История появления экранов для немецкой штурмовой САУ StuG 40/StuH 42
Битва снаряда и брони идет постоянно, с переменным успехом одной из сторон. То средство нападения берет верх, то защиты. В случае с бронетанковой техникой эта битва приобрела наиболее ярко выраженный характер. Поначалу главным врагом танка было стрелковое вооружение, поэтому и броня делалась противопульная. Впрочем, очень быстро стало понятно, что по танку ведет огонь и артиллерия, а немцы к 1918 году создали первые противотанковые орудия. Тогда же появились и первые противотанковые ружья. Поэтому уже к концу войны появилась идея оснащать танки легкой противоснарядной броней. Первыми это реализовали французы на FCM 2C, хотя общемировой тенденцией тогда толстая броня не стала. Желание обеспечить более высокую подвижность заставляло не трогать броню, хотя, рано или поздно, вопрос усиления броневой защиты должен был стать крайне актуальным.
![Советские противотанковые ружья стали крайне неприятным сюрпризом. В лоб они не пробивали, а вот в борт очень даже](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/10/bortovye-ekrany-dlia-nemeckogo-shturmovika-01.png)
Советские противотанковые ружья стали крайне неприятным сюрпризом. В лоб они не пробивали, а вот в борт очень даже
Резкий рост броневой защиты случился в конце 30-х годов. Первым звоночком стала Гражданская война в Испании, показавшая, что противопульная броня уже не обеспечивает более-менее приличную защиту. По этой причине появилась тенденция к росту толщины брони до 25-30 мм. Естественно, можно вспомнить всё тех же французов, но у них и так была своя атмосфера. А общемировой рост толщины брони случился как раз после Испании. Касалось это и немцев. К осени 1939 года толщина брони немецких танков выросла до 30 мм, но, как показала практика, этого было маловато. Такая броня не защищала от огня противотанковых пушек. По этой причине рост толщины брони продолжился. Впрочем, к маю 1940 года немецкие танки всё еще имели толщину брони 30 мм. Все, кроме одного образца — штурмового орудия StuG III (Sturmgeschütz III). Там сразу закладывалась лобовая броня толщиной 50 мм. Детище генерала Манштейна стало первым серийным немецким образцом бронетанковой техники, получившим противоснарядное бронирование.
Немецкая штурмовая САУ Sturmgeschütz III, в силу своей специфики, находилась в наивысшем приоритете с точки зрения усиления броневой защиты. Связано это оказалось с тем, что StuG III требовалось вести бой в непосредственной близости от переднего края обороны противника. Естественно, при таком характере применения StuG III была кандидатом №1 на прием вражеских снарядов, потому и броневая защита была нужна соответствующей. В 1942 году САУ получила не только длинноствольное 75-мм орудие StuK 40, которое улучшило противотанковые характеристики, но и дополнительную броневую защиту лба корпуса. Толщину лба довели до 80 мм, что отчасти позволило защититься от бронебойных снарядов калибра 76 мм. На этом резерв по усилению брони закончился. Вместе с тем, весной 1943 года появился новый тип защиты. Речь идет о бортовых экранах, ставших визитной карточкой немецких танков и САУ в 1943-45 годах.
![Конструкция экранов получилась вполне удачной, а главное, что она вполне защищала от противотанковых ружей](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/10/bortovye-ekrany-dlia-nemeckogo-shturmovika-03.png)
Конструкция экранов получилась вполне удачной, а главное, что она вполне защищала от противотанковых ружей
Появление бортовых экранов стало результатом успехов советской оружейной промышленности. В 1941 году на вооружение Красной Армии приняли противотанковые ружья ПТРС и ПТРД. В первый год войны они применялись редко, но в 1942 году ситуация сильно изменилась. Одних только ПТРД в 1942 году сдали почти 185 тысяч, что привело к резкому росту применения ружей против немецких танков. В лоб они уже их почти не пробивали, но у танка всегда есть борт и корма. Так вот, в борта приходилось до половины попаданий, а вот тут ситуация была уже совсем иной. Толщина бортов немецких танков составляла 30 мм, это означало, что их можно пробить на дистанции до полукилометра. В результате потери от огня противотанковых ружей резко выросли, и с этим надо было что-то делать.
![Всего на бортах рубки и надмоторной плите устанавливалось по 3 A-образных крепления, они прикручивались на болтах к приварным бонкам](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/10/bortovye-ekrany-dlia-nemeckogo-shturmovika-04.png)
Всего на бортах рубки и надмоторной плите устанавливалось по 3 A-образных крепления, они прикручивались на болтах к приварным бонкам
В декабре 1942 года началось производство StuG 40 Ausf.G, самой массовой версии машины. На ней борта рубки поставили под наклоном 10 градусов, но это если и помогло, то совсем немного. Между тем, боевая масса машины достигла 23,9 тонн, то есть уже стала предельной. Наращивать бортовую броню дальше уже не было возможности. С подачи Гитлера, которому явно что-то было известно о разработках по теме усиления броневой защиты, Daimler-Benz начала разработку бортовых экранов. Принцип их работы был схожим с разнесенной броней. Попадая в экран, пуля частично гасила скорость, заодно нарушалась траектория ее полета. В результате вместо сквозного пробития получалось попадание, оставлявшее на броне отметину. Изначально экраны создавались для танков, но при успехе разработки их начинали создавать и для StuG.
Первые испытания бортовых экранов состоялись 20 февраля 1943 года. Обстрел из трофейного ПТРД на дистанции 100 метров показал успешные результаты. Основная броня оказалась не пробитой, также экраны «снимали» попадания 75-мм фугасных снарядов. По результатам испытаний 6 марта состоялось совещание, на котором Гитлер дал указание ставить бортовые экраны на все выпускаемые штурмовые САУ и танки. Это стало сигналом к разработке аналогичных экранов и для StuG 40, кроме того, их предполагалось устанавливать и на ранее выпущенные машины. Разработка экранов потребовала некоторого времени, поэтому ставить их начали с мая 1943 года.
Принцип бортовых экранов для StuG 40 мало отличался от того, что ставили на Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV. В общей сложности ставилось по 4 секции экранов на борт, толщиной 5 мм. Ставились экраны на специальные крепления, которые соединялись друг с другом при помощи планки-уголка. Тем самым обеспечивалась жесткость конструкции. Всего на бортах рубки и надмоторной плиты монтировалось по 3 A-образных крепления, они прикручивались на болтах к приварным бонкам. Тем самым можно было быстро заменить поврежденное крепление. Дополнительные крепления (4 штуки) ставилось на боковинах крыльев, они также прикручивались. Каждый экран крепился минимум в 3 точках — 2 в верхней части, с боков, и 1 по центру, по нижнему уровню. Передняя секция крепилась и вовсе в 4 точках. Экраны были разнесены от борта таким образом, что позволяли использовать траки с зимними уширителями (winterketten).
Конструкция бортовых экранов получилась довольно простой, в том числе и с точки зрения их установки в войсках. Поэтому их стали ставить не только непосредственно на Alkett, где собирали StuG 40 Ausf.G и StuH 42 Ausf.G, но и в частях. Туда прибыли комплекты экранов, которые оперативно монтировались на самоходках. В результате к моменту дебюта бортовых экранов (случилось это в начале июля 1943 года, во время операции «Цитадель») они уже были массовым явлением в войсках.
На Курской Дуге немцы применили целую массу новинок, но и экраны не остались для ГБТУ КА без внимания. Сложно пройти мимо самоходки, борта которой прикрыты такой странной конструкцией. К сентябрю 1943 года в Кубинке образовалось несколько машин, оснащенных бортовыми экранами. Среди них оказалась и StuG 40 Ausf.G. По указанию генерал-лейтенанта инженерно-танковых войск И.А. Лебедева (заместителя начальника ГБТУ КА), НИБТ Полигон провел испытания бортовых экранов самоходной артиллерийской установки. Тогда же проводились и испытания ее лобовых экранов. В изначальную программу испытаний пришлось вносить изменения, поскольку для полноценных тестов требовалось несколько машин. Поэтому провели тесты по сокращенной программе.
Параллельно шли испытания бортовых экранов Pz.Kpfw.III Ausf.N, поскольку они были во многом аналогичны, повторять на разных машинах обстрел одной системой не стали. Поначалу экраны работали так, как оно и требовалось. Кумулятивная противотанковая граната НИИ-6, позже принятая на вооружение Красной Армии как РПГ-6, поражала экран, но не пробивала бортовую броню. Не пробило борт, защищенный экранами, и противотанковое ружье 15-П-П конструкции М.Н. Блюма. Даже с дистанции 100 метров бронебойная пуля только пробивала экран, а также оставляла отметину на броне. Но по мере роста калибра эффективность экранов падала. 20-мм противотанковое ружьё РЕС с дистанции 200 метров не пробило преграду, но сделало это со 100 метров. И это стало только началом.
45-мм танковая пушка смогла пробить экран и броню за ним с дистанции 900 метров, для подкалиберного снаряда дистанция пробития составила 600 метров. При угле 60 градусов бронебойный снаряд снова пробил экран, а подкалиберный снаряд уже нет. Таким образом, экран снижал дистанцию поражения, но не гарантировал защиту даже на средних дистанциях. С ростом калибра ситуация только ухудшалась. 6-фунтовая (57-мм) английская танковая пушка вообще экрана не заметила, как и бортовой брони. То же самое касалось и 75-мм американской танковой пушки M3, а также 76-мм советской танковой пушки Ф-34.
В ходе обстрела также выявился тот факт, что экраны помогали при обстреле осколочно-фугасными и кумулятивными снарядами. Последствия были примерно одинаковыми — поражение экрана и незначительное повреждение бортовой брони. Стоит отметить, что немцы, создавая бортовые экраны, рассчитывали на защиту от противотанковых ружей. То, что они еще и «снимают» кумулятивные снаряды, стало, так сказать, приятным бонусом. Иногда, кстати говоря, идут споры, защищали ли эти самые экраны от кумулятивных боеприпасов. Как видите, в сентябре 1943 года результат был именно таким.
Казалось бы, немцам улыбнулась удача, получился эффективный способ бороться с противотанковыми ружьями. А позже выяснилось, что экраны защищают и против кумулятивных боеприпасов. Но вот ведь что интересно: к осени 1943 года появилась тенденция ездить либо вообще без экранов, либо только с креплениями для них. Причина прозаичная: дело в том, что экраны торчали довольно близко к земле, и если по дороге всё было ничего, то на бездорожье секции начинали цепляться за грунт. В результате часть экипажей вообще не вешало экраны, а часть вешала крепления, ставя защиту при случае.
Саму эффективность экранов, между тем, экипажи вполне признавали. Кроме того, экраны, а также их крепления, по ходу производства менялись. Вполне заводским исполнением стал вариант, когда 2-я и 3-я секция состояли из 2 частей — верхней и нижней. Таким образом, в случае необходимости экраны снимались не полностью. Верхние половинки прикрывали рубку, тем самым защищалась наиболее ответственная часть боковой проекции. В дальнейшем передние и задние секции стали делать со срезанными углами. Это чуть улучшало ситуацию на бездорожье.
Чем дальше шла война, тем более изощренными становились экраны. Довольно массовым явлением, ближе к концу войны, стало ноу-хау, которое мною поначалу не совсем верно было определено. На некоторых фото StuG 40 встречаются машины с секциями бортовых экранов под наклоном. Иногда сами секции чем-то напоминают по форме щит, то есть имеют сужение к низу. Так вот, они на самом деле не ставились под наклоном, всё гораздо интереснее. Они банально болтались. Тем самым частично устранялась проблема использования экранов на бездорожье.
Не столь и редким явлением было то, что экраны делались только для верхней части борта, то есть прикрывалась рубка. Такая защита получалась наименее габаритной, нередко за ней скрывалось еще что-нибудь. То скарб, то, внезапно, бревна. Причем речь шла уже не о заводских изделиях, а самопалах в пределах отдельного дивизиона штурмовых орудий. Ближе к концу войны на требования сверху не заниматься самодеятельностью нередко клали болт. В этом отношении немцы мало чем отличались от американцев. Всё зависело от командира.
Такая самопальщина нередко приводила и к довольно интересным переделкам «классических» бортовых экранов. То есть которые прикрывали ходовую часть. Их делали меньшими по габаритам, толщина была «какой лист нашли», в общем, полный разгул мысли. Чаще всего такие экраны получались двухъярусными, то есть первым ярусом экраны для ходовой части, а вторым — экраны для бортов рубки. В общем, стендовым моделистам есть где разгуляться. Чем дальше идет время, тем больше такой самопальщины попадается.
![Пока руки реставраторов не добрались до StuH 42, на нем тоже стояла такая неуставщина. Причем она точно была сварена из настоящих экранов](https://alternathistory.ru/wp-content/uploads/2021/10/bortovye-ekrany-dlia-nemeckogo-shturmovika-17.png)
Пока руки реставраторов не добрались до StuH 42, на нем тоже стояла такая неуставщина. Причем она точно была сварена из настоящих экранов
В заключение стоит отметить, что до недавнего времени и в Кубинке был образчик такой фронтовой самопальщины. Стояла она на StuH 42 Ausf.G, ныне находящейся в экспозиции парка «Патриот». Увы, при реставрации люди из корпуса Е посчитали, что умнее всех, и вообще это нестандарт. В результате всё срезали, мотивируя «это на настоящие экраны». Можно только развести руками по этому поводу. Плохо быть ими.
Список источников:
-
-
- US NARA
- ЦАМО РФ
- Фотоархив автора
- РГАКФД
- eBay
-