика. А вот Т-30 вполне отличились, причем их главной целью были совсем не танки. 1-я танковая бригада, например, весьма результативно поутюжила немецкую артиллерию, а затем и транспортные колонны. Это часто было важнее танков.
Собственно говоря, именно на Т-30, а не на Т-60, появившегося к началу ноября 1941 года на фронте, пришелся основной удар немцев в ходе операции «Тайфун». 17-я, 20-я, 22-я, 27-я танковые бригады и ряд других, вооруженных этими танками, приняли на себя удар наступающих немецких войск. 27-я ТБр, кстати говоря, была соседом 316-й (8-й гвардейской) стрелковой дивизии во время широко известных боев середины ноября 1941 года. В тех условиях вопрос про всякие тягачи вообще не стоял. Были нужны танки, а не пространные размышления в воздух 70 лет спустя. В том, что немцы не дошли до Москвы, есть заслуга и этих танков. Основная часть «малышей» при этом погибла, но свою роль они сыграли.
В дальнейшем Т-30 нет-нет, да мелькают в сводках боевых действий. Касалось это не только танков, которые пережили бои 1941 года, но и машин, выпущенных уже в эвакуации. Таковые, например, имелись в частях 30-х армии, а именно 143-й танковой бригады. Главная проблема в том, что даже сама бригада указывает танки как Т-60 в своих сводках, и только если смотреть акты по матчасти, внезапно всплывают серийные номера, однозначно указывающие на происхождение танков. В данном случае танки выпуска завода №37, уже в эвакуации. Увы, такая ситуация является типичной, посему исследование темы Т-30 непростое. Приходится сначала понять, что перед тобой — Т-60, или всё же другая машина.
Что же касается боевого применения этих танков, то оно закончилось примерно тогда же, кода и применение Т-60. 90-й отдельный танковый полк, который действовал в Карелии, использовал танки против финских войск. Часть этих машин погибла в боях июля-начала августа 1944 года. Как раз эти танки, с характерным трехцветным камуфляжем, часто записывают на бои в Карелии 1941 года. На самом деле это август 1944 года, больше того, есть схемы, где именно погиб тот или иной танк, вместе с серийным номером. Они вполне пробиваются по финским снимкам. Воевали в полку танки с дополнительной броневой защитой, которая разумеется, летом 1944 года уже мало чем могла помочь.
Крайне тяжелый период, на который пришелся апогей применения Т-30, сделал своё дело. Ныне известен всего один танк данного типа, сохранившийся в виде комплектной машины. Это экспонат музейного сектора парка «Патриот». Машина с серийным номером 3025 (скорее всего, речь про номер корпуса) была изготовлена на заводе №37 в январе 1942 года. Ныне она считается «каноничным» Т-30, хотя свердловский танк точно отличается, в мелочах, от московского. Да и кировские Т-30 тоже имели отличия. Так или иначе, свою роль этот танк сыграл, а решение о запуске его производства, принятое 80 лет назад, оказалось правильным. Около 350 танков, которые сдали с конца августа по середину октября 1941 года, оказались совсем не лишними.
Список источников:
-
-
- ЦАМО РФ
- РГАКФД
- Архив автора
- Фотоархив Андрея Мятиева
- SA-KUVA
-